100 главных светских персон 2014 года

Константин Эрнст и Софья Заика. Главный победитель сочинской Олимпиады и в личной жизни совершил решительный марш-бросок, выведя из резерва на передовую питерскую красавицу, оcваивающую московскую актерскую школу в МХТ. На церемонии GQ «Человек года» руководитель Первого канала прямо со сцены поблагодарил «Соньку» за ее нежное и дружеское участие в его сложной жизни на стыке идеологии и масс-культуры.

Владимир Познер. Телеведущий, отметивший восьмидесятилетие, не делает вид, что сохраняет отличную форму, а и в самом деле сохраняет ее, проводя утренние трехсетовые поединки на лучших кортах мира. У Владимира Владимировича весьма жесткие требования к организаторам мероприятий: он готов прийти лишь в том случае, если его обеспечат достойным собеседником.

Александр и Валерия Роднянские. Одна из самых обаятельных пар отечественного кинобизнеса, с трудом, по адским пробкам выбирающаяся из Горок-10 в Москву, подняла на новую высоту фестиваль «Кинотавр». Но теперь забралась еще выше: фильм «Левиафан» Андрея Звягинцева, спродюсированный Александром при участии Марианны Сардаровой, выдвинут на «Оскара» — а это заявка на другие берега.

Александр Винокуров и Наталья Синдеева. Уходящий год стал весьма промозглым для оптимистичных владельцев «Дождя»: он смыл многие их надежды, грозой с градом пронесясь над семейным банковским счетом. Однако это не помешало Александру по-человечески реагировать на чужие напасти. Он клятвенно обещал прийти на митинг в защиту Tatler от тех, кто не может позволить себе батлера и плед Hermes, если в таком собрании вдруг возникнет необходимость. Пока ее, слава богу, нет.

Андрей Малахов. Смущенье скрасить шуткой, обнять, обнадежить, поддержать — вот главные стрелы в гламурном колчане самого обожаемого домохозяйками телеведущего. Его пятиминутное появление в любом салоне приравнивается к действию небольшой нейтронной бомбы. И пусть говорят, что это впечатление поверхностное, — побольше бы таких поверхностных впечатлений.

Карина Добротворская. Вице-президент Conde Nast International произвела мощный залп из нестандартного для руководителя столь высокого ранга оружия: выпустила в свет — в прямом и переносном смысле слова — книгу глубоко личных воспоминаний «100 писем к Сереже». За тем невероятным переполохом, который поднялся в московском и питерском бомонде, Карина следила из парижского далека, отыскав в своем плотном графике лишь два окошка для встречи с российскими читателями.

Леонид Парфенов. Окончательно смирившись с тем, что высказаться по существенным поводам ему уже не дадут, журналист-эпоха перешел к гастрономическим иносказаниям: мужественно поддерживает словом и делом кулинарные инициативы супруги — Елены Чекаловой. А она замахнулась ни много ни мало на собственный ресторан — и это в самый разгар санкций. Уверены, что ее хлеб станет отличным зрелищем.

Николай Усков. Имеющий устойчивый имидж интеллектуала, руководитель проекта «Сноб» все реже навещает вечеринки рекламодателей и все чаще появляется в эфирах умных программ. Там ему приходится несладко: в одиночку Николай должен отдуваться за весь российский глянец, оправдываясь за его несуществующие прегрешения.

Эльвира Набиуллина. Выведать у очаровательного председателя Центробанка инсайдерскую информацию о будущем рубля (и без того, впрочем, очевидном), желали бы во многих салонах. Но увы: Эльвира Сахипзадовна работает двадцать часов в сутки. Оставшиеся четыре часа готова посвятить рахманиновским «Колоколам» в исполнении оркестра Большого театра и концертам «Звезды белых ночей» (они помогают работе по предотвращению «черных вторников»), а не пустопорожнему трепу за подсохшей тарталеткой.

Наталья Тимакова и Александр Будберг. Страшно даже представить, каких усилий стоит пресс-секретарю премьер-министра РФ выкраивать в перегруженном расписании пресс-конференций и пресс-релизов пару часов для бросков в Большой театр. Зато у Александра времени больше, и он тратит его не абы на что, а на попытки спасти от посягательств пуристов лучший спектакль московского репертуара — блистательный балет «Дон Кихот». В чем мы с удовольствием помогли бы Александру, будь у нас надлежащие полномочия.

Владимир Мединский. Министр, в котором либеральная общественность видит исчадие ада, любим действующими руководителями предприятий культуры. Явление Мединского народу немедленно повышает статус мероприятия, отбивая все материальные и эмоциональные затраты. Люди опытные знают, что есть у чиновника одна простительная слабость — он любит выкурить сигару на терраске с панорамным видом на какой-нибудь ночной город, и умеют вовремя предложить эту очаровательную опцию.

Роман Абрамович и Даша Жукова. Начав год с убойного диеза — гала-приема в Сколково, на который были вывезены едва ли не все солисты балета Большого, Роман Аркадьевич не снижал частоту вращений в течение всего сезона. Говорят, что именно благодаря его щедрости и дару убеждения главному театру страны удалось заключить гостевой контракт с беглой балериной Натальей Осиповой. Тем временем Даша Жукова продолжает доказывать миру, что Россия любит современное искусство и нуждается в нем: в ее «Гараж» по-прежнему заезжают отличные образцы.

Андрей Костин. Руководитель одного из крупнейших банков страны и в свет выходит мощными мазками — то на гала-концерт в честь Джона Ноймайера в Михайловском, то на новогодний прием в Кремле. Осторожный в нарядах (исключение — пятница, когда банкирам разрешено являться в джинсах и без галстука), он рискует столкнуться с проблемой: с приобретением «ВТБ‑Капиталом» акций Roberto Cavalli (переговоры еще не завершены) в его гардероб может тайком прыгнуть леопардовый принт.

Александр Мамут. Покровитель хипстеров, пригревший у себя в «Стрелке» лучший бургер в городе, устроил неравнодушной к хорошей музыке Москве настоящий пир духа, пригласив на закрытие летнего сезона Земфиру. Отлично работает и другое детище мецената — «Brasserie Мост», предназначенное для совсем другой аудитории.

Полина Дерипаска и Дмитрий Разумов. Если представить себе, что Бал дебютанток завершает не полонез, а вальс самой романтичной танцевальной пары страны, без Полины и Дмитрия вряд ли бы обошлось. Метафорические репетиции этого вальса в исполнении обаятельной издательницы и гендиректора группы «Онэксим» мы наблюдали и во время Санкт-Петербургского экономического форума, и на стадионе «Бруклин Нетс», и на ужине в честь Дианы Вишневой в отеле «Метрополь» – этом безмолвном свидетеле многих захватывающих дух историй.

Михаил Фридман. Один из богатейших людей России обогатил сокровищницу мировой музыкальной культуры, и без того ломящуюся от даров библейского племени. В продюсерском центре студии Игоря Сандлера он спел часть гимна Halleluja Леонардо Коэна: это была его первая проба голоса. Композиция в исполнении еврейской элиты, возможно, войдет в Книгу Гиннесса как самая длинная песня в истории человечества. Встретить Фридмана без микрофона почти невозможно: изучение Торы, видимо, занимает все его помыслы, очистившиеся от бухучета.

Михаил Прохоров. Еще не вполне разоренный своими издательскими проектами олигарх торжественно вернулся в когда-то так сильно обидевший его Куршевель. Гости Михаила Дмитриевича настолько искренне желали ему удачи, что с Французских Альп он скатился прямиком к покупке «Уралкалия». Неплохое портфолио!

Арас и Эмин Агаларовы. Одиннадцатого декабря самые завидные невесты страны будут полдня вертеться у зеркала: все ли хорошо с платьем, приняла ли нужную форму упрямая прядь. В «Крокус Сити Холле» — концерт нестерпимо симпатичного вице-президента Crocus City Group. Девушки могут и не знать, что их кумир связан не цепями, а прямо-таки кандалами династического брака и что, помимо того, что он улыбается и отлично поет, Эмин еще и удачливейший менеджер, неустанными заботами которого живут «Крокус», «Вегас», рестораны Nobu, Zafferano, Shore House и Rose Bar. И что свободное якобы время он проводит в работе над девелопментом Sea Breeze Resort в знойном Азербайджане. Короче, мало надежд, но как они сладки.

Эмин и Арас Агаларовы

Ольга Слуцкер. Рождение близняшек, материнские хлопоты в новом доме на Рублевке — Господь озаботился тем, чтобы компенсировать Ольге те мучения, через которые она прошла в последние годы. Детские комнаты заполнил смех, будет кому играть на детской площадке, а значит, выезжает в свет Ольга теперь нечасто. Да и заботы о собственной клинике «Наследники» не позволяют ей сделать ни одного лишнего шага. Зато домашние посиделки у кума Федора Бондарчука куме надоесть просто не могут: они уже часть ее ДНК.

Аркадий Новиков. Московский свет не устает поражаться тому и в самом деле удивительному факту, что главный московский ресторатор, вместо того чтобы почивать на лаврах в Мэйфэйре, не только совершает ежедневный объезд подведомственных ему заведений, но случается и на чужих праздниках жизни, как правило, все же с гастрономическим уклоном.

Дарья Лисиченко. Единственная девушка, которая может надеть балетки с платьем Valentino в пол и все равно быть во всех смыслах на голову выше всех. Даша — идеальная дисциплинированная гостья (организаторы ежесезонного Fashion Show в ЦУМе и модных коктейлей в Podium Market с копией чека в руке подтвердят это) и гостеприимная хозяйка — спросите любого, кому посчастливилось попасть на совместную с Tatler вечеринку на юрмальском пляже Legend Beach. Под занавес года ждем традиционный «оранжевый» праздник румяной красавицы, которой еще и очень повезло с любящим мужем.

Илья Лихтенфельд. Трендсеттер года по версии GQ не устает сыпать инфоповодами. Бах! Закрывается всенародно любимый Gipsy. Та-дам! Открывается кинотеатр «Москва». Желаете десерт? Пожалуйста: выход и стремительное расставание с Мариной Приемовой, которой мы пока не устали припоминать титул «Мисс Одесса 2011» и откровенный наряд Ulyana Sergeenko Сouture. Остается только пожелать, чтобы рука щедрейшего Лихтенфельда не оскудела, а закономерный переход из околохипстерского предпринимателя в олигарха-лайт произошел без потери вкуса к жизни, врожденной интеллигентности и ЧЮ.

Ирина Хакамада. Бывший политик и депутат, владелица очень скромного домика в СНТ «Хуторок» на 31-м км Рублево-Успенского шоссе осваивает с лекциями об успехе российскую провинцию и оттого в Москве бывает нечасто. А вот неизбежную повинность по посещению Бала цветов на вилле Эфрусси-де-Ротшильд в Сен-Жак-Кап-Ферра Ирина Мицуовна отбыла в этом году со стойкостью настоящего самурая.

Ян Яновский. Хорошего человека должно быть много — после того как финансист взял эту нехитрую заповедь на вооружение, у наблюдателей создается ощущение, что он перемещается по миру со скоростью ракеты. С благотворительного ужина Натальи Водяновой в Монако — на бал в Венскую оперу, с фуршета по случаю закрытия Давосского форума — в гостеприимный дом Миранды Мирианашвили, и так без устали.

Никита Михалков. Настоящий удар едва не случился с гостями премьеры киноленты «Солнечный удар» по И. А. Бунину: никто не предполагал, что из трогательной истории любви Никита Сергеевич разожжет странноватый костер-памфлет против русского либерализма аж на три часа. Тем не менее к Михалкову явились все, кто был в тот промозглый вечер в городе. Сам же режиссер не ходит почти ни к кому, делая трогательное исключение для друзей своего никологорского детства, которые, впрочем, все чаще уезжают за границу: там полегче с либерализмом.

Марина Лошак. Обреченная еще некоторое время находиться в тени своей великой предшественницы, новый директор ГМИИ им. А. С. Пушкина постепенно осваивает вверенную ей территорию. Здания музея с его невообразимыми возможностями — такой сладостный магнит для всех, кто когда-нибудь намерен сделать хоть какой-нибудь ивент, что Марину приглашают, что называется, «по списку протокола»: это важное знакомство. В этом году ей предстоит стать полноправной хозяйкой «Декабрьских вечеров» – тут-то и раскроется ее талант хозяйки.

Сати Спивакова. Юбилейный для мужа, дирижера Владимира Спивакова, год (ему исполнилось семьдесят) Сати провела в его приятной теплой тени, занимаясь преимущественно организацией торжеств и выпуском книги Соломона Волкова «Диалоги с Владимиром Спиваковым». Ремонт в парижской квартире и другие бытовые заботы, обычные для людей с повышенным содержанием недвижимости, не помешали телеведущей принять участие в спектакле «Нежность» — еще бы, ведь за долгие годы жизни с маэстро Сати узнала об этом щемящем чувстве решительно все.

Федор и Светлана Бондарчук. Самый маскулинный актер российского кино во второй раз стал дедушкой, и теперь к бесконечному расширению отцовского участка в Раздорах и заботам о сохранности имущества ДПК «Новь», председателем правления которого он является, добавились не менее приятные хлопоты. В инстаграме неотразимой бабушки, Светланы Бондарчук, встречаются самые разные жанры, кроме фотографий с супругом. Очевидно, чтобы не сглазили.

Василий Бархатов. Существует такой тип юной мужской красоты, которая никогда не стареет. Василий уже не мальчик, ему тридцать один, но и у зрителей, и у критиков он проходит как «молодой режиссер». Главные успехи театрального новатора связаны с Санкт-Петербургом, и оттого в столице его считают петербуржцем, хотя Василий вырос в Москве и сохраняет именно столичное обаяние, широту кругозора и умение удачно пошутить. Сейчас режиссер принимает соболезнования по поводу кончины его блистательной «Летучей мыши» в Большом — этой оды невыносимой легкости бытия, сотканной из шуток и пузырьков шампанского: новая дирекция отнеслась к оперетте с удручающей серьезностью.

Рената Литвинова. Актриса, много лет несущая бремя иконы стиля, просто вынуждена делить себя между сценой, кино и проектами, скажем так, на стыке искусства и денег. Louis Vuitton, Carrera y Carrera, Rado — кто только не покусился на светлый образ Ренаты Муратовны с целью увеличения объемов продаж! При всем богатстве выбора другой такой талантливой многостаночницы на Руси нет.

Кирилл Серебренников. В столичной артистической тусовке Кирилл, сам того не желая, занял место вышедшего наконец на пенсию Романа Виктюка: именно он теперь символ современного нестандартного режиссера. Кирилла видели бы и чаще, если бы не многотрудные заботы о поддержании в надлежащем виде семи спектаклей в «Гоголь-центре» и множества других работ, разбросанных по московским сценическим площадкам.

Ингеборга Дапкунайте. Участие актрисы в спектакле «Жанна» на Малой сцене Театра наций обеспечило ему настолько хорошую кассу, что на улицу билетных спекулянтов нежданно-негаданно пришел праздник: московский зритель прямо истосковался по легкому прибалтийскому акценту. Ингеборга на вечеринке — это такой заряд доброжелательности и открытости, который не может бить слишком часто, а потому нам ее не хватает далеко не только в спектаклях.

Павел Каплевич. Для театрального художника год прошел под знаком «Щелкунчика» — не в том смысле, что он стал распространителем билетов на этот самый валютный спектакль Большого театра, а в том лишь, что он принимает участие в амбициозном проекте по переделке шедевра Петра Ильича из балета в оперу. Душа любой компании, Павел обязан трудиться на все сто, по крайней мере пока часы не пробьют Новый год.