Как я работала официанткой во вьетнамском кафе «Сайгон». Часть 3

Продолжение. В первой части корреспондент «Комсомолки» рассказала, как легко устраилась в кафе без документов и санкнижки, во второй - как отмывала картошку от слизи.

Воскресное солнечное утро. Очередной рабочий день. Я полусонная выхожу из переполненной электрички. Едва успеваю открыть дверь в кафе, как ко мне подбегает встревоженный Ханой, разворачивает на 180 градусов и буквально заталкивает в подсобку, где еще вчера колотил Наташу. Сон как рукой сняло.

Пытаясь хоть как-то устроиться в жуткой тесноте, слышу утешительное:

- 10 минут тут посиди, халасо? Администрация поняла, что у тебя не порядок с документами. Не попадайся им на глаза!

Через 20 минут Ханой освободил меня из вынужденного плена.

- Это еще ничего, тебе повезло. А племянники Ханоя прятались больше часа на морозе между двумя кафе, - увидев меня, Наташа заулыбалась.

- У них тоже не было санкнижки? - стряхиваю с замшевых сапог песок от овощей.

- Да, сразу, как приехали из Вьетнама, были без документов. Потом заплатили 600 тысяч за «санитарку».

- Ты думаешь, я когда-нибудь проходила медкомиссию? Но тебе не повезло. С этого месяца в Минске ввели специальные чипы на справках, как в гипермаркетах на упаковках с продуктами.

«УВОЛЬНЯЕМСЯ И ТОЧКА!»

Работа официантки обрастала все новыми обязанностями.

- Оля, иди на улицу! - зовет меня без всяких объяснений Ханой.

Возле кафе стояло около десятка ящиков с водкой и пивом, которые мы с Наташей в минусовую температуру должны были перетащить за барную стойку.

Посетителей с утра было немного. Я решила быть хорошим сотрудником и помыла липкие от жира столы и стулья. На них периодически жаловались дотошные клиенты:

- Вытрите тут, вытрите там… Все равно жирно!

Кстати, никаких перчаток нам не выдавали.

Когда клиенты бухтели, Наташа не скупилась на советы: идите в рестораны за дорогими обедами и глянцевым обслуживанием!

Увидев мой энтузиазм, Ханой, мило улыбаясь, попросил заодно помыть и окна. И внутри, и снаружи.

- Оль, а сколько он тебе вчера заплатил? - спросила только что присоединившаяся ко мне посудомойка Ирина.

Округлив глаза, Ира бросила тряпку в хлюпающий тазик с водой и побежала на кухню. С Наташей они долго обсуждали услышанное, а потом отправились к хозяину скандалить.

- Отдавай мою санкнижку, я не буду мыть твои окна, - кричала учительница.

- Ничего не отдам, иди лаботай! - Ханой был неподкупен.

Во время ссоры коллега несколько раз срывала фартук, надевала верхнюю одежду, прощалась. Успокаивалась и снова возвращалась к работе. Те же показательные выступления частично повторяла и Наташа.

- Ола, что произошло? - шепотом спросил меня Ханой за барной стойкой, пока я натирала вафельным полотенцем рюмки.

- У меня просто спросили, сколько вы мне заплатили вчера…

- Молчи, ничего им не говори - ты лаботаешь халасо! Ты молоток! А они всегда у меня водку и сигареты воруют и ничего не делают.

В общем, подружиться с девочками мне было непросто, хотя со временем мы привыкли друг к другу и они даже стали называть меня ласково Лёликом.

«ХВАТИТ НА ЕГО КРОВЬ САЛФЕТКИ ПЕРЕВОДИТЬ»

Как-то после обеда я заметила на пороге кафе мужика, истекающего кровью. Посетитель выпил лишнего. Когда выходил из «Сайгона», поскользнулся и упал. Бедолаге не повезло. Он проехался носом по углу бетонного порога.

Когда я его увидела в окружении продавцов рынка, то побежала за салфетками и холодной водой. То же самое делала и Наташа.

- Хватит на его кровь переводить салфетки, - со злобой фыркнул Ханой.

- Так он там помрет, если ему не помогать, на земле сидит в мороз! Кровью умывается битый час.

- Нам проблемы не нузны! - вьетнамец не отступал.

Но в тот момент я его и слышать не хотела, и пусть даже он меня уволит в эту же минуту.

Мужчину забрала «скорая». С ним было все в порядке, не считая сломанного носа. Его друг еще несколько недель приходил и благодарил за оказанную первую помощь. Было приятно.

- Ола, надо бы на улице убрать, - Ханой отправлял меня соскребать растекшуюся кровь по снегу.

Но вид крови у меня всегда вызывал рвотный рефлекс. А убирать это все без перчаток я вовсе не могла. Пришлось просить Наташу. После ее работы перед входом в кафе не осталось и намека на кровопролитие. Но Ханой все равно умудрился на нее накричать. Кровь клиента нужно было выбросить в «независимую» мусорку, а не в кафешную. Это на случай визита следователей. Хозяин всегда готов к любому повороту событий в кафе.

«ТЫ ЕЩЕ ПОМОЙ, КАК ДОМА»

Вечером, пока я мыла пол, мои коллеги уже сидели за столиком. В конце рабочей недели Ханой всегда наливает сотрудникам.

- Ты еще помой, как дома! И воду меняй, - женщины возмущались моей щепетильности и потягивали рюмку за рюмкой. Одна из них взяла мою швабру, пару раз маханула по грязной плитке - мол, хватит и этого. В итоге на полу остались грязные лужи, по которым еще несколько часов ходили посетители кафе и разносили грязь еще больше. Правда, никого это особо не волновало.

ЧТО ПОЧЕМ

Сколько стоит самая популярная еда в «Сайгоне»

Суп мясной, холодник, мясная солянка - 20 - 25 тысяч.

Нем, чаран, жареные сосиски, телятина на горячей сковородке - от 35 до 55 тысяч.

Кофе растворимый - 5 тысяч, натуральный - 8.

Салат «Мимоза», «Оливье», «Овощной», "Острый" обходился в 15 - 25 тысяч.

Как я работала официанткой во вьетнамском кафе «Сайгон». Часть 3

Читайте также