Юлия Матвиенко — о муже Сергее, дочери Арине и собственном бренде

Казанская, 7, Дворец Кваренги. Неплохой адрес для шоу-рума юного бренда. Собственно, в Питере все так: чтобы торговать платьями под сенью итальянского зодчего, не обязательно быть невесткой Валентины Матвиенко. Парадные Северной столицы настолько живописны, что журналы проводят там съемки моды. Квартиры дешевеют на глазах: один мой друг, портретист из Лондона, снимает трехсотметровые апартаменты на набережной Фонтанки за тысячу фунтов, то есть по цене полуподвала в Челси. Вот и Юлия Матвиенко вместе с подругой и соратницей Валентиной Крупник открыла шоу-рум JM Studio в стометровой комнате дворца 1810 года. Здесь была канцелярия по делам императрицы Марии и первая сберегательная касса. Сегодня залы с ностальгическими именами Императорский, Каминный, зал Пеликанов (пеликан, разрывающий грудь, чтобы накормить своим мясом птенцов, — классика масона Кваренги) сдают под банкеты и фуршеты. И кое-что под офисы.

Юлия Матвиенко на лестнице Дворца Кваренги в Санкт-Петербурге

«До нас здесь продавали ботокс, — рассказывает Юля. — Мы вошли и ужаснулись: желтые стены, синенький ковролин, много-много перегородок. Зато потолки с лепниной. Шесть метров! И конечно, окна во всю стену».

Окна — деревянные, старорежимные — единственное, что девушки не рискнули трогать. Перегородки сломали, уложили серый дубовый паркет, завезли минималистичную итальянскую мебель, водрузили чешскую хрустальную люстру, на главную стену наклеили огромную фотографию Казанского собора. Тоже серую.

Окончательно все сложилось, когда подруги затеяли съемку look book с Юлей в главной роли на фоне серой казанской колоннады: «Фотограф мне постоянно говорила: «Отойди от колонны, сливаешься».

Юлия Матвиенко в блузке и юбке JM Studio

Она звонко смеется над собой — как всякая красивая и имеющая роскошь быть самоироничной женщина. Сто семьдесят пять. Выглядит как юная Ким Бейсингер, только лучше. Как она может с чем-то слиться? Таких самый требовательный мужской взгляд мгновенно выхватывает из толпы и уже не отпускает.

На ней белая юбка Louis Vuitton с черными фестонами, простой белый пуловер Carven с V-образным вырезом, плотные черные гетры Prada. Она терпеть не может яркие цвета. Говорит, что фуксия, бирюзовый или фиолетовый — не про Питер и не про нее. Здесь, в ее родном городе, все задумчивое, меланхоличное, грустящее по солнцу. Вот и дебютная коллекция JM Studio такая. К моему визиту двадцать две вещи — практичные, неброские, без блесток, перьев и прочих излишеств — художественно развешаны на фоне постера с Казанским собором. На бокал шампанского по случаю премьеры к Юле и Вале прибыли пятьдесят отборных питерских дам. Явились дисциплинированно, с невиданной в Москве самоотверженной готовностью мерить, выпивать, слушать модного диджея и фотографироваться на фоне пресс-вола. «У нас тут, знаете, все очень спокойно стало в плане светской жизни, — комментирует это чудо Юля. — Десять — да нет, даже пять лет назад — все бурлило, приглашения так и сыпались, а сейчас мало что происходит. Это Валентина Ивановна, наверное, задавала тон – жизнь была насыщена какими-то фестивалями, форумами. У нынешнего губернатора совсем другие интересы. Так что все пришли к нам со словами «хорошо, что куда-то можно выбраться». Половину коллекции раскупили сразу – первыми улетели ладно скроенные базовые брюки и платья, которые Юля сначала вовсе не хотела шить.

Она встречала гостей в сером атласном жилете собственного производства. В ушах и зоне декольте приятно поблескивали сапфировые перья Carrera y Carrera. Пришла ли свекровь? Нет, спикер Совета Федерации не смогла, но заглянула на следующий день — проведать и заказать пару вещей: черное с серым пальто и черное платье «на каждый день, чтобы безошибочно надеть в любой политической ситуации».

Муж тоже поддержал, но не сразу: «Сначала и Сережа, и муж моей подруги Вали смотрели на нас немножечко в стиле «девочкам нечего делать, надо чем-то заняться». А через полгода, увидев, сколько сил мы на это тратим и как красиво выходит, зауважали и оценили».

«Красиво» ей хотелось с детства. Не то чтобы она увлеченно шила куклам платья или перекраивала мамины наряды. Но недавно мама нашла сочинение второклассницы Юлии Зайцевой на тему «Кем бы я хотела стать». «Кем — из него не очень понятно. Но слово «красиво» упоминалось по ходу пьесы раз двадцать», — смеется новоиспеченный дизайнер. В двух с половиной публикациях, которые посвятила Юле чересчур осторожная федеральная пресса, ее семья обтекаемо названа «простой». «Папа — военный, полковник артиллерийских войск. Я родилась в Санкт-Петербурге, потом уехала с родителями в Мурманск и вернулась. Мама работала в детском саду. Я была очень домашним ребенком и всеми силами сопротивлялась, когда меня тоже собрались отдать в сад. В какой-то момент мама поняла, что это бесполезно, ушла с работы и сидела со мной дома».