Февраль. Достать чернил и плакать! А может быть в Хамышки нам?

Вот как-то так…Весь февраль мы, то собирались, то передумывали ехать на 23 – 24 в Адыгею. Компания была новая, просто на работе решили организовать праздник на природе. Я конечно понимал, что это не те люди, кто будет со мной лазить по горам, оврагам и бродам в поисках птиц, но по крайней мере это был шанс вырваться из душного пыльного и грязного от зимней слякоти города. Как всегда гидрометцентр "радовал" прогнозами. За неделю до часа «Х» мне пообещали ясную и достаточно теплую погоду. Я в предвкушении заката, звезд, млечного пути и рассвета протер всю оптику до блеска, зарядил батареи фотоаппаратов, и каждый день сглатывал обильно капающую от предвкушения слюну. Не тут-то было! За три дня до поездки вдруг стали обещать мороз и снегопад… Снова срывалась мечта запечатлеть млечный путь, почему-то каждый раз, когда я оказываюсь в горах, мне не везет с облачностью. Началось это с тех пор, как я стал обладателем зеркалки, т.е. в период, когда мне не на что было запечатлеть красоту, кроме сетчатки, красота являлась повсюду во всем своем многообразии. Ну да ладно, красивый снегопад в горах – это тоже шикарная добыча, примерно такие мысли зародились в пространстве между моих костей черепа.22 февраля сего года во второй половине дня погода стремительно портилась, срывался мелкий противный дождик, намекающий на то, что в горах нас ждет обещанный, даже возможно великолепный, снегопад. Сбор был назначен на 8.00 23 февраля. Все жаждущие отдыха сотрудники умещались в две другие машины, поэтому в Рептилию закинули не помещающийся в багажники сотоварищей скарб, и я с женой ехал вдвоем.Погода разочаровала сразу. Такой подлости я конечно не ожидал. Серое хмурое небо, без единого просвета, казалось, нависало прямо над головой. Пусть как всегда стандартный, через Лабинск, Майкоп и окрестности. Ближе к Лабинску утренняя хмарь была наглым образом дополнена наползающим на нас туманом. Нет, конечно же, он никуда не наползал, это мы безудержно погружались в его клубы. Попытка сфотографировать под Лабинском сходку черных коршунов увенчалась полным провалом, в условиях тотальной серости, на серо-грязном поле с пучками пожухлой рыжеватой травы сфотографировать прилично десяток заседавших там птиц не удалось, а при попытке приблизиться, они помахали мне ручкой и были таковы.Самое отвратительное в новой напасти было то, что туман не стелился по низинам, а как пуховое молочно-белое покрывало плыл у нас над головой, поэтому в низинах было тускло и уныло, а как только дорога поднималась ввысь, так сразу мы попадали в густой, плотный поток микрокапель, похожий на клубы дыма. Из тумана вынырнули уже перед Майкопом, за которым он лишь далеким отголоском напоминал о себе, поселившись на верхушках гор слева от дороги, справа же, наконец, засияло солнышко.

К сожалению, хоть светило на небосводе и разогнало туман, но, увы, было не способно бороться с наплывающими тучами, а они словно издеваясь, то закрывали небо рваной серой пеленой, то вновь, словно по мановению волшебной палочки рассеивались почти бесследно.Как только по прибытии на место мы заселились в домик, снятый для нашей разношерстной компании, я схватил фотоаппарат и помчался изучать окрестности. Синицы и лазоревки водились тут в изобилии, пару раз промелькнули зарянки, коих я к сожалению не поймал.

По веткам прыгали еще какие-то маленькие, тонко попискивающие пичуги, не опознанные мной, и к превеликому сожалению, так и не сфотографированные. Они так быстро и часто перемещались, да еще вдобавок обилие мелких ветвей с периодически пропадающим в заоблачной дали солнцем, так и не дали сделать кадр, пусть не высокохудожественный, но хотя бы позволяющий опознать птиц.Протекающую здесь мелкую речку Бзыху я форсировал по упавшему поперек стволу дерева, и стал методично углубляться в лесок, покрывающий гору.

Конечно голый серо-коричневый лес – это не буйство летних красот, и уж точно не переливы осенних красок, но это все равно лес, с шуршанием, потрескиванием, щебетанием и с потрясающими запахами, которые не в состоянии воспроизвести, ни один парфюмер в мире.

На другой стороне реки кроме выше описанных птичек стали попадаться черные дрозды и дрозды светлой окраски, которые не издавали ни одного звука, летали весьма высоко и не позволяли четко определить их разновидность. За черными дроздами, я по понятным причинам, не гонялся, их у меня в коллекции много.Хотел взойти на вершину горы, но по рации постоянно меня вызывали назад, мотивируя острой необходимостью, в итоге оказывающейся новой порцией салата, шашлыка из баранины или шашлыка из свинины. Кстати, баранина оказалась наинежнейшей, сочной и беспрецедентно вкусной.К вечеру снова начал сгущаться туман, и снова вверху, продержавшийся до позднего утра, убивший всякую возможность полюбоваться закатом, повосхищаться звездами и встретить рассвет. Всего этого просто не было. Просто серое состояние природы резко перешло в полное отсутствие света вокруг, а под утро все снова стало серым.Поздним вечером, ближе к восьми, сходил на речку, решил снять в темноте место, где фотографировал днем, но в полном мраке чуток не дошел до нужной точки, а потому полной идентичности кадра не вышло, но некоторое сравнение можно провести. Очень интересная картинка текущей воды, сливающейся на фоне длинной выдержки и создающей эффект молочной реки. Источником света служила единичная, видимая на кадре вдалеке лампочка на столбе, а в остальном вокруг царил полный мрак и легкий моросящий дождь.

Проснулся в 4 утра в надежде на улучшение погоды, но как было сказано выше, надеждам не суждено было сбыться, ни в 4 утра, ни в 5 утра, ни позже.Настоящей отрадой для души моей стал пойманный на второй день пребывания в фокус дрозд, которого в первый день я безуспешно пытался идентифицировать. После 30 минут практически неподвижного сидения у дерева мне удалось более-менее сносно сфотографировать этого партизана, прятавшегося в густых ветвях переплетенных омелой, плоды которой он и поедал.

К моему несказанному удовольствию это был деряба, коего в моей коллекции еще не было. Этот факт полностью искупил все предшествующие природные катаклизмы, так усиленно мешавшие мне в эту поездку.Обратный путь прошел хоть и без тумана, но все в той же, уже привычной глазу, серой мгле.За сим разрешите временно откланяться и заняться чем-то более полезным, чем бумагомарательством экраномарательством до следующих новостей.Ну и напоследок, не мог не сфотографировать уточек, плавающих на каком-то мелком пруду около деревеньки