ГИТАРНАЯ МУЗЫКА ЭПОХИ ПОСТМОДЕРНА: ИНТЕРПРЕТИРУЮЩЕЕ МЫШЛЕНИЕ КАК ЦЕЛЕВАЯ УСТАНОВКА ТВОРЧЕСТВА

   ХХ столетие вошло в историю гитарного искусства под метафорическим, но весьма симптоматичным грифом «золотой век гитары». В наибольшей мере это касается его второй половины, когда преодолев давно сложившиеся жанрово-стилевые пределы компетенции инстру­мента, гитарная музыка зазвучала в унисон самым современным творческим исканиям. Путь на­встречу новым достижениям, признанным сейчас беспрецедентными в эволюции гитарного искус­ства, перемежался падениями и взлетами, запаздываниями вслед за быстро текущими процессами обновления музыки или, наоборот, синхронностью общих токов развития целых срезов культуры, на специфической судьбе гитарной музыки существенным образом отражающихся.    Информация, полученная из каталогов современной гитарной музыки, говорит о стремительно растущей глобализации творчества: в 1950-е годы для гитары создано более 500 произведений, в 1960-е их общее количество возрастает до 1400, в 1970-е число композиций — уже более 3000. С 1980-х общий список насчитывает более 5000 произведений (около 200 концертов и 1500 сольных композиций), с 1990-х — это свыше 8000 работ (более 300 концертов и 2000 сольных композиций), с 2000 по 2009 годы — более 9000 произведений (200 концертов и более 1500 сольных пьес). В этом смысле показательно сравнение: за предыдущие полвека для гитары было написано не более 600 произведений, из них — лишь 7 концертов и около 300 сольных пьес. Здесь наблюдается симпто­матичное совпадение: в течение последних четырех десятилетий процесс глобализации академи­ческого гитарного искусства набирал мощность на фоне глобализации постмодернистских худо­жественных явлений.    Как динамика обновления эпохи сказалась на развитии гитарного искусства? Ответ на этот вопрос лежит в плоскости общих эстетических аналогий. Постмодернизм воплощал некий собира­тельный звуковой образ уходящего тысячелетия диффузией стилей и смешением художественных языков. Он знаменовал поворот к традициям прошлого, ближайшего и самого отдаленного, и отражал «стремление культуры заново пережить собственную историю» [3, с. 487]. Его характерные приметы (обращенность к традиции, опровержение радикализма, упрощение языка, интуитивность сознания, массовость восприятия, энтропия, рефлексия, отношение к прошлому как к «тексту», актуальность всех языков и диалектов, открытость к «чужому слову», надиндивидуализм, эклек­тизм, новый синкретизм, интертекстуальность, ироничная фрагментация языковых игр) находят многочисленные толкования в философии, социологии, эстетике, искусствоведении. Однако науч­ные взгляды, высказанные в разных гуманитарных областях, фиксируют качество децентриро­ванности данного явления. Считается, что устойчивые признаки постмодерна обозначаются одновременно в разных местах. Их миграция дает неоднородные синтезы — культурно-исторические, стилевые, языковые и прочие, что сказывается не только на значительных расхождениях в смысловых объемах понятия, но и отражается в сопутствующих ему метафорических описаниях («мир коллажа», «трение стилей», «радикальный эклектизм», «свалка следов истории»). Тем не менее, общее качество, стабилизирующее постмодернизм во всех сферах творчества, лежит гораздо глубже — в области мышления. Определим его как интерпретирующее мышление, выведенное на уровень целевой установки.    Следует оговорить, что интерпретирование является важнейшей составляющей музыкального мышления. В концепции В. Москаленко творческая деятельность условно разделена на творчески-поисковое, интерпретирующее и исполнительски-воспроизводящее направления: «Творчески-поисковое направление показательно для сочинения музыки. Интерпретирующее — для раскрытия ее выразительного потенциала. Исполнительски-воспроизводящее — для реализации музыкального произведения в звучании» 1. Говоря об интерпретирующем мышлении применительно к постмодер­нистским явлениям, мы артикулируем второе из приведенных выше направлений, глобально сме­щенное в данную эпоху на процесс сочинения музыки. Будучи возведенным в ранг целевой установки творчества, интерпретирование стилевых следов прошлого, свободно перемешанных в современном произведении, обеспечивает и эстетически объединяет радикальный плюрализм мышления, присущий музыке нашего времени, с общим рефлексивным состоянием ментальности. __________________

© Иванников Т. П., 2011-2015.

Место первой публикации: Науковий вісник Національної музичної академії України ім. П. І. Чайковського : Проблеми музичної інтерпретації [зб. статей / упоряд. В. Г. Москаленко]. — К. : НМАУ ім. П. І. Чайковського, 2011. — Вип. 95. — С. 81–89.

   Текст статьи предоставлен автором и размещен на сайте "История гитары в лицах" с его согласия.