Обратная перспектива в иконописи

Мы находимся в точке А и смотрим по стрелке. В точке В находится некое изображение, образ. Между нами и этим образом расположен, допустим, стол abcd (вид сверху-сбоку). Мы будем видеть его в прямой перспективе, как это показано на рисунке. То есть мы видим не только образ как конечную цель нашего внимания, но и то пространство, что отделяет нас от него. Мы его визуально контролируем. Расстояние до образа можно измерить. Например, рулеткой. Изобразив все так, как нам видится, мы создадим иллюзию той реальности, в которой находимся. Или сделаем фотографию из нашей точки обзора. Фотографию изменить нельзя. Так что теперь у нас два мира: тот, что на фотографии и тот, что вокруг нас. На фотографии мир – застывший, неизменный. Вокруг нас – по-прежнему живой, переменчивый. Мы можем попытаться совместить эти два мира. Например, приткнем к одной из сторон стола (для наглядности – вырезав его из фотографии) какой-нибудь образ. Сочетание с одной из сторон будет более или менее нормальным для стороннего глаза. А вот с другими сторонами… И если образовавшуюся нестыковку мы так и оставим, то станет понятно: на получившейся картине одно пространство совмещено с другим. Персонажи из одной реальности со своей системой координат перенесены в другую реальность с другой системой координат. И эти две реальности не стыкуются друг с другом идеально.

Художник мог бы все состыковать очень аккуратно. Но он этого не делает. Почему? Видимо, потому, что хочет дать нам понять: на иконе — наш мир. Застывший, закосневший — но привычный и знакомый. Иначе ему пришлось бы изображать какой-то другой мир, тот, что окружает образы святых. Но художник не знает, как выглядит ТОТ мир. Это нигде не написано. Поэтому он отправляет молящегося на икону человека в некое виртуальное пространство, из которого он взирает на привычный ему мир как бы сторонним взглядом. Верующий об этом не догадывается, а художник не нарушает религиозных канонов. Такой вот изощренный выход из положения, при котором то, что неизвестно художнику, никак им и не изображается.

Применение обратной перспективы переносит нас из одного мира в другой: из привычного, осязаемого в какой-то новый, из которого наш прежний мир выглядит немного деформированным и искаженным. При этом сам новый мир остается вне нашего поля зрения. И именно в наш мир приходят ангелы, архангелы, Христос и т.д. Это очень важный момент. И когда художник на иконе пишет «неправильный» стол, он дает нам понять, что мы по воле этого художника перенесены в другое измерение, из которого и созерцаем наш прежний, такой привычный и понятный мир.

Вот такая философия. Можно сделать очень важный вывод: обратная перспектива – не нечто архаическое, то, что является следствием низкого уровня художественного мастерства. Обратная перспектива преисполнена глубочайшего смысла и виртуозной логики. Она требует понимания, погружения в религиозное видение окружающего нас мира. Но человек верующий об этом не задумывается и воспринимает данный прием исключительно на подсознательном уровне. Христианство все построено на необъяснимом и таинственном, и обратная перспектива – один из ее краеугольных камней. Поэтому отказ католической церкви от обратной перспективы в иконописи свидетельствует о максимальном упрощении восприятия христианства как такового. Фактически, это отказ от божественной сущности Христа в пользу его человеческой сущности. Во всяком случае, в живописи.

Андрей Рублев. «Троица».

Дмитрий Жилинский. «Тайная вечеря». 2000 г.

В качестве примера взглянем на картину современного русского художника Д. Жилинского. Она написана с соблюдением именно обратной, а не прямой перспективы. В отношении стола это выразилось не очень (художник, видимо, пожалел наше эстетическое чувство), а вот в отношении фигур… Тут – явная диспропорция. По мере приближения к Учителю фигуры увеличиваются, хотя при прямой перспективе все было бы наоборот. Жилинский делает упор на смысловую интонацию, а не на религиозную. Обратная перспектива потребовалась ему несколько для других целей, чем в древнерусской иконописи. Например, самый крупный персонаж здесь – Иуда, мелькающий в дверном проеме. Видать, не все просто с мировым злом, по мнению автора.

Тут много деталей, заслуживающих самого пристального внимания. И то, как организовано освещение, когда источником света служит Христос и его снежно-белая рубаха. И странный диалог никого с никем (за исключением разве что двух персонажей). И живость самих персонажей, их яркая индивидуальность. И их растерянность, подавленность, недоумение. И отрешенность Христа, произнесшего роковую фразу, и его строгость судии, и потусторонность бога. Есть над чем подумать. Вараксин Борис

Вы слышали о поперечине вообще, а я вам передаю один из богословских вариантов объяснения. Наличие нескольких объяснений подтверждает мысль, что никто сегодня определенно не скажет, в чем истоки этого феномена. В этом отношении протестантский крест прост и без изысков. Да, трехмерность очевидна в некоторых иконах, не потому ли не сразу церковь признавала и Рублева, и Ушакова и некоторых других? Я думаю, что и в этом тоже заключалась определенная причина.

У протестантов много отличий. И я подозреваю, когда говорят об отказе от икон, имеют в виду не католиков, а протестантов. Что касается трехмерности в изображении святых ликов, я не очень посвящен в тонкости этого процесса. Это явление возникло как-то внезапно, словно само собой. Скорее всего, сказалось польское влияние. Возможно, греко-латинская академия, или что-то вроде этого. Россия уже просто не могла оставаться в полной изоляции. Отсюда и никоновские реформы, и изменения в иконописи. На самом деле, этому периоду в русской истории пока не уделяется должного внимания (на мой взгляд). А именно в это время началось определенное и весьма существенное изменение менталитета.

А ведь Леонардо да Винчи в свое время открыл для себя еще один вид перспективы, третий, что вы можете об этом сказать?

И что она из себя представляет? Он сам-то ею пользовался? Может, в каких-то научных трудах? Может, что-нибудь сферическое?

В Деяниях VII (II Никейского) Собора 787 г. описано осуждение иконоборчество и утверждено правило почитания икон и креста. Поскольку в нем принимали участие и представители Римо-католической церкви, то нетрудно будет понять, что имели в виду католики под понятием «иконопоклонение».

В строках решений VII Вселенского собора не написано. Но я читаю только то, что написано в строках, и в ваших строках у никакого содержания не нахожу. А

Вы вступились за католиков, но по-моему как-то не совсем удачно. В Римо-католичестве отказались от иконопочитания, но принят догмат иконопоклонения. Для них это не одно и тоже. Кроме того, в римо-католических иконах предметы и лики изображаются в объемной форме и потому восточным православием не воспринимаются как иконы. Что же касается восприятия христианства католиками и православными, то здесь очень глубокие разногласия догматического характера, тогда как между греческим (византийским) и русским восприятием христианства нет таких противоречий, поскольку речь идет о различиях в правилах богослужения и совершения чинопоследования.

Начиная с середины XVII века, со школы Симона Ушакова, в России пишут и трехмерную икону. Достаточно зайти в Третьяковку и убедиться в этом.

Приведите нам удачный пример римо-католических икон, которые воспринимаются католиками так же, как иконы православными?

Зайдите в ГМИИ. Первое, что Вы увидите — итальянские иконы XIV-XV веков. Они мало чем отличаются от православных. Потом начался Ренессанс и многое изменилось. Но иконы эти так и считаются иконами.

Кем считаются? Согласно решениям VII Вселенского собора 787 года художники-иконописцы должны строго следовать иконографическим канонам при написании образа. Это объясняется тем, что иконам был придан статус носителей и хранителей церковного исторического предания. Поэтому нарушение иконографического канона было чревато его искажением, то есть впадением в ересь, и строго наказывалось.

Понятие канона включает в себя канон пропорций, цветовой и композиционный каноны. С их помощью достаточно жестко закреплялись в сознании символические значения икон, что освобождало художника от необходимости их разрабатывать и сосредотачивало его творческую энергию на выразительности изобразительной формы. Церковь не допускала писать иконы по воображению художника или с живой модели, так как это означало бы сознательный и полный отрыв от прототипа. Имя, написанное на иконе, уже не соответствовало бы изображаемому лицу и было бы явной ложью. «Иконы должны быть написаны по существу и подобию, а не по догадкам и самомышлению». Во имя незыблемости священного предания в его изобразительном изложении стали создаваться и передаваться из мастерской в мастерскую так называемые иконописные подлинники — образцы-эталоны, с которых очень часто воссоздавались образы.

Решения VII Вселенского собора были адресованы всему христианскому миру. Но франкский король Карл (будущий император Карл Великий), домогавшийся политического и территориального укрепления и расширения своей власти, не принял решений этого собора, что было продолжением и следствием противостояния Запада Востоку.В ответ на решения этого собора по инициативе Карла в 790 -794 гг. были составлены так называемые Каролингские книги, в которых провозглашалось, что иконы не могут быть приравнены к Священному Писанию и по своему значению даже не сравнимы с ним. Они могут создаваться и использоваться лишь как украшения храмов, для вдохновления верующих и для просветительских целей, В соответствии с этим канонизация иконографии образов не признавалась актуальной.

Ну, вот они и вдохновляют. Вы скажите, итальянские иконы в ГМИИ — это не иконы? И то, что они вполне соответствуют даже и византийскому канону — ерунда? Может, Вам все-таки посетить ГМИИ, поговорить с тамошними искусствоведами?

А вам может быть посетить воскресную школу или храм, чтобы побеседовать с батюшкой и узнать чем икона отличается от картины на религиозную тему:

В кои-то веки решил воспользоваться википедией. //Ико́на (ср.-греч. εἰκόνα от др.-греч. εἰκών «образ», «изображение») — в христианстве (главным образом, в православии, католицизме и древневосточных церквях) изображение лиц или событий священной или церковной истории, являющееся предметом почитания, у православных и католиков закреплённого постановлением Седьмого Вселенского собора 787 года.

В искусствоведении иконами обычно называются изображения, выполненные в рамках восточнохристианской традиции на твёрдой поверхности (преимущественно на липовой доске, покрытой левкасом, то есть алебастром, развёденным с жидким клеем) и снабженные специальными надписями и знаками. Однако с богословской и религиоведческой точки зрения иконами являются также мозаичные, живописные и скульптурные изображения в любой художественной манере, если им воздается установленное Седьмым Вселенским собором почитание//.

Это чисто условное разведение на иконы (например, русские) и картины на религиозную тему. Просто в какой-то момент на Западе перестали икону называть иконой. Но суть от этого не меняется. И батюшка на эту тему мне ничего путного не скажет. Потому что если я приведу его в ГМИИ и подведу к картине Симоне Мартини, он воспримет ее за икону. Причем русскую. Странная немного дискуссия. В каталогах западных музеев не принято икону называть иконой, а говорят нейтрально — произведение. И что с того?

Насколько я понял, согласно каролингским книгам икона не нуждается в каноне, ибо служит украшательству храмов. ///…канонизация иконографии образов не признавалась актуальной.. ./// Прекрасно. Именно это мы и имеем в западной религиозной живописи. Но иконный образ от этого не перестал быть иконным.У него стала другая форма. Но почитание-то образа осталось. Вот у мусульман нет иконного образа и тут все ясно. Имело бы смысл обсуждать, соответствуют ли итальянские иконы в ГМИИ православному канону. И если мы исходим из того, что православная икона — эталон иконы вообще, и все, что этому эталону не соответствует — не икона, тогда надо внимательно изучать, сравнивать, анализировать и т.д. Хотя и в православии нет абсолютного эталона. А так… Вы же сами говорите, что западный иконный образ избавлен от необходимости канонизации. Так в чем проблема? Западный художник оказался более свободен, нежели восточный. В том числе, и в написании икон. В том числе, и в плане отказа от обратной перспективы. Ну, таков его выбор. Но по-вашему выходит, что образ Христа — не иконный. А зачем он тогда в храме? И зачем храм вообще? Потусоваться? Музыку послушать?

Богословы объясняют (но не раскрывают) тайну нижней перекладины Животворящего Креста, на котором был распят Спаситель. Во-первых, как они учат, это не наклон, а изображение перекладины в прямой перспективе, в отличие от обратной перспективы всего Креста. Во-вторых, как утверждается богословами, нижняя перекладина, предназначенная для поддержания стоп распятого Христа, усиливает Его муки, и в прямой перспективе такое изображение перекладины передает зрителю впечатление о великих страданиях распятого Сына Бога Живого.

На многих алтарных образах с изображением распятого Христа этой поперечины нет вовсе. И я, например, слышал такую версию, что вроде как нижняя перекладина указывает путь сошествия Христа в могилу. Как здесь завязана прямая перспектива — не могу себе представить. Но и утверждать тоже ничего не могу.

Вступлюсь все же за католическую церковь, т.к. она отказалась не от обратной перспективы, а от почитания икон. Думаю, восприятие христианства у католиков, хоть и разнится в чем-то с православием, но не менее глубоко. Восприятие христианства у русских и византийцев тоже разнится.

Не понял. У католиков нет икон? А все эти бесчисленные алтарные образы XV, XVI и т.д. веков — это просто картины? Светская живопись? Если войти в ГМИИ, то половина первого этажа — итальянская иконная живопись. Симоне Мартини и т.д. Яблоко раздора между православными и католиками — филиокве. Далее — обрядовость, не более. И для католиков существуют две сущности Христа — божественная и человеческая, а для православных, в основном — божественная. Это очень грубо и приблизительно. Западная икона претерпела серьезную трансформацию. Но говорить, что у католиков икон нет вообще — на мой взгляд, неверно.

= половина первого этажа — итальянская иконная живопись= А может не подгонять задачу под ответ, и честно сказать, что в ГМИИ половина первого этажа итальянская религиозная живопись?

Религиозная живопись, сопряженная с изображением святого образа, и есть икона. Мы можем по-разному к ней относиться, но это именно икона. См. Википедию.

Хотелось бы подкинуть к комплексу размышлений над обратной перспективой вопрос, на который я ответа ни у кого не нашел, кроме констатации факта. Дело в том, что Крест Животворящий изображается в обратной перспективе, кроме нижней перекладины. Нижняя перекладина изображается в прямой перспективе и потому, как мне объясняют богословы, создается ложное впечатление, будто она имеет наклонный вид. Согласно православному богословию иконы, нижняя перекладина на Кресте в действительности параллельна остальным перекладинам, но изображенная в прямой перспективе, кажется «наклонной».

Возникновение обратной перспективы на византийских православных иконах остается все еще некоторой тайной.

Наверно, нижняя перекладина креста — определенная тайна. Ее наклон объясняют по-разному. Но прямая перспектива как-то смотрится не очень. Интересный вопрос. Загадочный. Надо будет подумать. Мне кажется, здесь все-таки объяснение в каких-то чисто религиозных мотивах.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎