Личный опытСекспросвет: Зачем я пошла на шоу «Холостяк»

В марте на телеканале ТНТ состоялась премьера шоу «Холостяк», по условиям которого десять девушек соревнуются за внимание одного известного мужчины. Участницы идут туда по разным причинам — свои цели были и у секс-просветительницы Елены Рыдкиной, заявившей, что хочет поднять проблемы сексизма и неравенства, на которых построена концепция проекта.

В феминистском сообществе Рыдкина известна не первый год: она была соосновательницей проекта Sexprosvet, по сей день ведущего активную деятельность, была лицом дейтинг-приложения Pure в России, проводила мастер-классы и читала лекции о сексе и свободной любви, а сейчас путешествует и трудится CVO в Caribbean Fancy Open Village в Доминиканской Республике. Мы поговорили с Еленой об этом опыте и узнали, насколько российское телевидение готово к феминистским высказываниям и стоит ли ставить на нём крест.

После того как мы с подругой Настей Каримовой прошлись по нью-йоркскому Таймс-скверу топлес, нас долго обсуждали — поступок многие восприняли как нестандартный. Немного позже мы наткнулись на информацию о кастинге в шоу «Холостяк» на ТНТ и задумались об участии. Настя сразу отказалась от этой затеи, а я вообще впервые узнала об этом шоу — мне стало любопытно, я начала смотреть и сначала была в ужасе. Я не совсем понимала, как я могу быть там уместна, и сразу предупредила продюсеров: «Вы уверены? Я феминистка, полиаморка, практикую БДСМ». Они ответили, что всё здорово. Мне стало интересно: я подумала, что у меня есть возможность попробовать немного расшатать границы чужих взглядов, показать, что есть люди, которые живут и думают по-другому. С другой стороны, я получила шанс испытать себя: я охотно решаюсь на какие-то сложные психологические эксперименты и шоу «Холостяк» восприняла как один из них. Я прошла кастинг и оказалась среди участниц.

Несложно заметить, что на съёмках мне было очень некомфортно почти всё время. У меня было странное состояние, когда я не просто не понимала, что я там делаю — было ощущение, что я попала в параллельную реальность. Из-за того, что я оказалась единственной носительницей свободных взглядов — их разделяла разве что Алиса Лисс (ещё одна участница шоу «Холостяк», модель с альбинизмом. — Прим. ред.), у которой тоже бомбило, хотя и гораздо меньше, чем у меня, — у меня возникали мысли, что, может быть, это со мной что-то не так. Я была удивлена, что подобная обстановка может подействовать на меня настолько сильно. Конечно, иногда мне было не по себе. Там, где это было возможно, я делала комментарии, испытывая постоянный фейспалм. Это было видно. Когда у нас были эпизоды индивидуального общения с Егором или когда мы разговаривали с девушками, становилось ясно, что мне там, похоже, хуже всех.

Притом что девочки в целом хорошие и адекватные, было очевидно, что мы из разных миров и у нас разные ценности. То, что для них нормально, правильно или важно, мне было непонятно. Я постоянно слышала разговоры в стиле: «Здорово, что ты так мало ешь! Здорово, что ты такая худая!» Когда я пыталась открыто рассуждать о сексуальности, в большинстве случаев я получала реакцию в духе: «Зачем вообще об этом говорить?» Из-за таких агрессивных выпадов в какой-то момент я замкнулась и не могла спокойно беседовать ни с кем, кроме Алисы — я чувствовала враждебность. И всё-таки у меня было ощущение, что многие из героинь гораздо более открыты в этих вопросах, просто публично этого не показывают. Казалось, что то, что ты думаешь, и то, что ты транслируешь во внешний мир для многих, — два разных потока, которые не должны обязательно пересекаться.

У меня сложилось впечатление, что участницы часто переключались между проявлениями человечности и показной конкуренцией. Они однозначно были способны проявлять эмпатию и сочувствие. В какой-то момент мне было очень плохо, причём из-за моих собственных глубинных стереотипов, которые обнаружились во время шоу: всплыли подростковые шаблоны восприятия «гламурных» женщин как заведомо «глупых» или «неправильных». Я искренне поговорила с девушками на этот счёт, и это была классная трогательная беседа — они расслабленно посмеялись: «Какая я гламурная киса? Посмотри, я в трениках хожу!» В тот момент они очень поддержали меня, за что я им безумно признательна.

Но одновременно с этим строятся и отношения жёсткой конкуренции, девчонки постоянно сплетничают друг о друге. Мне с самого начала казалась странной идея конкурировать в сфере романтических отношений: ведь у тебя либо есть контакт с человеком, либо нет! В этом смысле идея соперничества, которая воспевается в этом шоу, кажется мне странной — но массовая культура вообще воспроизводит эту модель очень охотно. Участницам же это либо казалось правильным, либо они соглашались с этим как с необходимым условием. Мне очень сложно было разобраться, кто искренне борется за отношения, а кто преследует какую-то иную цель.

Ещё в Лос-Анджелесе мы с моим бойфрендом, с которым я состою в полиаморных отношениях, смеялись — он очень радужно воспринял идею моего участия в шоу как интересного испытания, пошутил со мной над призрачной возможностью влюбиться и выйти замуж перед камерами. Я говорила, что продюсерам придётся сильно постараться, чтобы найти человека, который сможет разделить мои взгляды. У каждой из нас была своя цель — и там, безусловно, были девушки, которые искренне мечтали о любви и представляли себе настоящее романтическое шоу. Но у других были иные причины, и это нормально. Когда тебе подсовывают какого-то незнакомого человека, пусть он будет хоть трижды знаменитым и богатым, сложно представить себе историю любви с первого взгляда.