«Наверное, был я бухой»: сотрудники «ПартиZана» вспоминают атмосферу и драки

Концепция бара не была скопирована. Такого бара больше нигде не существовало. Может быть, в Москве были аналоги, но «ПартиZан» — это скорее компиляция нескольких работающих продуктов. Плюс своё.

Готовы ли мы были к тому, что в бар хлынет весь город? Нет. После открытия мы были в шоке, когда поняли, что следующий год сюда, скорее всего, будут ходить все эти люди, куда же мы их всех поместим здесь? Ажиотажа до такой степени не ожидали.

«ПартиZан» был очень популярен. Было очень много людей. Но открывшись, мы столкнулись с рядом проблем. , сеть «Якитория» — она про рестораны. Наша специализация — кухня. Мы рестораторы, но не клабмейкеры. И для нас управлять клубным пространством оказалось тяжело. Мы тратили много сил на подержание этого проекта. Рентабельность была небольшой высокой аренды. То есть продукт работал, он был активным. Но в отношении эффективности — нет. К тому же, глядя на популярность бара и количество гостей, собственник помещения решил повысить плату, чем окончательно «подрубил» экономическую эффективность. Кстати, сейчас тот же собственник пошёл на уступки новому руководству места — снизил аренду. Видимо, до него наконец дошло, что времена меняются.

Галина Соловьёва

Плюс, как показало время, концептуально еда днём и вечеринки ночью — это две несовместимые вещи. Люди идут или гулять, или есть. В разных местах. А мы как рестораторы пытались соединить это. Это было ошибкой. В дальнейшем истории других городских баров это подтвердили — они тоже отказались от дневного общепита. Такова специфика местного рынка. Калининградцы считают, что бары — это там, где темно, там играет громко музыка, а кухня — это совсем другое.

Мы хотели, чтобы было демократично. Не брали денег за вход, не делали обязательный депозит в баре. этого и начались проблемы. Стал приходить контингент, который ничего не покупал, а просто хотел потанцевать. Аудитория стала меняться. Пришлось вводить депозиты, чтобы фильтровать людей.

В итоге наша сеть продала бизнес Сергею Сырцову, человеку, который хорошо разбирался в ивентах — он любил клубы, бары, готов был поддерживать дальше этот формат. По факту, он был готов даже на минимальный доход, но заниматься при этом любимым делом. Для нас же не было смысла держать бар для престижа, мало зарабатывать и до конца не понимать этот продукт. Сергей был готов развивать проект дальше. Так и состоялась продажа. Бар, кстати, был на пике в тот момент.

Долго думали над названием. Их было миллион. Потом прозвучало слово «партизан», и все однозначно согласились. Затем посыпались слоганы: «Партизаны в городе», «А вы записались в партизаны?» и так далее. От этого слова мы и начали плясать — получалась альтернатива гламуру, , может быть, грубое, не совсем обточенное.

У нас был абсолютно противоположным формат «Ленинскому, 18». «ПартиZан» никогда не претендовал на его гостей. Но в итоге они к нам заходили. Произошло смешение аудиторий двух заведений.

К тому времени, как я ушла заниматься другими проектами, заведение было выведено на точку безубыточности и уже давало хорошую прибыль. Далее нужно было заведением управлять. Я ушла в момент, когда бар окупил себя, что произошло очень быстро. В принципе, я свою работу сделала.

драк и конфликтов не могу припомнить. Они были, но мне бы хотелось хранить в памяти только хорошее. Ни одно заведение города без драк не обходится. Мы и тогда старались не акцентировать внимание на некрасивых историях — к тому же впечатления от удачных вечеринок закрывали весь негатив.

Роман Никоян

Люди до сих пор вспоминают то время, как им хорошо было. Такой атмосферы не было больше нигде в городе. Хочется сказать большое спасибо постоянным гостям. Они в трудные моменты оказывали моральную поддержку.

В феврале 2013 года выручка стала падать. Плюсовой баланс был, но этого было недостаточно. И мы вернулись к тем [музыкальным] моментам, с которых начинали. А год назад, когда запретили курение в заведениях, выручки скатились в минус.

Все попытки раскачать кухню не увенчались успехом. Мы пробовали ставить итальянскую пиццу — но за ней в «ПартиZан» народ не шёл. У меня есть несколько версий, почему днём в бар не ходили. , сотрудники так уставали за ночь, что нам сложно было рано открываться. Плюс еда всегда была в «Якитории» — над головой.

Знаменитый «партиzанский» треш в действии: бармены, переодетые в дровосеков, стучат бейсбольной битой по головам посетителей, на стойке танцует переодетый фрик, девушки купаются в бассейне; фото — nightparty.ru

Драки были, конечно. Перед тем, как я выставил бар на продажу, в мае 2014 года, был заказняк. Приезжала группа людей на «Мерседесах», причём они приходили так, что даже охрана ничего не могла им ответить. Эти крепкие парни не пили, заходили в бар, выносили охрану мою, и заведение не могло дальше продолжать работать. Видимо, было завидно. Причём приезжала группа быстрого реагирования, отбирала у них обрезы из багажников. В общем, настоящий вестерн творился.

Я очень недоволен работой калининградских охранных служб. На безопасность выделялось много денег, и мы сменили несколько чопов, но качественной охраны не было. Мы собирались по вторникам, разговаривали, почему они не выполнили свою работу. Когда приезжали исполнять заказняки, они стояли, как мальчики, которых отчитывают. В целом небезопасно было трудиться. Может быть, [возникновение драк] — это была моя ошибка. Я сильнее ушёл в тему мэшапа, а когда поёт «Ленинград», хочется напиться и плясать. Конфликты неизбежны.

Некоторые вечеринки были, конечно, за гранью. Даже порнуху мы показывали. Когда начался провал по выручкам, чтобы сохранить [прибыль], мы это делали. Другое дело, что люди, отвечавшие за видеоряд, не до конца меня понимали, но это либо я плохо до них задачу донёс, либо люди не услышали меня. Прямо откровенного мяса не хотелось, люди удивлялись, и приходилось это, конечно, останавливать. Но персоналу нравилось (смеётся). Голых барменов не было. У нас было несколько вечеринок «Студия 54». Вы если фильм смотрели, то помните, что бармены там были раздетые — голый торс, блёстки, шорты, . Соски изолентой заклеивали, ничего страшного в этом нет. Девочки стрип танцевали у нас. Были красивые трусы с [голой] задницей. И трусы такие же были с «петличкой». Но я не считаю, что в этом есть такое [запредельное]. Вход был после 21 года, младше мы не пускали.

Сергей Сырцов

Новые хозяева обещают новое название, новый клуб. На мой взгляд, им можно было зарабатывать и с их темой, раскачаться, сделать кальянную комнату. И смело выкачивать деньги по пятницам и субботам. Но нужно было концептуально поменять. А ведь ничего не изменилось. Они начали играть , который уже три года назад всем надоел. Я, честно, надеялся, что у них получится, но этого не произошло.

Больше всего запомнился момент, когда человек пришёл к нам на тусовку и заказал литр молока. И он кайфовал как никогда: пил молоко, танцевал и веселился. У нас была атмосфера «как дома». И гостей я принимала как дома.

Благодаря нашему фейсконтролю мы полностью отгородились от «газмяс»-аудитории. Мы старались поменять контингент, не преобразовывая ничего внутри помещения и не меняя названия. В итоге ушла часть старой аудитории, стали появляться новые люди. Но народ думает, что здесь филиал «XxxX». А мы по формату в последнее время ближе к «Рафинаду» и «Stereo Cafe». А люди приезжают сюда за тем, что творится в «Иксах», но видят, что здесь всё не так, а гораздо лучше и цивильнее. Разворачиваются и уходят.

Сейчас постараемся перезапуститься и начать с чистого лица. Все ребята [бармены] остаются. Все нынешние и прошлые победители «Янтарного шейкера» с нами. Все они в команде. Пока мы только готовимся. Будет новое название, мы изменим всё внутри.

Здесь были дикие, необузданные вечеринки, когда мы работали за баром с голым торсом, например. Была, например, «Лошадка пати». Мы работали в лаковых шортах, надевали на голое тело два ремня. В то время «ПартиZан» был не про коктейльную индустрию и искусство барменов, а про треш и угар. Я тогда был моложе, чем сейчас, и мне всё это даже нравилось.

Но в момент это надоело, и мы поставили Сергею (Сырцову — прим. «Афиши Нового Калининграда.Ru») ультиматум: либо мы работаем в одежде, в фартуках и готовим здесь коктейли — то, за чем, как хотелось, люди сюда приходили, либо мы не работаем. В итоге от переодеваний мы избавились. Мы повлияли на Сергея, треш закончился. Потом стали делать упор на гастрономию и культуру пития.

Однажды, помню, к нам пришёл мой товарищ. И привёл с собой ещё нескольких подруг. Они замечательно провели вечер, а потом, когда уходили, вышли на улицу, и к его подруге пристала компания, которую не пустили внутрь, и они тёрлись на улице. В итоге парень оказался в больнице со сломанной ногой и носом. Другой замечательный человек любил сюда раньше приходить, а потом он пропал. И я встречаю его в городе, спрашиваю, почему он к нам не заходит. Оказалось, что после последнего раза в «ПартиZане» ему вставили в голову стальную пластину. Даже до такого доходило. Мы очень переживали по этому поводу. Как бы ты ни старался, всё это рушилось драк.

Как мы морально с этим справлялись? Ну, я человек упёртый и на полпути останавливаться не мог. Поэтому я верил и знал, что это можно изменить. Сейчас у нас всё спокойно. Случаются разовые инциденты — их можно пересчитать по пальцам.

Года до развязная атмосфера людям нравилась. Хотя моя компания уже переместилась в «Stereo Cafe» и «Stoned Pony» — там было спокойнее. В момент сюда стал ходить «балтрайон». Было чуть ли ни страшно здесь появляться. Люди проходили не ради барной культуры, а за обыденностью: побухать, познакомиться, поплясать. И когда подобные люди к тебе подходили, ты понимал, что это ад и что здесь находиться нельзя. Хотелось видеть вокруг себя приятных людей.

Я помню вечеринки, когда выключалась музыка, охрана выводила, потасовки на входе происходили. Но конкретной опасности я не чувствовала, потому что если ты сам никого не цепляешь, то конфликта быть не может.

Таша Мирончик

Сергеем Сырцовым была опущена планка. Он понимал, что пока народ танцует под «Ляписа Трубецкого», надо разрешать им это делать — давать жару. Он умел чувствовать, что нужно общей массе народа. Пусть, да, не совсем тем уровнем, который хотелось бы видеть, но он прекрасно понимал, что народу нужна зрелищность, шоу, алкоголь, громкая музыка, девушки на барной стойке. Если не получалось, если гости не танцевали, он надевал маску коня и начинал смешить людей. Народ смотрел на него и начинал себя отвязно вести. Он был зажигалкой этого бара.

Мы понимали, что кардинально изменить — не было возможности, так как у людей осталось восприятие «ПартиZана». Мы хотели вычистить то, чем загрязнили это место, сделать узнаваемыми наших барменов, чтобы люди приходили именно к ним. Было проделано много работы, но потом эта тема угасла. стало не получаться, и [у нас] опустились руки. Надеюсь, больше у нас такого не случится. Музыкальный формат мы хотели вернуть тот, который был изначально, при открытии. И вообще, по сути, вернуться на несколько лет назад.

По поводу драк — очень было трудно переубедить людей, что, ребята, здесь спокойно. Масовых драк, как раньше, нет уже год. Всем, кто дрался, конечно, мы закрыли вход.

Мы хотели венуть старых «партизанов». А потом уже поняли, что прошло несколько лет, у из них уже , им уже не до этого. А новая публика… Мне хочется надеяться на то, что была демографическая яма, потому что сейчас люди перестали ходить в бары. Мальчиков и девочек просто нет. Они сейчас очень спокойно отдыхают. Если мы раньше приезжали в бар и гуляли до утра, то сейчас люди очень скромные, выпили два коктейля — и в два часа ночи их, как правило, уже нет. Остаются только старые тусовщики. Ещё с наших времён. И так по всем завдениям — не только у нас. Люди перестали отдыхать так, как раньше.

МИНЗДРАВ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ: ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЬНЫХ НАПИТКОВ И ТАБАЧНЫХ ИЗДЕЛИЙ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ

Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав Ctrl+Enter