Капоэйра обрела свой дом во Владивостоке - учителя боевого искусства

Филиал Ассоциации капоэйры местре Бимбы обрел собственный дом во Владивостоке. Теперь все желающие могут познакомиться с уникальным бразильским боевым искусством, в котором причудливо соединяются борьба, философия и музыка. Об этом, а также о том, как меняется отношение к капоэйре со стороны обывателей, о культуре боя и познании себя во время прямого эфира на PrimaMediaLIVE рассказали инструкторы школы капоэйры Альберт Тен, Дарья Савина и Кузьма Халус.

- Что ждать от открытия самой большой на Дальнем Востоке школы капоэйры?

Дарья Савина: Прежде всего, надо сказать, что мы наконец-то нашли свой дом. До открытия школы приходилось заниматься в съемных залах. Теперь у нас будет свое большое помещение, куда в течение всего дня смогут приходить все желающие познакомиться с искусством капоэйры и потренироваться.

- Сколько лет вы шли к открытию школы с собственным помещением?

Кузьма Халус: Этот путь занял около трех лет.

Альберт Тен: Очень долгим был процесс поиска. В течение всего этого времени регулярно мониторили объявления, смотрели предлагаемые варианты. И в конце прошлого года удалось окончательно решить все вопросы. Но, вообще, мысль о собственной школе возникла с самого начала. Ведь это очень важно иметь свой зал, где висят инструменты, стоят на полу барабаны, на которых можно поиграть, есть свой спортивный инвентарь.

Дарья Савина: Да, хочется, чтобы в этом месте была особая атмосфера, а не просто тренировочное пространство. Сейчас мы уже можем прийти пораньше, попить кофе, пообщаться с друзьями.

- Сколько человек сейчас составляют костяк вашей команды?

Альберт Тен: Порядка 15 человек. Это те, кто постоянно ходит на занятия, посещает внеурочные мероприятия. Мы вместе ходим в походы, в кино, устраиваем ежегодные летние сборы на море.

Дарья Савина: Как одна большая семья.

- Что можно сказать об интересе к капоэйре во Владивостоке и в Приморье в целом? Он сохраняется на прежнем уровне или постепенно растет? Не наблюдается некоторого ажиотажа в отношении экзотического искусства?

Кузьма Халус: Я приехал во Владивосток из Находки, где у меня была группа, с которой занимался полгода. Мне кажется, здесь (во Владивостоке) люди более осведомленные о том, что такое капоэйра. Как правило, приходят, потому что это действительно что-то новое, необычное. Интересно, что большинство начинающих имеет устоявшееся мнение, что это танцы. Но, после недели занятий человек меняет свое мнение и рассказывает об этом своим друзьям. В последнее время часто наблюдаю такую картину - приходят новые ученики со словами: "Думал одно, а оказалось совсем другое".

- Больше разочаровываются, когда понимают, что это не танцы?

Кузьма Халус: Нет, просто меняется мнение. Нередко бывает и так, что приходят не на танцы, но все же с ошибочным представлением. Поэтому, узнав, что это действительно боевое искусство, человек наоборот утверждается во мнении, что сделал правильный выбор. А главный момент в том, что каждый находит то, что ищет. Кто-то может прийти и заниматься капоэйрой для поддержания себя в отличной физической форме. Мы не против. В любом случае, посещая регулярно занятия, человек получит хорошую нагрузку, повысит выносливость, разовьет координацию, добьется хороших результатов в растяжке. Если же он захочет больше узнать о культуре и философии боевого искусства, мы готовы ему помочь познакомиться с музыкой, языком и другими аспектами.

- А вы будете вести набор в детские группы?

Дарья Савина: У нас уже есть детская группа.

- Сколько детей занимается? Больше, чем взрослых?

Альберт Тен: Сейчас занимается 15 человек. С открытием нового зала, мы планируем разделить группу на две по категориям: от четырех до семи лет, и от семи лет и старше.

- Может ли капоэйра стать семейным видом спорта, где дети ходят в младшую группу, а родители - в старшую?

Альберт Тен: Я стремлюсь к тому, чтобы сделать возрастной диапазон занимающихся как можно шире. Спектр практик, предоставляемых в нашей школе, может подойти для всей семьи. Я также веду занятия по развитию гибкости (стретчинг), куда ходят люди разных возрастов. У меня, например, там мама занималась регулярно. Все могут найти себе практику по душе.

- Вернемся к вопросу философии боевого искусства. Когда я первый раз пришел к вам на занятия, все собирались играть на инструментах и петь песни. Не сталкивались ли вы с мнением о себе, как о некой секте?

Дарья Савина: Многих людей это пугает на самом деле. Но я, например, знаю, о чем я пою. Никаких духов мы не вызываем. Просто это элемент другой культуры, поэтому воспринимается он довольно сложно. Конечно, бразилец, исполняющий эти песни, выглядит более органично, потому что это его национальная традиция. С другой стороны, мы не можем убрать данную составляющую и заниматься только движением ради движения. Это уже будет фитнес в чистом виде. А ведь капоэйра многообразна. Она включает в себя разную музыку, танцы, акробатику, бой. Вот и получается, что многие люди, придя первый раз в музыкальный класс, впадают в ступор. Они испытывают стеснение, а нам хочется, чтобы люди раскрепощались.

- И как вы помогаете ученикам преодолеть стеснение на тренировках?

Дарья Савина: Индивидуальным подходом к каждому.

Кузьма Халус: Очень важно общение, особенно на первых тренировках. Мы узнаем, откуда человек пришел, почему он это сделал и какие цели перед собой ставит. Далее, отталкиваясь от этого, объясняем человеку, что помимо его целей, есть другие важные вещи. Но все зависит от желания самого человека. Если он не хочет петь, потому что пока не готов или понимает, что это ему не подходит, никто его не будет выгонять или заставлять что-то делать. В любом случае, все начинается с того, чтобы прийти и попробовать. Далее постепенно придет понимание, нужно тебе это или нет.

- Как происходит обучение игре на инструменте и пению?

Альберт Тен: Методика абсолютно такая же, как и при изучении движений. Есть какие-то базовые вещи и для физической тренировки, и для музыкальных занятий. Знакомим с теорией. Отдельно выделяем время для проведения музыкальных уроков, где люди в спокойной обстановке могут научиться чувствовать и создавать ритмы. Все приходит с практикой.

- Важно ли наличие музыкального слуха у занимающегося?

Альберт Тен: Я всегда говорю своим ученикам, что можно петь, не попадая в ноты, но обязательно делать это ритмично. Ритм - базовая вещь, все подчинено ему. Биение сердца, дыхание, день и ночь. Во всем есть ритм. Это самое главное. А уже потом, если человек будет заинтересован развить в себе музыкальность, интонирование, он будет работать над собой. Об этом мы тоже рассказываем на тренировках.

Дарья Савина: Иногда люди приходят и не могут сначала ничего сделать. А через некоторое время поражаешься тому, что человек начинает петь, попадать в ноты. Хотя перед этим он мог говорить: "У меня нет слуха. Мне медведь на ухо наступил". Часто люди просто не знают, что они могут и какие способности в них заложены.

- У вас существуют пробные уроки?

Кузьма Халус: Есть, конечно. Проводим их регулярно. Сейчас , благодаря наличию собственного зала, делать это будет намного проще. Появится определенная периодичность.

- Есть ли у вас в планах проведение соревнований городского или краевого значения?

Альберт Тен: Пока не задумывались об этом, потому что хотелось бы больше двигаться именно в сторону развития физической культуры и здорового образа жизни, а не спортивной составляющей. Для нас важно заниматься продвижением капоэйры больше как культурного феномена.

- Существуют ли планы по открытию школ в других городах? Например, в Уссурийске, в Находке?

Дарья Савина: Для этого нужны человеческие ресурсы. Проще говоря, необходимы люди, занимающиеся данным видом боевого искусства и способные качественно обучать других. Нужно, чтобы нашелся энтузиаст, который бы занимался, посещал семинары с участием мастеров и профессоров из Бразилии и Москвы. Пока таких людей нет. В Находке какое-то время преподавал Кузьма, но затем переехал во Владивосток.

Альберт Тен: В Уссурийске недавно появилась группа.

Дарья Савина: Но мы не знакомы с этими людьми.

Кузьма Халус: Пока мы не ставим перед собой цели развиваться в масштабах края, важно сейчас сконцентрироваться на Владивостоке. Но если появятся люди, готовые к сотрудничеству в других городах, мы будем только "за".

- Поддерживает ли вас администрация Приморского края и обращались ли вы за поддержкой?

Альберт Тен: Есть такая вещь, как планирование краевых мероприятий. Необходимо обращаться заранее с официальным письмом, примерно за полгода до предполагаемой даты проведения, и тогда есть возможность включения мероприятия в график. Однозначно, хотим расширять наше сотрудничество. Ведь любые праздники, связанные с латиноамериканской культурой, проходят с нашим участием. Мы делаем показательные выступления, даем открытые мастер-классы. Думаю, что найдем точки соприкосновения.

- Сколько нужно заниматься, чтобы получить звание инструктора?

Альберт Тен: Зависит от того, что вы вкладываете в это понятие. Например, человек может заниматься не слишком долго, но понять смысл многих вещей и преуспеть в обучении за короткий срок. Такие люди есть. Но если говорить о той школе, в которой занимаются капоэйристы, то тут все зависит от многих факторов. Фактически, это череда отчетных периодов, в результате прохождения которых человек получает пояс и имеет право называться инструктором.

- А, вообще, сколько нужно учиться капоэйре?

Кузьма Халус: Всю жизнь. Как, в принципе, и любому другому искусству.

- А что познаешь через год или несколько лет? Что вы такого знаете сейчас, чего не знали раньше?

Альберт Тен: Многого не знал. Инструктор тоже учится, имеет право на переосмысление каких-то понятий. Я некоторые вещи с годами менял, и это нормально. К каким-то знаниям сам пришел, о чем-то рассказали. Это ведь эволюция.

Кузьма Халус: Вообще, капоэйра - это новое искусство по сравнению, например, с каратэ. Сейчас идет очень активное распространение по миру. Параллельно происходит процесс его адаптации с учетом местных условий, традиций и ментальности. Поэтому, несмотря на бразильское происхождение, у нас это уже российская капоэйра. Когда бразильцы приезжают к нам, они говорят, что у нас круто. По-другому, но круто. Также, например, в Канаде, где большие школы, принято говорить уже про канадскую капоэйру.

Дарья Савина: Да, я была в Сингапуре, и там тоже все по-другому.

- Люди, которые занимаются танго, тоже говорят, что у них по-другому. В чем же заключаются различия?

Кузьма Халус: Если говорить о российской капоэйре, ее особенность в энергетике. Когда смотришь на бразильцев, то понимаешь, что у них другая энергетика, способ игры. Хотя, что касается физических тренировок, тут нет никакой разницы, разминка делается и там, и здесь.

Альберт Тен: Человек, придя в капоэйру, должен искать свое место в ней, постоянно размышлять на предмет того, какое место это занимает в нем. В Бразилии есть мастера капоэйры, которые никогда не выходили играть. По разным причинам, в том числе, и в связи с ограниченными физическими возможностями. Но зато они создают эту атмосферу игры, в которую человек входит. Это вопрос поиска себя, вопрос культурного плана. Если говорить о том, что в России не так, то, во-первых, это трудности перевода. Человек начинает реально заниматься капоэйрой, когда он начинает учить португальский язык, общаться с мастерами. Наращивая только физические данные, оставляешь позади культурную составляющую. Я стараюсь давать много вещей, связанных с культурой. Верю, что можно достичь такого уровня, когда и у нас в России люди будут смотреть и говорить, что это действительно здорово. Не воспринимать, например, как некую секту, а как что-то осмысленное, конкретное. Хочу, чтобы российская капоэйра воспринималась как явление.

- Очень грустно об этом говорить, но на западе России школы мощнее. У вас актуальна проблема оттока кадров?

Кузьма Халус: У нас нет особой проблемы кадров, потому что школы можно пересчитать по пальцам одной руки.

Дарья Савина: Если говорить честно, в западной части России школы мощнее. Там искусство капоэйры развивается уже более 10 лет. Ты можешь в любое время прийти и поиграть с бразильцем.

Альберт Тен: В Москве очень много школ капоэйры и большие возможности роста. На каждое мероприятие приходит много людей, это несколько иной уровень. Они сильнее, опытней. Одним из серьезных факторов, влияющих на развитие капоэйры во Владивостоке, является наша удаленность. Мы, в лучшем случае, только раз в три месяца можем привозить мастера из Бразилии.

- Можно ли обойтись без приезжих мастеров?

Кузьма Халус: Когда приезжает мастер, есть надежда на то, что он здесь что-то организует, смотря на нас. Это очень важно. Сейчас планируем сделать несколько групп, и можно будет самим с собой соревноваться.

- Где изначально вы изучали капоэйру? С какими мастерами встречались?

Альберт Тен: Изучали везде. И здесь, и на семинарах с мастерами. Встречались со многими. В первую очередь это наш местре Бамба, также местре Базо, Тонио Матери, Атабак. Их имена можно перечислять долго.

- Что вы можете сказать тем людям, которые, возможно, в первый раз прочитают об искусстве капоэйры. Что им необходимо знать, чтобы прийти в вашу школу на Тигровую 20А?

Кузьма Халус: Нужно знать место и время начала занятий, прийти и посмотреть. А после этого взять спортивные штаны, собрать волю в кулак и начать заниматься.

Альберт Тен: Можно еще взять друзей, брата, сестру, маму с папой и своего ребенка. В общем, приходите всей семьей. Возможно, вы не задержитесь на занятиях, но они станут мотивацией для поиска собственного пути.

Дарья Савина: Я, в свою очередь, приглашаю девушек на занятия в группу, где будет проходить обучение африканским танцам и самбе.