О пивоваренном заводе Иосифа Викентьевича Питца в Самаре

Одним из таких предприятий был завод швейцарского подданного Иосифа Викентьевича Питца. Он упоминается во всероссийских справочных изданиях конца XIX века, в картотеке самарского краеведа К.П. Головкина, в некоторых публицистических статьях. Собственно, всё, что о нем было известно, нами было обобщено в предыдущей статье: (1) «швейцарский гражданин Иосиф Викентьевич Питц взял у города в аренду с 1 января 1880 года участок земли сроком на 77 лет. На участке был деревянный дом, хозяйственные постройки и небольшой сад. И.В. Питц на участке возвел каменный пивоваренный завод. Находился завод за Панским переездом через железнодорожный путь, правее улицы Панской, официально это называлось «за чертой города Самары около оврага безымянного, вверх по течению реки Самары на городской выгонной земле». (2) С учетом современных координат, это поселок Шмидта. В одной из публикаций указано, что уже через три недели завод сгорел. (3) Однако в издании 1887 года завод ещё значится действующим (9000 ведер на 13000 рублей, девять работников). (4) Но и К.П. Головкин указывает, что в итоге завод все же сгорел, после чего не был восстановлен, а руины каменного корпуса ещё долго стояли». В связи с недостаточностью имеющихся сведений пришлось обратиться к архивной документации. Оказалось, что в истории этого завода много от детективной истории, да и пожар был не один… Да и вообще к заводу И.В. Питца вела достаточно длинная история. В документах архива есть такая запись: «1857 года, 1 августа, в присутствии Самарской городской думы, я самарский мещанин Федор Максимов Ильин согласно указа Самарского губернского правления от 6 июня сего года за 3196 заключил сей контракт на 99-летнее содержание снятого мной в Городской Думе с торгов на устройство сально-свечного и мыловаренного завода участка земли, принадлежащей г.Самара, заключающего в себе 300 кв.сажен, находящегося около оврага безымянного вверх по течению реки Самары против оконечности 32 квартала. Условия: 1) платить по 11 руб. 85 копеек серебром в год; 2) каждые 10 лет Дума имеет права изменять оброчную сумму в соответствии с ценностью других подобных участков земли. 3) если участок потребуется городу, обязуюсь вернуть его без всякого вознаграждения; 4) если участок будет использован не под вышеуказанный завод, а под что-то другое, он будет отобран городом; ….» (6)

Работе завода И.В. Питца после 1875 года будет посвящена уже следующая часть нашего исследования.]

Россия, Самара, Самарский институт (филиал) Российского государственного торгово-экономического университета

Одна из ветряных мельниц в Самаре

Одна из ветрянок в Самаре

Наверное, всем известно то, что мы сегодня называем просто поселком Запанским. Но ранее он состоял из разных поселений - поселок За Панским переездом, поселок Кавказ, поселок Новый Оренбург, поселение у Колесникова оврага, поселок у ветряных мельниц. Все они вытянулись по реке Самаре от Панского переезда до старого места, называемого Под.Может именитые историки будут иронизировать, но я, честно, никогда не видел хоть краешка наших ветрянок (поселок Ветряные мельницы). Однако, кое-что попалось в бумагах архитектора А. А. Щербачева в ЦГАСО. Одна из сотни самарских ветрянок. Хотя, так хочется увидеть все их на одном кадре!Представьте, как ветрянки после бесконечного ряда амбаров красиво уходят от Самарки вдаль за горизонт, размахивая лопастями :)_______________См.: ЦГАСО. Ф. Р-4347. Оп. 1. Д. 28

Самара. Архитектор Щербачев и его строители

Архитектор А. А. Щербачев и его строители.

Снова о магистрали по К. Маркса. Нечаянная встреча

Бабье лето. Красота, внутренняя тишина. После рабочих дел приятно побродить по Самаре.

Дома Юлия Поплавского в Самаре

Юлий Иосифович Поплавский (1859 - 1912) - бузулукский помещик, дворянин. Получил в наследство имение в Мало-Малышевской волости Бузулукского уезда Самарской губернии (более 10 000 десятин) с озером, владел землями и в Старо-Буянской волости Самарского уезда с центром в маленьком селе Заглядовка (около 20 000 десятин). Всю жизнь Поплавский думал, что проведет свои годы в Мало-Малышевской усадьбе. Но в 1897 - 1903 годах фактически полностью и, естественно, выгодно продал земли Крестьянскому поземельному банку, и его угодья через банк арендовали крестьяне, проходящие в документах как «Поплавское крестьянское товарищество». Крупные суммы, полученные от продажи земли банку, он вложил в строительство и обустройство своих домов в Самаре и открытие собственных лавок. Занимался ростовщичеством и махинациями с лесом. Родовая Мало-Малышевская усадьба превратилась в дачу с землей в 1 592десятины под сад и огород. В 1912 году Юлий Поплавский скончался. В 1918 году, при КОМУЧе на все недвижимое имущество Ю.И. Поплавского (а теперь его сына Евдокима Юлиевича) был наложен арест за долги, что отражено в рапорте некоего судебного пристава Канищева. В 1919 году бывший дом Ю.И. Поплавского по Саратовской (Челышевской, а ныне Фрунзе) был муниципализирован. В 2000-х годах дома Кичаева и Поплавского на улице Фрунзе горели. Последствия пожара до сих пор налицо.

В 1899 году личный дом Юлия Иосифовича Поплавскского должен был быть выстроен на его собственном дворовом месте на Саратовской улице в 94 квартале города между бакалейной лавкой В.А. Кичаева и его жены Домны Яковлевны и гостиницей «Театральная» (дешевые номера) лесоторговщика Николая Феофановича Иванцева. По заказу Юлия Иосифовича Поплавского архитектором А.А. Щербачевым был запроектирован деревянный дом, напоминавший хозяину Мало-Малышевскую усадьбу. После внесения некоторых корректив в проект, дом был выстроен уже в 1900 году, стоимостью 3 000 рублей, о чем имеются данные в самарских адресных справочниках. Основным изменением в первоначальном проекте было переустройство шатровых крыш, они стали выше, а флюгера встроены в гигантские массивные металлические шпили, что придавало, по сведениям журналистов газеты «Самарский курьер», «стремительный характер искусному дворцу господина Поплавского». Въезд во двор украсили ворота с шикарной резьбой.

Первоначальный проект фасада дома дворянина Ю.И. Поплавского на Саратовской (ныне Фрунзе) улице, 1899 год.Из личного фонда Щербачевых в ЦГАСО

Схема из книги Самогорова, Сысоева и Черной

Дом дворянина Ю.И. Поплавского. Из личного фонда Щербачевых в ЦГАСО. Фотоснимок 1901 года

Здание строитсяна Театральной площади (ныне Фрунзе, 171) и развивает стилистику кирпичного театра, выполненного в «русском стиле» по проекту великого Чичагова. Главный фасад имеет симметричную 3-частную 5-осевую фронтальную композицию. Стены цокольного этажа выполнены из известнякового камня. Прямоугольные оконные проемы декорированы наличниками с прямыми сандриками с пропильными подзорами. Главный фасад фланкирован объемами главных входов, акцентированными балконами с вальмовыми навесами по второму этажу и четырехгранными шатрами, увенчанными высокими металлическими шпилями.

С южной стороны к дому примыкает деревянная проездная арка с калиткой, украшенные щипцом с двускатной крышей. Здание имеет Г-образную форму в плане за счет пристроя к основному дому со стороны двора объема кухни, клозета и хозяйственных помещений. Планировка коридорная.

Бывший дом Ю.И. Поплавского, ныне Фрунзе, 171. Памятник культурного наследия регионального значения (Р.ОИ от 06.05.87 г. № 165)

Если говорить о воротах, нельзя не процитировать Вагана Гайковича Каркарьяна: «Особенно были красивы ворота, и это не случайно. По отделке ворот и крыльца судили о состоянии хозяина. В старину говорили: «Двор красится воротами, изба углами, хоромы теремом». Как правило над воротами помещали иконы и кресты. По обычаю русский человек не входил во двор и не выходил со двора, не осенив себя крестом. К сожалению, высокие узорчатые ворота и крыльцо были сильно повреждены при строительстве нового здания, а на фронтоне вместо иконы теперь красуется нелепая реклама какой-то фирмы».

Почти полностью сгоревший особняк Кичаевых (арх. М.И. Квятковский (?), ныне Фрунзе, 173.Памятник культурного наследия регионального значения (Р.ОИ 25.11.69 г. № 749; Приказ МКСО от 29.07.09 г. №13)

Вход в бывший дом Ю.И. Поплавского. Следы пожара

На второй этаж

Выходить на этот балкон очень опасно. Не повторяйте этого.

Вид с балкона бывшего дома Ю.И. Поплавского

Нина (Антонина) Андреевна Хардина, дочь присяжного поверенного Самарского Окружного суда, гласного Самарского губернского земского собрания, председателя Самарской губернской земской управы, инициатора создания губернской земской типографии, школ земских учительниц, пятиклассного женского училища, инициатора созыва I губернского съезда земских врачей, руководителя Самарского комитета партии конституционных демократов, издателя кадетских газет «Самарский курьер» и «Волжское слово» родилась в Самаре 17 октября 1871 года. После окончания 8-классного женского училища и Высших Бестужевских женских курсов в Петербурге, Н.А. Хардина давала частные уроки в Самаре, открыла в 1898 году свою «школу» в собственной квартире, а в 1899 году она получила разрешение на открытие учебного заведения 2-го разряда (будущая гимназия Н.А. Хардиной) в деревянном доме П.Г. Петрова на Саратовской (Фрунзе) улице напротив городского театра. В 1902 году дом классической архитектуры, выстроенный по проекту А.А. Щербачева (ныне ул. Куйбышева, 125), заняло учебное заведение уже 1-го разряда Н.А. Хардиной (с 1903 года частная гимназия Н.А. Хардиной).

Проект фасада дома Поплавского на Дворянской, 1902 год. Из личного фонда Щербачевых в ЦГАСО

Архитектор А.А. Щербачев и заказчик Ю.И. Поплавский на строительстве, 1902 год. Из личного фонда Щербачевых в ЦГАСО

Хозяин нового дома дворянин Юлий Иосифович Поплавский, близко знакомый с семьей Хардиных, изначально готовил здание для будущей гимназии. Поэтому классический стиль здания здесь неслучаен. А. Сорокина в статье «История «гимназии Хардиной» отмечала: «Классическое российское образование строилось на глубоком изучении латинского и греческого языков, античной культуры и всего того, что называется гуманитарным направлением. » Помимо этого, пристрастия состоятельных дворян того времени часто склонялись к классицизму и неоклассицизму, тем более если здание предназначалось для общественных нужд. После смерти Юлия Поплавского в 1912 году все здания, в том числе дом гимназии, перешли к наследнику Евдокию Юльевичу Поплавскому. Если Юлий Иосифович мог позволить себе брать арендную плату за два этажа здания гимназии с квартирами Хардиных - 2 500 рублей (половинная оплата), то его сын Евдоким Юльевич Поплавский, попав в долги, требовал полную рыночную арендную оплату. В одном из писем Самарскому губернскому земскому собранию в 1914 году Н.А. Хардина, требуя дотаций от земства, указывала, что умерший владелец дома брал лишь половину полагающейся платы, а его наследник потребовал все сполна. 6 августа 1918 года за долги Е.Ю. Поплавского перед А.А. Волковым на здание и вовсе был наложен арест. В августе - октябре 1918 года домом гимназии владел крупный купец и промышленник В.Н. Башкиров.

Гимназия Н.А. Хардиной с писчебумажным магазином Миллера на первом этаже,где раньше был книжный магазин Ивановой и тайная явка эсеров

В особняке Хардиной проводили свои собрания кадеты, в 1908 году в книжном магазине Ивановой на первом этаже дома была арестована ячейка эсеров, позже первый этаж под магазин арендовал некий Миллер. При гимназии имелись приготовительные классы, в одном из таких классов учились и мальчики для подготовки поступления в мужские заведения. Обучение в гимназии велось без отметок, но несколько раз в учебном году ученицы получали отзывы. Отметки выставлялись только на выпускных экзаменах в дипломы. Окончившие восьмилетний курс гимназии получали звание домашних учительниц, а после 9-летнего курса могли поступить в высшие учебные заведения. За обучение взималась плата. Существовала и касса (кружка для поддержки недостаточных учениц частной женской гимназии Н.А. Хардиной в Самаре). Устав «кружки» сохранился.

Нина Андреевна Хардина с 1907 года не была официальной хозяйкой гимназии, а являлась лишь начальницей, получавшей заработную плату, установленную педагогическим советом. Нина Андреевна преподавала русскую литературу в старших классах. Под крылом своей гимназии она смогла собрать высококлассный персонал, среди которых можно выделить преподавателя истории, будущего профессора, одного из организаторов Самарского отделения общества народных университетов и общества археологии, истории, этнографии и естествознания, краеведа П.А. Преображенского (ныне всем известен очерк П.А. Преображенского «Окраины Самары»). Преображенский работал на общественных началах. М.В. Португалова (дочь знаменитого самарского врача и ученого Вениамина Осиповича Португалова) вела в гимназии русский язык и литературу, а в младших классах - арифметику и геометрию. В архиве школы № 15 сохранилось множество уникальных фотоматериалов и воспоминаний учениц, где слушательницы с глубоким уважение отзываются о своих наставниках: В.А. Масловской, О.Б. Котельниковой, А.П. Немытове, А.В. Воскресенском и многих других. Часто в гимназию приглашали различных лекторов и просто известных людей. Некоторое время в гимназии основы графики преподавал знаменитый архитектор периода раннего модерна Александр Устинович Зеленко. Гимназия (позже школа № 15) была прославлена своими педагогами (11-ти присвоено звание «Заслуженный учитель РСФСР») и многими ученицами.

Из Адрес-календарей Самарской губернии

Частную гимназию Н.А. Хардиной закончили купеческие дочери сестры Вера и Надежда Павловны Шихобаловы (в будущем первая - научный сотрудник археологического отдела Эрмитажа, вторая - заместитель одной из лабораторий АН СССР); кандидат сельскохозяйственных наук, преподаватель Куйбышевского педагогического института А.И. Щукина; дважды лауреат Государственной премии РСФСР Н.И. Вяткин; выпускник подготовительных курсов народный артист РСФСР и лауреат Ленинской премии Г.А. Шебуев и многие другие известные люди.

Либеральные и даже революционные взгляды многих учениц и учителей школы Н.А. Хардиной дали народное прозвище для заведения - «Красная гимназия». В связи с неблагонадежностью выпускные экзамены проводились или в других городах, или под надзором педагогов правых убеждений. После взятия города большевиками в 1918 году женская гимназия была преобразована в образцовое железнодорожное училище № 1, а затем в 1930 году в школу № 15. В советские годы, как лучшему заведению по постановке учебного и воспитательного процесса, школе было присвоено имя Н.К. Крупской. Ныне муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Среднее общеобразовательная школа № 15» носит имя Н.А. Хардиной, сохраняя лучшие традиции и, полную тайн, атмосферу старинного учебного заведения Самары.

Здание бывшей гимназии (школа № 15) сегодня

Решением Куйбышевского облисполкома от 06.05.87 г. № 165 дом Поплавского с гимназией Н.А. Хардиной по улице Куйбышева признан как памятник истории и культуры. Указом Президента РФ от 20.02.1995 г. № 176 признан памятником культурного наследия федерального значения

Стены лестничных пролетов украшают старинные портреты преподавателей и учениц, занимательные коллажи. В центре над входом во второй этаж и администрацию помещен портрет Н.А. Хардиной

Коридор третьего этажа

ЦГАСО. Ф.8. Оп.3. Д. 4012.ЦГАСО. Ф. 149. Оп.19. Том.1. Д. 478.ЦГАСО. Ф. 149. Оп.19. Том.1. Д. 479.ЦГАСО. Ф. 149. Оп.18. Том.2. Д. 887.ЦГАСО. Ф. 149. Оп.18. Том.3. Д. 2095.ЦГАСО. Ф. 388. Оп.32. Д. 1195.ЦГАСО. Ф. Р-4347. Оп. 1. Д. 28.

Самарский купец В.М. Сурошников и проекты Шехтеля

Спасибо Армену golema за отличное понимание текста и блистательную верстку.Несмотря на отличные правки Армена, выкладываю свою версию для жж.

Фигура купца В.М. Сурошникова всегда вызывала много вопросов. О жизни и деятельности в Самаре крупнейшего миллионера, землевладельца и домовладельца Василия Михайловича Сурошникова в краеведческой литературе мы можем найти лишь редкие упоминания и отрывочные сведения. Период с 1918 года совсем не комментируется авторами, а место смерти самарского купца до сегодняшнего дня не было окончательно установлено. В 1960-х - 1990-х годах авторство проекта личного особняка Сурошникова на углу Казанской и Воскресенской улиц (ныне угол улиц Алексея Толстого и Пионерской) обычно приписывалось самарскому архитектору А.А. Щербачеву. Позже появились данные о существовании проекта этого дома, выполненного знаменитым мастером эпохи модерна Ф.О. Шехтелем, но документов об этом, как и самого проекта, в Центральном государственном архиве Самарской области обнаружено не было. И только лишь в фондах Шехтеля в ГНИМА им. А.В. Щусева в Москве удалось найти проекты дома и дачи купца. Фотокопии этих бесценных документов недавно были любезно предоставлены нам известным исследователем, научным сотрудником и заведующей сектором отдела фондов графики ГНИМА им. А.В. Щусева Л.В. Сайгиной.

Василий Михайлович Сурошников (01.04.1863 - 05.1923) - самарский купец первой гильдии, миллионер, благотворитель, авторитетный общественный деятель. Потомственный почетный гражданин города Самары с 1903 года. С 1914 года коммерции советник, с 1916 года статский советник. Полного курса гимназии не окончил (только 6 классов), зять богатейшего самарского купца А.Н. Шихобалова.В.М. Сурошников занимался махинациями на рынке зерна и сельскохозяйственных земель, держал несколько заводов (салотопенный, мыловаренный, крахмальный), пекарни, кузницы, лавки, паровые и водяные мельницы, три амбара, имел после смерти А.Н. Шихобалова 54 000 десятин земли в Бузулукском, Бугурусланском, Николаевском уездах Самарской губернии, а также усадебные земли в Симбирской губернии, крупные счета в Волжско-Камском и Азово-Донском банках в золоте, кредитных билетах и ценных бумагах.

К 1916 году владел 18 домами в Самаре (большинство доходные), открыл крупнейшую частную электростанцию в Самаре, располагавшуюся на его дворовом месте в 39 квартале города (ныне ул. Фрунзе, 89), которая обеспечивала энергией в разное время от 22 до 54 крупных абонентов.

Самарские купцы. В центре в кресле - А.Н. Шихобалов, справа от кресла стоит В.М. Сурошников

В 1905 году Сурошников стал членом биржевого комитета и членом учетного комитета Волжско-Камского банка. В личном формулярном списке Сурошникова, составленного Самарским отделением Государственного банка в рубрике «Нравственные и деловые качества лица» указывалось: «. занимается сельским хозяйством, в указаниях по этому производству может быть полезен. Пользуется всеобщим уважением и заслуживает полного доверия». Данная характеристика дошла до товарища министра финансов и предложением Государственного банка от 5 марта 1907 года за № 148 В.М. Сурошников утвержден в высокой должности члена учетно-ссудного комитета и узкого специалиста по сельскохозяйственным кредитам Самарского отделения Госбанка. Василий Михайлович счел нужным поступить на работу в Самарское отделение Государственного банка с заработной платой в 1 рубль. С 1908 года Сурошников - один из основателей и первый член Совета Самарского купеческого банка (крупнейший акционер банка - 1/5 всех акций). В 1909 году Сурошников - член правления Самарского общества взаимного кредита. В 1912 году В.М. Сурошников вместе с женой, сыном Петром, дочерью Ниной и братом Алексеем стал крупным пайщиком торгово-промышленного товарищества «Н.Е. Башкирова наследники в Самаре» под председательством В.Н. Башкирова. В 1913 году учредителям товарищества Башкирова принадлежали: паровая мельница (ныне ТЦ «СтройДом»), оцениваемая в 617 000 рублей, движимое имущество при мельнице, стоимость которого составляла 813 000 рублей, торговые предприятия в городах Самаре, Рыбинске и Гельсингфорсе, торговый флот. Членами Правления товарищества были избраны А.Д. Пятова, В.Н. Башкиров, В.М. Сурошников. 26 апреля 1913 года Сурошников совместно с С.А. Елачичем, А.Я. Слободчиковым, В.Н. Башкировым и С.Е. Пермяковым и другими крупными дельцами создали самарское городское кредитное общество. В это общество вступили 124 человека с суммой по страховой оценке 2 миллиона рублей.

В период с 1905 по 1917 годы Василий Михайлович Сурошников был членом Самарской городской думы. В 1910 году купец входил в состав технической комиссии Самарской городской думы, а к 1911 году являлся председателем еще 2 думских комитетов: 1) комитет по увековечиванию памяти статс-секретаря Столыпина в Самаре; 2) комитет по увековечиванию события 19 февраля 1861 года, 300-летия царствования Романовых и 100-летия Отечественной войны 1812 года. Планировалась установка памятника Столыпину по подписке, в 1912 году улица Почтовая была официально переименована в Столыпинскую. С 1911 года В.М. Сурошников входил также в комиссию по открытию Самарского политехникума. Но уже в 1913 году часть гласных вместе с В.М. Сурошниковым решила выйти из состава этой комиссии. И только благодаря уговорам думцев, считавших деятельность купца В.М. Сурошникова «в высшей степени желательной и полезной», он не покинул ее ряды. В 1912 году участвовал в делах по реформированию Самарского адресного стола. В начале 1914 года Сурошников стал членом электроводопроводной комиссии, ранее имевшей статус подкомиссии и членом врачебно-санитарного совета при думе. После начала Первой мировой войны городская дума постановила организовать комиссию для производства исследования личного состава всех семейств, призванных на военную службу в городе Самаре (призванных и ратников) и организации над ними районных Попечительств (М.Д. Челышев, В.Н. Башкиров, В.М. Сурошников, Н.А. Самойлов, Е.А. Зубчанинов, М.С. Афанасьев и С.Н. Постников). 29 октября 1914 года купец был выбран в депутацию для подачи самарскому губернатору просьбы полного запрещения продажи алкоголя в Самаре в составе А.Н. Наумова, отца Формаковского, В.Н. Башкирова, Е.А. Зубчанинова, Е.Т. Кожевникова, И.И. Левина, М.Д. Челышева. В 1916 году В.М. Сурошников входил в исполнительные комиссии по борьбе с дороговизной, снабжения населения города Самары мясом, при предстоящей реквизиции скота в Самарской губернии для нужд армии. Участвовал в работе общества «Самопомощь», занимавшегося снабжением самарских горожан дешевыми товарами, а также в работе Продовольственной (Обывательской) комиссии.

С 1914 по 1917 годы был председателем комиссии по увековечиванию памяти бывшего городского головы М.Д. Челышева. Улица Саратовская была названа улицей имени Челышева (ныне ул. Фрунзе), решено установить памятник бывшему городскому голове. Комиссия предложила два возможных места для установки памятника М.Д. Челышеву либо в соборном садике на углу Николаевской и Алексеевской (ныне угол Чапаевской и Красноармейской), либо на улице имени Челышева в саду у городского театра перед домом губернатора (несмотря на то, что это место было уже запланировано под памятник городскому голове П.В. Алабину). В сентябре 1915 года начался сбор средств на сооружение памятника по подписке. Тогда же оговаривалось, что «это должна быть бронзовая фигура на мраморном постаменте» по проекту академика скульптора Ильи Яковлевича Гинцбурга.

18 октября 1905 года Сурошников вошел в совет самарского политического объединения «Партия порядка», организованного на началах манифеста 17 октября 1905 года под руководством А.Н. Наумова. Основной насущной своей задачей это объединение считало «снабжение наиболее угрожаемых землевладельческих экономий вооруженной охраной в период смутного времени». После наведения относительного спокойствия в Самарской губернии «Партия порядка» распалась, большинство ее членов вступили в партию октябристов. Но Сурошников хоть и поддерживал «Союз 17 октября», разделял его основные программные установки, принимал некоторое участие в редактировании газеты октябристов «Голос Самары» (детище А.Н. Наумова) совместно с С.Н. Постниковым и С.А. Богушевским, даже был выборщиком в Госдуму от октябристов, но официально в ряды партии так и не вступил.

Купец Сурошников всю жизнь активно занимался благотворительностью. В период с 1889 по 1914 годы Василий Михайлович Сурошников являлся старостой Ильинской церкви в Самаре, с 1914 по 1918 годы старостой самарского Кафедрального собора. Кандидатура Сурошникова как возможного ктитора Кафедрального собора была выдвинута самим причтом храма. На заседании Самарской городской думы 24 апреля 1914 года при рассмотрении кандидатур старост М.Д. Челышев заявил: «Совесть нравственно обязывает меня засвидетельствовать перед городской думой, что в бытность мою городским головой В.М. Сурошников внес на украшение собора 17 тысяч рублей и 13 тысяч рублей на другие работы. В наше время редки люди с таким высоким религиозным чувством, каким является Василий Михайлович. В виду такого усердия его к храму Божьему, я и предлагаю не баллотировать Василия Михайловича, во избежание нанесения обиды, могущей произойти от случайно положенных неизбирательных шаров, мы единогласно просим его принять на себя должность старосты». Предложение М.Д. Челышева посредством вставания было единогласно принято.

Начиная с 1907 года, В.М. Сурошников упоминался как член Самарского правления Российского общества Красного креста, а в 1912 году как почетный директор приюта бездомных детей имени Великой княгини Анастасии Николаевны в Самаре. В 1912 году Василий Михайлович Сурошников и его жена Мария Антоновна Сурошникова стали членами Самарского губернского попечительства о детских приютах. К 1910 году Самарская городская дума в связи со смертью основных членов Совета городской богадельни имени Константинова на Алексеевской улице (ныне Красноармейская, здание железнодорожного техникума) избрала новых попечителей - купцов В.М. Сурошникова, И.Я. Соколова, И.И. Левина, В.З. Карпова. В 1912 году В.М. Сурошников являлся членом попечительского совета Самарской городской общественной богадельни на Симбирской (ныне Ульяновской) улице.

Неоднократно купец Сурошников вносил пожертвования для нуждающихся учеников начальных классов школ, гимназий и училищ города Самары, принимал непосредственное участие в учреждении стипендий имени А.Н. Шихобалова, П.А. Столыпина, М.Д. Челышева.

В.М. Сурошников продолжил ведение благотворительной деятельности, начатой А.Н. Шихобаловым. Вместе с Марией Антоновной он являлся попечителем Михайло-Архангельской, Троицкой церквей и школы в селе Наченалах Симбирской губернии (родина А.Н. Шихобалова), Свято-Троицкого (Шихобаловского) женского монастыря в Бузулукском уезде Самарской губернии, ремесленного приюта для сирот и школы в селе Колокольцевка Николаевского уезда Самарской губернии, а также курировал работу Шихобаловских больницы и богадельни в Самаре.

В.М. Сурошников был награжден орденами Св. Анны 2 и 3 степеней, Св. Владимира 4 степени «по духовному ведомству», орденом Св. Станислава 2 степени «за заслуги по приюту имени принца Петра Георгиевича Ольденбургского в Санкт-Петербурге» и памятным знаком, посвященным 300-летию Дома Романовых.

В 1918 году после взятия Самары большевиками В.М. Сурошников покинул город, жил некоторое время в Омске, затем во Владивостоке. В этот период в составе Волжского торгового товарищества он занимался продовольственным снабжением Белой армии. В 1921 году В.М. Сурошников из Владивостока эмигрирует с семьей в Шанхай на частном судне «Лорелай». Пристроив семью в доме на Баошань-роуд у Богоявленской церкви в Шанхае, Василий Михайлович Сурошников отправился в далекое и отчаянное путешествие по православным землям Балканских стран, в частности в КСХС (Королевство сербов, хорватов и словенцев). Вероятно, что предполагалось не просто паломничество к христианским святыням, а поиск нового спокойного и уединенного места жительства для себя и своих близких. В мае 1923 года В.М. Сурошников скончался. Его могилу с уцелевшим памятником в 2012 году нам удалось найти на территории современной Хорватии, в области Западная Славония, на кладбище затерянного в лесах сельского православного монастыря Пакра.

Хорватия, область Западная Славония, православный монастырь Пакра. Фото архитектора О. Мельник

Иконостас в монатыре. Фото настоятеля монастыря о. Луки

Могила В.М. Сурошникова на кладбище сельского православного монастыря Пакра в Хорватии

Фото архитектора О. Мельник

На надгробном памятнике, на каменном кресте хорошо читается: «Здесь покоится тело коммерции советника, почетного гражданина города Самары, статского советника Василия Михайловича Сурошникова. Скончался . мая 1923 года»

Особняк и дача купца

Дом А.Н. Шихобалова (с 1908 года В.М. Сурошникова) на улице Панской, 73 (ныне Ленинградская, 77).Здесь купец Сурошников с семьей жил с 1884 по 1912 годы, позже дом стал доходным

С 1884 по 1912 годы В.М. Сурошников проживал с женой и детьми (8 детей) в доме своего тестя А.Н. Шихобалова на улице Панской, 73 (ныне Ленинградская, 77). В конце 1908 года Василий Михайлович купил дворовое место с двухэтажным домом классической образцовой архитектуры в 22 квартале города Самары на углу улиц Казанской и Воскресенской (ныне угол улиц А. Толстого, 41 и Пионерской, 22). Вплоть до конца 1908 года этот двухэтажный дом принадлежал сначала дворянке Анне Борисовне Шелашниковой, которая проживала в своем имении в Исаклах, занималась производством знаменитого на Средней Волге шелашниковского подсолнечного масла. После ее смерти дом, как и все имущество, перешел всего на семь дней к ее дочери Марии Степановне Рооп, жившей под Балашихой в имении Пехра-Яковлевское. Так как М.С. Рооп жить в Самаре не собиралась, то сразу же продала особняк в 22 квартале В.М. Сурошникову. На протяжении нескольких лет дом значился в справочниках и документах как «бывший Рооп». Вскоре Сурошниковым был заказан проект перестройки дома в стиле модерн, выполнен на «на шести листах», утвержден строительным отделением Самарской городской управы 18 августа 1909 года и завизирован городским архитектором Ф.А. Черноморченко.

Из фондов ЦГАСО

Главный фасад по Воскресенской (ныне Пионерской) улице.Из проекта Ф.О. Шехтеля особняка В.М. Сурошникова в Самаре, 1909 год. Из фондов ГНИМА им. А.В. Щусева

Фасад по Казанской (ныне А. Толстого) улице.Из проекта Ф.О. Шехтеля особняка В.М. Сурошникова в Самаре, 1909 год. Из фондов ГНИМА им. А.В. Щусева

Проект перестройки дома был выполнен известным архитектором эпохи модерна, академиком архитектуры Федором Осиповичем Шехтелем. В период с 1909 по 1910 годы в проект были внесены серьезные изменения самарским архитектором Александром Александровичем Щербачевым, начато строительство. До сих пор в личных бумагах Щербачева, хранящихся в государственном архиве Самарской области, можно найти несколько фотографий окончания строительства дома. Согласно многим документам и адресным справочникам к лету 1912 года В.М. Сурошников с семьей переехал в свой новый особняк.

Окончание строительства, осень 1911 года. Из личного фонда Щербачевых в ЦГАСО

Дом В.М. Сурошникова с башней - доминанта перекрестка и четко очерчивает угол улиц, что характерно для Самары, но имеет архитектурную обработку всех четырех фасадов, что было редким в то время для города явлением.

К зданию были пристроены конюшни и гараж, каменная оранжерея с серией фонтанов, подведены электричество с собственной электростанции, водопровод, канализация, центральное отопление и телефонная линия, разбит фруктовый сад. Между особняком и флигелем (ныне улица Пионерская, 26) архитектором Щербачевым была запроектирована простая, но изящная беседка.

Современный вид особняка В.М. Сурошникова. Фото А. Арутюнова

Исчезло ограждение углового балкона, осыпаются элементы фасада.

Внутри здания мы сможем найти четыре камина, стены залов удивляют богатой лепниной, а пол потрясающим своей красотой паркетом. Известный санкт-петербургский реставратор и исследователь А.И. Роденков обнаружил на одном и изразцов камина клеймо английской компании «Дультон» («Doulton»). На сегодняшний день на территории бывшей Империи известны случаи употребления керамики этой знаменитой компании, но камин с керамикой английской фирмы «Дультон» был найден только в особняке В.М. Сурошникова.

По сведениям дореволюционных газет в особняке В.М. Сурошникова часто бывали купцы М.Д. Челышев, С.Н. Постников, В.Н. Башкиров, братья Киселевы, архиепископ Самарский и Ставропольский Питирим. Гараж при особняке занимал автомобиль с 24-сильным двигателем со спортивным кузовом «Торпедо» 1910 года выпуска с регистрационным номером на 1914 год № 33.

Особняк В.М. Сурошникова интересен и наличием подземного хода. По свидетельству уважаемого главного библиотекаря Самарского военно-медицинского института (к сожалению, ныне закрытого) Надежды Федоровны Ирхиной, от дома Василия Михайловича Сурошникова был проложен длинный подземный ход, соединявший подвалы здания с берегом Волги (вероятнее всего с Шихобаловскими казармами на углу улиц Набережной и Воскресенской). Подземный ход был создан именно при Василии Михайловиче. Н.Ф. Ирхина, вся жизнь которой была связана с военно-медицинским факультетом, а позже институтом и домом Сурошникова, рассказала нам: «Лет сорок назад при ремонте труб у дома просел грунт, и нашему взору открылось начало подземного хода, своды которого были отделаны такой же плиткой, как и фасад». В здании расположены и два огромных сейфа начала XX века, которые вмонтированы в каменный пол.

После разгрома белочехов в Самаре в доме Сурошникова располагалось командование Железной дивизии Гая. С ноября 1918 по 1922 годы здание занимал Самарский Пролеткульт, состоявший из популярных среди горожан музыкального, театрального, литературно-художественного отделов и изостудии. Работа Самарского Пролеткульта проходила в тесной связи с напряженным ритмом жизни прифронтового города. Там готовили плакаты и оформление для массовых революционных празднеств, знамена, аллегорические колесницы, передвижные театры. Среди инструкторов изостудии были известные впоследствии советские мастера: Г.Г. Ряжский, И.Г. Фрих-Хар, Н.Н. Попов, В.В. Гундобин, К.М. Михайлов, Д.И. Спасский. Так, например, именно Г.Г. Ряжский вместе с Н.Н. Поповым, К.М. Михайловым и скульптором В.Е. Бибаевым к празднику 1 мая 1921 года предложили на всеобщее обозрение интереснейший эскиз гипсового памятника III Интернационалу, решенный скульптором в духе пролетарского футуризма.

С 1922 по 1933 годы особняк занимали разные партийные и советские организации. В 1933 году бывший дом Сурошникова был отдан под Самарский (Куйбышевский) краеведческий музей. Во время Великой Отечественной войны дом готовили под размещение одного из посольств, но в 1942 году он отошел в распоряжение суворовского училища, а в 1964 году передан под Военно-медицинский факультет Куйбышевского медицинского института им. Д.И. Ульянова. Здесь, усилиями куйбышевских военных медиков и организаторов, была создана известная на весь Советский Союз высшая военно-медицинская школа. В 1999 году факультет был перепрофилирован в Самарский военно-медицинский институт. Бывший дом Сурошникова стал административным зданием этого вуза.

Во время проведения военной реформы второй половины 2000-х годов знаменитый институт был закрыт, и теперь в особняке находится федеральное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации».

Нынешний военный санаторий «Волга» на Седьмой просеке (ранее санаторий «Барбашина поляна», позже санаторий «ПриВО») включает в себя территорию нескольких купеческих дач. Много лет один из корпусов санатория (корпус № 3), старый особняк в мавританском стиле среди некоторых уважаемых исследователей считался дачей В.М. Сурошникова. Помимо этого, в известном списке объектов культурного наследия федерального и регионального значений, расположенных на территории Самарской области, корпус санатория № 3 Приказом МКСО от 29.07.09 г. № 13 обозначен как дача Сурошникова. Однако несколько лет назад было окончательно установлено и убедительно доказано на основе сравнительного анализа различных дореволюционных фотографий, что дача в мавританском стиле на территории санатория«Волга» принадлежала Е.А. Курлиной. К сожалению, в 2008 году дом дачи Е.А. Курлиной подвергся тотальной варварской реконструкции и почти совсем не напоминает оригинальное здание.

Дача Е.А. Курлиной до реконструкции

В 1920-х годах современник Сурошникова, самарский купец, художник, фотограф и краевед К.П. Головкин указывал в своих краеведческих записках (картотеке), что дача «В.М. Сурошникова каменная, из белого кирпича по проекту московс[кого] архитектора Шехтеля. Е.А. Курлиной каменная, в мавританском стиле. ».

Из проекта Ф.О. Шехтеля дома в дачном имении В.М. Сурошникова на Волге. Из фондов ГНИМА им. А.В. Щусева

Судя по проекту Шехтеля и сведениям К.П. Головкина, дача Сурошникова из белого кирпича - это корпус № 5 санатория, обозначенный в Списке объектов культурного наследия как «дача купца В.Н. Башкирова».Согласно данным министерства культуры Самарской области «Дача купца В.Н. Башкирова: дом владельца, дом арендаторов» как выявленный объект культурного наследия регионального значения, находится на ул. 7-я просека (санаторий «Волга», спальный корпус № 5), литер 16 (в/г № 7), закреплен за ФГКУ «Приволжско-Уральское территориальное управление имущественных отношений» Минобороны России.

По проекту двухэтажный дом в дачном имении был поставлен на мощном, опирающемся на каменные сваи стилобате на крутом берегу, с пероном со стороны Волги и отчасти уходившем в террасы с балюстрадой, крыши террас в свою очередь служили открытыми балконами второго этажа. С высокой площадки бельведера открывался чудесный вид на широкую Волгу и дальние горизонты Жигулевских ворот. Архитектура дома выразительна своей пластической мощью и статикой, подчёркнутыми плоскими разновысокими крышами и отсутствием каких либо декоративных деталей на фасадах. Декоративное начало заложено в конструктивных особенностях дома. Оживляют его стены разнообразные по форме оконные проёмы, несколько рельефных вставок, вписанных в квадрат или полуциркуль арок над оконными проёмами, ритм вертикальных членений которых, превращён в геометрический орнамент убранства, созвучный геометрии объёмного решения дома. При строительстве дома или при его реконструкции в 1974 году в завершение каждого объёма был внесен фриз из красных кирпичных зубцов.

Из проекта Ф.О. Шехтеля дома в дачном имении В.М. Сурошникова на Волге. Из фондов ГНИМА им. А.В. Щусева

Дом дачи В.М. Сурошникова (последний хозяин - В.Н. Башкиров). Фото А. Арутюнова

От дома дачи к пляжу был проведен лифт для жены Сурошникова - Марии Антоновны, которая страдала тяжелой болезнью ног. Около самой дачи на берегу была выстроена пристань, где швартовалась личная яхта Сурошниковых «Выстрел». По сведениям газеты «Голос Самары» от 10 октября 1913 года каждое лето на даче В.М. Сурошникова гостили дети из приюта имени Великой княгини Анастасии Николаевны в Самаре.

Сегодня дом и дача купца В.М. Сурошникова, над проектами которых работали великий архитектор Ф.О. Шехтель и самарский мастер А.А. Щербачев, находятся в критическом состоянии. Городской особняк купца медленно разрушается, давно исчезло ограждение углового балкона, значительные элементы фасада осыпаются. На многих самарцев и гостей города состояние памятника архитектуры с чудовищными табличками по периметру дома «Осторожно, обрушение фасада!» производит поистине удручающее впечатление. Дом имеет высокий статус объекта культурного наследия федерального значения, занят федеральным казенным учреждением, вход в особняк обозначен государственными флагами, но его сохранность и дальнейшая судьба, к сожалению, волнуют лишь ревнителей истории самарского края и ценителей архитектуры модерна.

Павел ПОПОВ (Россия, Самара), Ольга МЕЛЬНИК (Хорватия, Дарувар), Армен АРУТЮНОВ (Россия, Самара)

Выражаем искреннюю благодарность за содействие в работенаучному сотруднику и заведующей сектором отдела фондов графики ГНИМА им. А.В. Щусева Людмиле Владимировне Сайгиной__________________________Отличный фоторепортаж А.Р. Арутюнова golema об интерьерах особняка В.М. Сурошникова здесь

Об утраченном ограждении углового балкона и табличках «Осторожно, обрушение фасада!»здесь , здесь и здесь

Опубликовано: Попов П., Мельник О., Арутюнов А. Неизвестный Шехтель. //Волжская коммуна, 2013, 27 сентября. С. 20 - 21.