«Подкупить пытались, но не в этом олимпийском цикле»

-Василий Егоров (до 49 кг),Бахтовар Назиров (до 56 кг),Адлан Абдурашидов (до 60 кг),Виталий Дунайцев (до 64 кг),Петр Хамуков (до 75 кг),Павел Силягин (до 81 кг) и Евгений Тищенко (до 91 кг).

- Впервые за всю историю чемпионатов мира сборная отправляется туда внеполном составе. В трех весовых категориях бои пройдут без нашего участия.Почему?

- Потому что нам, к сожалению, не удалось получить максимальное количество лицензий. Предстоящийчемпионат – первый за 41 год, дляучастия в котором надо было выиграть путевку. Это можно было сделать на первыхЕвропейских играх в Баку, или на чемпионате Европы, стартовавшем сразу вслед заними в болгарском городе Самоков. Мы использовали оба шанса, но в итоге имеемто, что имеем. Из тех, кто третьего октября отправится в Доху, Назиров иСилягин заработали билеты туда в Баку, остальные – на чемпионате Европы.

- Можете пояснить, почему на чемпионате мира не будет российских бойцовв категориях до 69 кги свыше 91 кг, ведь на Европейскихиграх в Баку они выиграли лицензии в этихвесах?

- Дело в том, что при формировании состава на чемпионат Европы, мы решилипожертвовать шестью именными лицензиями, выигранными в Баку, – оставили с нейтолько Назирова, остальных, уже добившихся права выступать в Катаре, заменилина других, более сильных, по нашему мнению,боксеров. Сделали это из тех соображений, что на чемпионате мира, где будутразыгрываться олимпийские лицензии, должны боксировать те, у кого больше шансових завоевать. Но в результате на чемпионате Европы не все из них оправдали надежды. Тот же, например,супертяжеловес, участник лондонских Игр Магомед Омаров неожиданно проиграл во втором бою малоизвестномуболгарскому боксеру, нокаутированному потом в полуфинале…

- А как в состав попал ПавелСилягин, которого не было на чемпионате Европы?

- Это отдельная история. В полутяжелом весе в Болгарию долженбыл лететь первый номер сборной, чемпион Европы 2013года Никита Иванов. Но в последний момент стало известно, что в егодопинг-пробе обнаружили запрещенный препарат. Иванов восстанавливался послешального нокаута, полученного в одном из боев турнира AIBA Pro Boxing (APB), и,видимо, воспользовался какими-то медикаментами, входящими в список запрещенных.Причем, наша антидопинговая лаборатория сообщила нам о положительной пробе в третью очередь. Почему, для меня это так и осталось загадкой. Вроде водной стране живем, а отношение друг к другу, как даже не знаю, к кому…

В такой ситуации пришлось везти на чемпионат Европы заявленного в этом весезапасным Идриса Шахманова, которогопросто не успели перезаявить на ПавлаСилягина, завоевавшего путевку начемпионат мира в Баку. Шахманов вБолгарии проиграл в первом же бою, и мы остались в этом весе без лицензии,которая уже была у нас в кармане.

Но мы решили побороться до конца. Написали письмо в Международную ассоциациюлюбительского бокса (АИБА), изложили в нем ситуацию, попросив рассмотреть возможность выступления начемпионате мира Силягина, и нам пошли навстречу. Очень важное для нас решение,потому что категория до 81 кг является одной изчетырех, где мы пока еще не имеем олимпийских лицензий.

- Что нужно сделать ребятам начемпионате мира, чтобы получить право боксировать на Играх в Рио-де-Жанейро?

- Смотря кому. У Петра Хамукова, скажем, уже есть такое право, которое онзавоевал на турнире Всемирной боксерской серии (WSB).Остальным придется за него побороться, причем на разных условиях.. ТяжеловесуЕвгению Тищенко, единственному, к слову, в этом составе, кому доводилось раньшебоксировать на чемпионате мира, надообязательно выиграть в Дохе, чтобыполучить олимпийскую лицензию . Василию Егорову и Павлу Силягину достаточнобудет попасть в финал, а Бахтовару Назирову, Адлану Абдурашидову и ВиталиюДунайцеву – в полуфинал.

- Есть какой-то официальный план на этотчемпионат?

- Нет. Безусловно, мы поборемся замедали во всех категориях, в которых участвуем. Но главная цель, конечно,олимпийские лицензии, и, прежде всего, в весовых категориях до 49 кг, до 60 кг и до 81 кг,где у нас пока их нет. Напомню, что на сегодняшний день мы имеем лицензии вшести категориях – до 52 кг,до 56 кг,до 64 кг,до 69 кг,до 75 кги до 91 кг.

- Изменения, которые произошли в последние годы в любительском боксе, иначе,как революционными не назовешь. Ничего подобного нет и никогда не было ни в одной другой олимпийской дисциплине. Под эгидой АИБА рядом с привычным длянас классическим форматом сталипроводиться пяти-шести-восьми и дажедвенадцатираундовые бои, без маек и щлемов, с более жесткими, 10-унцовыми перчатками. Это абсолютно другой бокс, с другой методикойподготовки, но который, тем не менее, продолжают официально считатьлюбительским. Больше того, в этих поединках, проводимых по неолимпийскимправилам, теперь с разрешения МОК разыгрываются… олимпийские лицензии Нонсенс, абсолютно не допустимый вдругих видах спорта. Как вы к этомуотноситесь?

- Больше скажу. В связи с этиминововведениями мы, по сути, получили тринациональные сборные – команду с неофициальным названием AOB (AIBA Open Boхing),выступающую в олимпийском трехраундовомформате, WSB с пятью раундами и APB,специализирующуюся на шести–восьми - и двенадцатираундовых поединках. У всехсвои турниры, на которых я, как старший тренер, стараюсь бывать по меревозможности, но на все, естественно, меня не хватает, поскольку они проводятсяв разных странах и на разных континентах. Некоторых своих подопечных в этой связи не вижу по полгода, оставляя ихподготовку «на откуп» личных тренеров,которые не всегда, если откровенно, оправдывают мое доверие со всемивытекающими отсюда последствиями для олимпийской сборной.

Я уж не говорю о том, что состав сборной APB, тедесять человек, которые в прошлом годувступили в борьбу за олимпийскиелицензии, определял не я, а…руководство АИБА. Не с потолка, конечно,были взяты их имена, а согласно рейтингу АИБА, и заявка от нее была не вкатегоричной форме, а в виде рекомендации, но все равно, согласитесь, где этовидано, чтобы при определении кандидатов на участие в отборочном олимпийскомтурнире, мнением старшего тренера национальной сборной не считались?

Для чего была затеяна эта революция? Нам говорят, что для повышения зрелищности любительского бокса. Но, знаете,зрелищность бывает разной. Безголовая рубкадля услады публики, шум, гам, кровь, сопли – это одна зрелищность, которая,безусловно, многим нравится. А другая – это истинная красота бокса, котораябыла в былые времена и сохранившаяся на пленках кинохроники. Изящная работа наногах, где сразу видно мастерство, искусная защита, акцентированные удары,повторные, серийные атаки, когда не «кто кого перебьет», а умение обманутьсоперника, перехитрить его. Этого, к сожалению, я сейчас не наблюдаю, вернее,вижу не часто, в основном – сумбур в ринге с невысоким коэффициентом полезногодействия.

И потому, отвечая на ваш вопрос, отношусь пока к этим нововведениям отрицательно, поскольку они, создав, на мойвзгляд, много трудностей, потребовав больших материальных затрат, не прибавили любительскому боксу то, радичего были придуманы – настоящей зрелищности.

Тем не менее, сразу скажу, нравится мне это или нет – это реальность. Её надопринимать, в ней надо работать, выполняя задачи, которые передо мной, какстаршим тренером национальной сборной, поставлены. И главная из них сейчас – завоевать максимальноеколичество путевок в олимпийский Рио-де-Жанейро

- О каких больших финансовых затратах на нововведения вы упомянули?

- Взнос, который Федерация бокса России ежегодно платит АИБА за участие втурнире Всемирной боксерской серии (WSB) составляет 300 тысяч евро. Проведение одноготурнира AIBA Pro Boxing (APB) стоит 3-3,5 миллиона рублей. Взнос за проведение титульногобоя APB – от 50 тысяч до 100 тысяч долларов, в зависимости от весовойкатегории. Тяжелые оцениваются дороже. Что взамен – я уже сказал. Все это, есличестно, наводит на мысль, что вся эта забота о повышении зрелищности ипопуляризации любительского бокса, не что иное, как удачный бизнес-проект АИБА, направленный, как любойтакой проект, на зарабатывание денег.Кто-то наверняка с этим поспорит, но я высказываю свое мнение.

- Правда, что кубинцы, участвуя втурнире WSB, взносы, тем не менее, не платят?

- И не только кубинцы, но и некоторые другие страны, которые,по мнению АИБА, не способны заплатить в силу их экономических проблем и, какследствие, бедности федерации.

- Это удивительно, если участь, чтосборная Кубы, победив в прошлом году в этом турнире, заработала полмиллионадолларов. Как думаете, эти нововведения, турниры WSB и APB теперь навсегда в любительском боксе?

- Опять же, по моему сугубо личному мнению, вряд ли и, преждевсего, потому, что они слишком дорого обходятся тем национальным федерациям,которые платят за них. Проблемы в этом плане уже сейчас испытывают многие изних. Опять же, не говоря, о том, что эти турниры обезличивают такиесоревнования, как чемпионаты мира и Европы, традиционно считавшимися главными вкалендаря АИБА. Так, стартующий в Дохе чемпионат мира наверняка недосчитаетсямногих сильнейших боксеров по той причине, что кто-то из них уже обзавелсяолимпийскими путевками, добытыми на вышеупомянутых турнирах, а кто-то просто«зализывает раны» после труднейшего сезоны под флагами WSB и APB. Лишьв пяти весовых категориях из десяти бронзовая медаль чемпионата мира даст правона участие в Олимпийских играх, в то время, как, например, регламент турнира APBсоставлен так, что в финал там можно попасть, проведя всего лишь один бой , …

Серьезно пострадал престиж и европейского первенства, утратившего статусквалификационного олимпийского турнира

- Тут, наверное, следует сказать и о том, что турниры WSB и APB, на которых путевки в Рио-де-Жанейро завоевали в общей сложности 37 человек, могут нарушить принципы «честнойигры», лежащие в основе олимпийского движения. Судите сами. На Игры приедут 37боксеров, прошедших школу пяти-восьми и даже двенадцатираундовых боев, чтоизначально даст им преимущество над участниками с опытом трехраундовых поединков.Разве это справедливо?

- Ну, это вопрос спорный, Есть пример предыдущихИгр в Лондоне, на которых, если я не ошибаюсь, только два бойца, завоевавшихолимпийские лицензии на турнире WSB (APB тогдаеще не было), добрались до пьедестала почета, да и то лишь до бронзовой егоступени. Тем, кто долго боксировал вшести или восьмираундовых боях, тренировался по соответствующей методике, надобудет перестраиваться на олимпийский, трехраундовый формат. Это большая работаи большое искусство, потому что однодело выиграть восьмираундовый поединок,измотать соперника, правильно распределив силы, взять его на измор, сломав вконце, и совсем другое – успеть решить все задачи за три раунда. Тут надо вседелать быстрее, тут совсем другая тактика. Так что, повторюсь, неизвестно, начьей стороне изначально преимущество. Но в любом случае проблема остается.

Не меньше меня волнует и другой вопрос. Последний олимпийский квалификационный турнир пройдет в июне 2016 года, а уже в начале августа стартуют Олимпийскиеигры. Всего месяц на подготовку после сложнейшего отбора?! Мне кажется, такойкалендарь составляли люди, мало понимающие в спорте и, в частности, в боксе.

- Начиная с 2013года, АИБА вновь вернулась к правилам, действующим до 1986года – боям без шлемов. Все это время будущие олимпийцы боксировали без шлемов,а участники турниров APB и WSB – еще и без маек. Без них выигрывалиолимпийские лицензии, а на Олимпиаде и шлемы, и майки придется снова надеть,поскольку этого требуют правила МОК…

-Еще одна парадоксальная ситуация, с которой, тем не менее, видимо, придетсямириться, поскольку медицинская комиссия Международного олимпийского комитетапока настаивает на использовании шлемов. В отличие от такой же комиссии АИБА.Но есть слабая надежда на то, что они все-таки договорятся об отмене защитныхмасок.

- С появлением «рожденных революцией»турниров WSB и APB число олимпийских отборочных соревнованийувеличилось до шести. Это рекорд в истории любительского бокса, который привелк тому, что у нас впервые появились по два обладателя олимпийской лицензии в одной весовой категории, в частности, вкатегориях до 69 кг и до 75 кг. Такая ситуация вполнеможет сложиться еще в четырех весах – до 56, 60, 64 и 91 кг.С одной стороны, это, может быть, не плохо. А, с другой, не создаст ливам это дополнительные трудности при формировании олимпийского состава, ведьлегко предположить, сколь сильным будет давление со стороны покровителей каждогокандидата?

- На мой взгляд, чем больше будет претендентов с олимпийскойпутевкой – тем лучше. Такая конкуренция создаст и определенное отношение ктренировочной работе. Раньше, выиграв именную лицензию, боксер чувствовал себянезаменимым со всеми вытекающими отсюда последствиями. Нынешняя ситуация, когдав твоём весе есть ещё кто-то с именной лицензией, не позволит расслабиться,заставит делать всё, чтобы оказаться лучшим. А давления, о котором вы говорите,я выдержу. На этот счет не переживайте. В Рио-де-Жанейро поедутдействительно сильнейшие. Я не хочу выводить на олимпийский ринг боксеров, закоторых потом придётся краснеть. Да и за результат придется отвечать мне, какстаршему тренеру.

- Бывали случаи, когда вам кто-топредлагал деньги за место в составе национальной сборной?

- Бывали. Но не в этом олимпийском цикле…

- Неужели устоите, скажем, передмиллионом долларов, ведь это не тот случай, когда разница в классе междупретендентами на место в олимпийскомсоставе огромная?

- Знаете, я не путаю личные цели с государственными, и по утрам, когда чищузубы и бреюсь, хочу спокойно смотреть на свое отражение в зеркале…

- Какими критериями будетеруководствоваться при выборе?

- Их много. Это и достижения на чемпионатахстраны, и текущие личные показатели претендентов, и их очные соревновательныевстречи, и уровень мастерства соперников, противостоявших в борьбе заолимпийскую путевку, и результаты спаррингов, и функциональная готовность, имедицинские показатели. В глазах обязательно должно быть желание умереть,образно говоря, на ринге!

- Часто приходилось самому «умирать», когда боксировали?

- Часто. Сразу, например, вспоминается финальный бой на Всемирных играх военныхв Загребе в августе 1999 года противчемпиона США Оланда Андерсона. Он оказался единственным американцем,пробившимся в финал, в то время, как россияне были представлены там в десятивесовых категориях, поэтому судьи делали все, чтобы Анлерсон выиграл. Первыедва раунда они вообще «не замечали» моих ударов. В конце концов, победувсе-таки отдали мне – я просто вынудилих это сделать своими действиями в ринге, несмотря на итоговый ничейный счет3:3. Но чего это мне стоило! Враздевалке я в буквальном смысле харкал кровью…

-К слову, о судействе в любительскомбоксе. Много всякий усилий было приложено, чтобы изменилось его в лучшуюсторону. Удалось, на ваш взгляд?

- К сожалению, не могу ответить наэтот вопрос утвердительно, поскольку не далее, как на первых Европейских играхв Баку и на чемпионате Европы в Самокове, наши боксеры, Максим Дадашев (до 64 кг) и Вячеслав Ташкараков(до 52 кг)соответственно стали жертваминеприкрытого судейского произвола. Более того, ситуация, по моему мнению, тутдаже ухудшилась, после того, как АИБА запретила подавать протесты на действиябоковых судей. Они теперь чувствуют себя безнаказанно. Появились некиесудейские «похоронные бригады», как мы их называем, которые легко «уносят» счетв тут сторону, которую им требуется…

- «Умирать» можно по-разному. Вспоминаюдовольно любопытный случай, произошедший в 1996году на чемпионате Европы в датском городе Вайле, где разыгрывались лицензии наОлимпиаду в Атланте. Там в 1/8финала вы обыграли со счетом 10:3итальянца Раффаэля Бергамаско, отец которого устроил сразу после объявлениярезультата настоящий моноспектакль около ринга. Сначала он бурно, как это имеюттолько итальянцы, выразил свое недовольство решением судей, а потомиспользовал последний аргумент:«бесчувственно» завалился на пол, изобразив глубокий сердечный приступ.Помните?

- Помню, но концовку той истории не видел, поскольку в тот момент был уже враздевалке. Понятно, что ему очень хотелось, чтобы сын выиграл путевку наОлимпийские игры, тем более что для этого оставалось сделать лишь один шаг, ноя этому помешал, потому что оказался сильнее. Да и не только в том бою. СБергамаско мы встретились снова черезтри года на упомянутых уже мною Играх военных в Хорватии, и там секунданты сняли его в третьем раунде…

- Какие-то еще курьезные случаи из вашейдолгой боксерской биографии ни вспомните?

- Забавный случай произошел в Гаване на юниорском первенстве мира 1987 года. В финальном бою против местного боксера (япотом о нем никогда больше не слышал) судья в ринге, знавший русский язык,сделал мне замечание за…мат. А как было не выругаться, если проигрывавшийсоперник, что называется, в бессильной злобе очень сильно укусил меня за плечо,на котором потом долго оставались следы. его зубов … Похожая история случиласьсо мной и четыре года спустя на международном турнире в Чехословакии, и тоже в бою против кубинца, который неудовлетворился только укусом, но еще ударил меня коленом в пах…

- Ваша боксерская карьера – классический пример тому, как важно в боксеоказаться в «своей» весовой категории. Все свои главные победы – золото на чемпионате мира, двух чемпионатах Европыи, наконец, на Олимпийских играх, вы завоевали в весе до 81 кг,проведя до того шесть лет в категории до 75 кг, в которой лучшим вашем достижением сталосеребро на чемпионате мира. Больше того, после того, как в 1997 году перешли в полутяжелый вес, не потерпели ни одного поражения до концакарьеры…

- Выступая в весе до 75 кг,я постоянно занимался сгонкой веса, по 4-5 кг сбрасывал. Может быть, поэтому у менядважды случались серьезные травмы – пневмоторакс, разрыв легкого – сначала набазе в Кисловодске, во время подготовки к барселонской Олимпиаде 1992 года, а потом – в первом же бою на Играх в Атланте.

- А почему раньше не поменяли категорию?

- Не знаю. Это не от меня зависело.

- Правда, что в Атланте вы дали распискуамериканским врачам в том, что в случае вашей смерти в бою, их вины в том небудет?

- Нет, никакой расписки не было, поскольку в таких ситуациях только главныйтренер и врач команды решают, выходить боксеру в ринг или нет. Просто тогдаамериканский доктор предупредил, что до госпиталя могут не довезти, если вследующем бою пропущу удар в область легкого. Я ему ответил: на ринге, мол,родился, на ринге и умру. Он развел руками, но ответственность с себя снял. Наринг я тогда снова вышел – нокаутировал соперника, но на третий бой солимпийским чемпионом-92, двукратным чемпионом мира кубинцем Ариэлем Эрнандесом меня уже не хватило: как рыба заглатывал воздух, но им заполнялосьтолько одно легкое…

- Зато вас с лихвой хватило через четырегода в Сиднее, на третьей вашей Олимпиаде, где вы необыкновенно легко выигрализолото. Так, по крайней мере, показалось со стороны. Прошли соперников, как ножсквозь масло, завершив три боя из пяти досрочно, а финал – с преимуществом в 14 ударов. У вас самого было ощущение легкости?

- В сравнении сдвумя предыдущими, конечно. Но я был готов к этому не только функционально, нои психологически. Подвел свой организм кэтим соревнованиям на сто процентов.Очень хорошо знал всех своих соперников,со всеми из них боксировал до этого и всех обыгрывал. Тем не менее, мы с моимпостоянным личным тренером Геннадием Михайловичем Рыжиковым тщательно прорабатывали моделькаждого предстоящего боя с учетом своих знаний о соперниках. Тщательно изучаливидеозаписи их предыдущих поединков. Я исключил даже мысль о поражении, потомучто прекрасно понимал, что это мой последний шанс. Это потом олимпийскийвозрастной ценз увеличили до 40 лет, а тогда он равнялся 34 годам и мне был уже31 год. Так что, проигрывать былонельзя и я еще до боя «пожирал»соперников. Был, правда, там момент, когда после двух досрочных побед позволилсебе расслабиться в четвертьфинальном поединке против француза Джо Дови послетого, как повел в счете с преимуществом в девять очков, и едва не упустилпобеду. Но, к счастью, все закончилось хорошо.

- Между прочим, сегодня ровно 15 лет со дня той вашей победы. Примите в этойсвязи наши поздравления, тем более чтоэта победа во всех смыслах историческая, поскольку 1октября 2000 года вы закрыли ею список российских олимпийских чемпионов XX века не только в боксе.

- Спасибо. Кстати, последним советским олимпийским чемпионом тоже является боксер –Вячеслав Яновский, победивший на Играх-1988в Сеуле.

- Не все знают, что, несмотря на то, что после Сиднея вы объявили о завершениикарьеры, олимпийский финал не стал вашим последним боем на любительском ринге …

- Да, причем совершенно неожиданно даже для меня. После Олимпиады приехал вродной Магадан, где провел детство и юность, начинал заниматься боксом.Пригласили туда в качестве почетного гостя на традиционный турнир памятиолимпийского чемпиона Валерия Попенченко. И вот на встрече с ребятами из местной детской спортивнойшколы поднимается один пацан и говорит: « Вы ненастоящий магаданец».У меня глаза на лоб: «Почему?» - «Потому что, – отвечает, – ни разу неучаствовали в турнире Попенченко, а любой магаданский боксер просто обязан егопройти». Пришлось после этого участвовать.

- По мнению специалистов, с вашимбоксерским стилем можно было рассчитывать на что-то и в профессионалах. Почемувы не попробовали?

- Я попробовал. И даже выиграл один бой на турнире в Ташкенте. Нокаутировалкакого-то американца. А потом сел, взвесил все «за» и «против» и решил, что дело это для менябесперспективное. Во-первых, возраст был уже не тот, чтобы начинать и надеятьсяна что-то серьезное. Во-вторых, и это самое главное, я просто устал от бокса, « наелся» им сполна,как спортсмен. Поэтому решил попробовать себя на тренерской стезе, поделиться смолодыми своими знаниями и опытом.

- Почему-то почти вкаждом интервью вас просят напоследок рассказать анекдот про боксеров. Давайте не будем отходить от традиции.

- Пожилой боксер меняет колесо на своей«шестерке» и, вдруг, получает пинок под зад. Поворачивает голову – стоят дваздоровых самоуверенных бугая: «Ну, чего, дед, закурить найдется?» -- «Да,сейчас только болт закручу». Поднимается и с разворота – бац одному боковой вчелюсть. Тот – в ауте. Лежит, не подаетпризнаков жизни. Дед подходит ковторому: «Ну что, и тебе закурить дать?» – «Нет, спасибо: одну на двоихкурнем…». Старая гвардия есть старая гвардия. Я ее люблю и уважаю. Дай Богздоровья Борису Лагутину, Виктору Агееву, Олегу Григорьеву, Игорю Высоцкому имногим другим, ныне здравствующим ветеранам бокса, которые делали его красивым.