«Нас в любой момент могли взять в плен».Военный врач об афганском конфликте

О военном конфликте в Афганистане, в котором почти десять лет принимал участие СССР, тогда говорить было не принято. Недавно вышли три новые книги военного врача-психиатра Юрия Колташёва, посвящённые той десятилетней афганской войне. Журналист «АиФ- Новосибирск» поговорил с автором, военный врач поделился своими воспоминаниями.

Своих не бросали

Екатерина Лукашевич, «АиФ- Новосибирск»: Юрий Борисович, вы участник войны, о которой нечасто вспоминают. Что тогда вас поразило?

Юрий Колташёв: Меня поразило то, что в стране люди сами просились на службу. И таких инициативных граждан было много. Они так и писали в рапорте: «Прошу меня отправить в Афганистан». Добровольцы, которые приезжали на войну, всегда самоотверженно боролись.

– Были какие-то случаи в Афганистане, которые вас впечатлили?

– Во время службы бойцы нередко попадали в тяжёлые ситуации. Но своих никогда не бросали. Был случай, когда одно из разведподразделений вышло на боевое задание. Когда они шли по горам, преодолевая сложную тропу, один боец сорвался в ущелье. Лежал парень на глубине двадцати метров. Его голос оттуда был еле слышен. У наших ребят не было специального оборудования, чтобы спуститься в ущелье, и они сообщили командованию о происшествии. Несколько военных подразделений поднялись по тревоге и вышли в этот район. Все понимали, что, когда солдата достанут, он будет весь переломанный. Раненого бойца не смогут быстро отвезти до медицинского учреждения. Поэтому запросили вертолёт. Оказалось, что есть свободный вертолёт, в котором нашлось место для солдата. Но сначала нужно было достать его из ущелья.

Там, в горах, темнеет рано. Ничего уже не было видно, поэтому выставили посты – солдаты постоянно посылали в небо осветительные ракеты. Но это было опасно: душманы могли заметить и напасть. По сути, все рисковали. Тем временем ребята, которые находились возле ущелья, получили снаряжение и спустились вниз. Они увидели своего сослуживца, который истекал кровью, но был в сознании. Достали его и аккуратно, как хрустальную вазу, поместили в вертолёт. На аэродроме его уже встретили медики. Говорят, после реабилитации его демобилизовали из-за серьёзной травмы, но самое главное – он остался жив.

– Как к вам относилось местное население?

– К докторам население относилось по-доброму, с благодарностью. Нам позволялось осматривать женщин. Хотя по мусульманской религии и традициям неверных не подпускают. Мы лечили людей и помогали. Кроме того, мы по договорённости лечили главарей противоборствующих банд, потому что у них в Афганистане почти не было медиков. Иногда бывало и страшно. Был случай, когда мы приехали на место, а наш БТР ушёл на заставу. Стало темнеть, и за нами никто не возвращался. Куда деваться? Проситься к местным на постой мы опасались – человек мог пригласить нас, накормить и устроить на ночлег, а потом продать в рабство. Утром пьём с ними чай, а вечером могут взять оружие и расстрелять. Поэтому мы им полностью не доверяли. Но старались быть вежливыми и внимательными. Хорошо, что в тот день БТР вернулся, хотя и поздно.

– С какими травмами к вам чаще всего поступали раненые военные?

– У наших солдат было много минно-взрывных травм, сотрясений головного мозга. Перед врачами стояла задача помочь солдатам как можно быстрее вернуться в строй. Кроме медикаментозного лечения и отдыха, важна была и психологическая поддержка. И когда мы работали с солдатами, то использовали разные, в том числе и старые методики. Например, гипноз, после которого люди приходили в себя, становились спокойными. Важно, что военные отправлялись на задания уверенными в себе.

– Во многих местах мира сейчас вооружённые конфликты. Как думаете, сейчас при необходимости молодое поколение готово так же защищать свою страну, как их отцы и деды?

– И сегодня есть место подвигу. Недавно в Сирии офицер Александр Прохоренко вызвал огонь на себя. Так же поступали наши военные во время Великой Отечественной войны. Они, конечно, герои. Готовы ли молодые люди к вооружённым конфликтам – риторический вопрос. Трудно сказать, готов человек или нет к сражениям. России почти всегда приходилось участвовать в войнах. Император Александр III говорил: «Во всём мире у России два союзника – наша армия и флот». Хотя, конечно, и в дипломатии, и в обычной жизни необходимо уметь договариваться. Кулак – в последнюю очередь.

– Вы пишете книги и поёте песни под гитару. Когда служили, играли в части на гитаре?

– Обязательно, это как хорошая традиция. Играли на гитаре в праздничные дни и в выходные, если была возможность собраться. Дело в том, что это одна из возможностей разрядки людей. Песенное творчество – это как метод покричать, чтобы стало легче. И, конечно, мы пели песни, которые связаны с родиной. Я, например, любил тогда старые песни «ДДТ» слушать. Но не только песни напоминали о родине. В Туркменистане, на границе с афганским городом Тургунди, на сопке были установлены большие буквы – СССР. И когда я подъезжал к северной заставе, я любовался этой надписью. Думал: «Вот же она – родина, вот он – дом». Хотелось переступить границу, но нельзя.

– Сейчас в Европе и США пытаются переписать историю. Населению этих стран внушают, что это они, а не советские солдаты освободили мир от фашизма. Почему это происходит?

– Потому что Запад, как и Восток, – это вечный враг славянского общества. Существует англосаксонская психология. Одна из их идей: все лавры достаются им. Есть мудрое еврейское наставление: «Когда вы идёте в нападение, то ты, Мойша, всегда будь сзади. Но когда празднуем победу, ты первый о ней доложишь». Приблизительно такая у европейцев идея, на которую работают СМИ, внушая населению такую идеологию. Но важно помнить о том, как всё было на самом деле. Поэтому старшее поколение должно передавать правду младшим. Сила в правде.

– Приглашают ли в школы ветеранов афганской войны?

– Когда я был ребёнком, ещё здравствовали многие ветераны Великой Отечественной войны. Я помню, как однажды к нам пришёл ветеран и рассказал историю своего второго рождения на фронте. Он был маленького роста, поэтому пуля, попав в кабину, пролетела над его головой. Люди, которые к нам приходили, передавали нам эмоциональный настрой, дух порядочности. И сегодня ветераны афганской войны стараются приходить к школьникам. Но, как правило, их зовут на военно-патриотические мероприятия в праздники. И чаще всего государство о нас вспоминает в значимые для страны дни. Я считаю, что неправильно думать о ветеранах только в праздничные дни. Ветеранами надо дорожить и всегда о них помнить.