Адвокотская контора - 3. Покой нам только снится.

Мир Дельта — Форум полуофициального сайта Оксаны Панкеевой/В закоулках памяти

Этим утром Витуса разбудили тревожные аккорды. В кресле, отвернувшись к окну, попутчик перебирал струны, и кивал сам себе, глядя на полусмятый листок. Витус потянулся, распушил хвост, мягко подошел сзади и спросил: -- Ты чего соскочил с утра пораньше? -- Не спалось. -- виновато отвтеил попутчик. -- Тревожно как-то. Я тебя разбудил, извини. -- Да нет, -- кот удивленно посмотрел на напарника. -- Ты чего с утра такой вежливый? -- Я же говорю, тревожно как-то. И песня получается какая-то странная. В этой странной игре Проигравших почти не бывает. Да и выиграть битву, похоже, уже не дано. Уходящих с игры провожают почти с караваем. Победитель обычно с триумфом уходит на дно.

В этой странной игре, называемой нами судьбою, Каждый миг, каждый вздох, каждый шаг – Лишь вперед и вперед. И конечно, пытаться поспорить с судьбою не стоит – Но за шаг ведь считается даже прыжок И полет.

Разбудила меня на рассвете тревожная песня, Мол, по нотам ее, как по лестнице, к Храму спеши… И опять в хороводе бездумно клонящихся лестниц Выбираю свой путь по веленью судьбы и души…

В этой вечной игре нам придуманы странные роли, Значит, будем играть . Или может быть правильней – жить. Оставаться хотя бы собой, вопреки чьей-то воле. Оставаться собой – означает уже победить…

-- Это ты про что? -- спросил Витус. -- А черт его знает. Вот так написалось, и все. Кот помолчал, посомтерл в окно, на пустынный пляж, где золотой песок смеялся навстречу синему морю. На безмятежные пальмы и дремолющих слонов, и с надеждой сказал: "Может, обойдется. " -- Будем надяеться, -- вздохнул попутчик, -- отложил гитару и предложил, -- пойдем погуляем, что ли? И компаньоны отправились вдоль линии прибоя, навстречу солнцу.

Время: утреннее, недоброе

Кто-то заночь сделал перестановку в моей комнате. В мое присутствие, а я и не заметил. Очень тихо сделал, аж зависть перед таким мастерством берет. А вот перекрашивать стены голубыми цветочками по розовому фону- это уже слишком. Узнаю кто - выскажу. Теперь вот стою, перекрашиваю в ровный серо-голубой цвет.

Утренний воздух на пляже (пляжу?) был свеж и чист. Пели птички и сопели слоники, так что на чуть более плотную, чем окружающая атмосфера, струйку воздушной материи внимания обратить было некому. Дух медленно проплыл над белым песочком. Посмотрел вдаль. Пожалел, что отчаянно нематерьялен, а то плюнул бы на этакую пакость (со времени своей печальной кончины у Духа развилась резкая агорафобия), оглянулся, увидел домик с приветливо приоткрытой дверью. Подлетел и втянулся в щели. Никого. Почти никого - Дух после некоторого облёта помещения обнаружил любующуюся на собственные коготки мадемуазель. Ну что ж. По крайней мере, не гонят, уже хорошо. Крыша есть, тоже неплохо. Дух обследовал другие доступные его нематериальности углы и обнаружил уютный маленький сейф. И еще более уютный = потому как еще более маленький - пузырек с резким малоприятным алхимическим запахом. Для начала Дух збрался в пузырек. Поворочался там, определяя, насколько уютно ему будет в этом вместилище.

РАзумеется, часть содержимого немедленно вылилась на девицу, которая сим составом собиралась украшать свои коготки.

Вдруг (поскольку любое неожиданное событие начинается со слова вдруг) за окном на пляже раздался странный шум – какие-то стуки, крики «Насяйника! Понимаешь. » и другие абсолютно не присущие доселе мирному и тихому пляжу звуковые эффекты. И таинственные облака, лак и вино мгновенно выветрились из головы Люкси. Она поспешила за дверь и остановилась как вкопанная. Неподалеку от Конторы строился дом. Высокий белобрысый прораб с лицом, не обезображенным интеллектом, громко орал на двух маленьких рабочих, которые с трудом оправдывались на каком-то ломанном языке. Однако, не взирая на это Вавилонское столпотворение в миниатюре, дом рос не по дням, а по минутам, как в свое время благодаря проектам Елены возникло новое здание Конторы. Видно, этот пляж действительно переполняли какие-то магические силовые линии, благоприятствующие строительству. И, похоже, теперь это не было тайной для профессиональных халтурщиков от мастерка.

А в том, что они были халтурщиками, Люкси не сомневалась. Ну, кто еще может построить такой небольшой, даже, можно сказать, холостяцкий домик, однако сделать его таким мрачным, напоминающим небольшой двухэтажный замок с узкими окнами-бойницами? Люкси немного постояла у дверей, пытаясь разобраться, нравится ли ей этот домик по соседству или нет. Однако быстро поняла, что не нравится, поэтому направилась по пляжу, намереваясь немного поругаться со строителями….

Стоило мне покрасить четверть стены, как неизвестная сила перенесла меня на кухню. Если бы не кисточка и ведерко с краской, я бы подумала, что мне пора лечится. Сейчас же я был уверен, что таки покрасил часть стены.

Ко мне обратиласть крыса: - Оладушек не хочешь, со сметаной? И куда-то исчезла. Я еще раз посмотрел вокруг. Кухня. Посмотрел на кисточку - в краске. Доннер-веттер , не зря наниматься в эту контору больше не нашлось ни одного дурака. Пока я занимался этими бесплодными размышлениями, крыса вернулась. ". реальность данная нам в ощущениях. " мелькнула в памяти чья-то реплика.

Заметив, что я стою там же где и раньше, крыса повторила: - Так оладушек хочешь? - Нет. Раз тут такое творится, не скажешь, кто мне ночью стены покрасил? Крыса пошевелила усами: - Не знаю. Если бы она была человеком, я бы подумал, что она улыбается. - Тогда, хорошего утра, -сказал я и пошел в свою комнату.

По возвращении я застал стены покрашеные заново в зеленый цвет, со странными узорами. Потрогал краску - сухая. Ладно, переживу. Кисть - в растворитель, краску - в банку, ведро поставил сушится, будет удобный мусорник, серо-голубого цвета. И занялся размещением вещей, по ходу составляя список того, что надо будет купить. 1. стопку писчей бумаги, 2. новую бритву, .

Время: настоящее длительное

Из окна доносились звуки стройки. На пляже стоили дом. Судя по скорости - родной брат этого, разве что очень продуманый. Я даже засмотрелся.

Прочные стены, узкие окна-бойницы расположеные на разных уровнях и не оставляющие мертвых зон, лестница упрятана внутрь, крыша с крутым скатом. Можно подумать, хозяин думает там отсиживатся в осаде. Так толку-то, подкатить что-то на 3 дюйма, и всех делов.

К строителям вышла Люксория. И зачем спрашиватеся? Узнать по соседски, кто будет жить? Нет, от таких вопросов строители так не смеются. Ненавижу бегать.

В дверь я выскочил как раз вовремя. Какой-то громила уже навис над девченкой. - Всем оставаться на своих местах, тогда никто не пострадает! - прокричал от двери я. Люксиора стояла на месте. Ну почему я не умею внушать мысли? Да отодвинься же, ты же его загораживаешь! Сейчас он тебя цапнет, и мне прийдется его пристрелить, ну давай, отойди! Доннер-веттер , нельзя теперь бегом. Я быстрым шагом приближаюсь к строителям. Стоит как вкопаная. Так, а что это у его помощника в руках? Ломик - очень плохо. - Что случилось? - спросил я. Люксория пыталась что-то сказать, но я ее оборвал. - Не тебя спрашиваю, - отдергиваю ее в сторону. Порядок! Нагло ухмыляюсь заводиле, переводя дело в "разговор двух мужчин". - Что случилось, ну! - А ты кто такой вообще? - Вопросы здесь задаю я. - А если мы сейчас тебя? - А сам на сам? - Обделался? Парни. Полушаг правой назад, с разворотом корпуса. Левая рука впереди, правая с пистолетом на уровне пояса, возле ремня. Пижон бы ткнул в живот, но я не пижон, а пистолету нужно место. - Руки вверх! А теперь будете отвечать ее на вопросы.

-Прошу прощения, господа, как я понимаю, мы с Вами будем соседями? – внезапно раздался негромкий голос прямо за спиной Люксории. Она быстро повернулась и чуть было не налетела на худого, довольно высокого и уже явно немолодого господина с густыми, но абсолютно седыми волосами. Ссутулившись, он стоял, опираясь на тяжелую трость. Его холодный взгляд резко контрастировал с любезными словами, а уголки рта все время как-то болезненно сжимались. Увы, вынуждена была признать Люкси, уехавшего в поход Крайслера он явно не заменит…

-Пожалуйста, не будем конфликтовать, - произнес он. Однако эти слова не были просьбой, скорее констатацией факта. - Я узнал, что здесь на пляже сдается в аренду неплохой участок, - продолжил господин. (А, так он здесь ненадолго! Тем лучше! А то этот субъект так до сих пор и не представился и не спросил, как меня зовут, ничего не сказал ни про мои глаза, ни про мои губы)

– Так вот, все документы оформлены четко, я имею право выстроить здесь на пляже здание, хотя и не выше двух этажей. Пожалуйста, давайте каждый займется своим делом. Если эти люди чем-то нанесли Вам оскорблением, сударыня, я готов любым образом загладить свою вину, – и, считая инцидент исчерпанным, он спокойно обратился к прорабу.

– Все хорошо, мне все нравится, в точном соответствии с проектом. Кстати, когда садовники привезут колючие лианы и чертополох, пожалуйста, скажите мне. И не ссорьте меня с соседями! – с холодной, но ничуть не мстительной угрозой произнес он, и прораб быстро заткнулся и чуть было не встал по стойке смирно.

-До свиданья, сударыня, сударь, – поклонился таинственный господин Люксории и Курту. И медленно, тяжело хромая зашагал по песку….

Время: настоящее мимолетное

Я убрал пистолет и смотрел на Люкси. Отчитать? Не здесь. - Пошли в контору, - спокойно сказал я.

-- Курт, зайди, -- выглянул попутчик из кабинета, внимательно оглядел Люкси, улыбнулся и кивнул телохранителю.

--Курт, спорить с женщиной – последнее дело, - укоризненно сказал попутчик, едва дверь за воином закрылась. – Особенно если она неправа. -- Она сознательно подвергла себя опасности, -- начал Курт… -- Не люблю парадоксов, -- фыркнул Витус, и когда Курт удивленно перевел взгляд на кота, пояснил свою мысль , -- женщина и сознательно! -- Не утрируй, -- махнул рукой напарнику попутчик. – О женщинах и твоем к ним отношении можете с Куртом поговорить отдельно. Только по-моему он столько не выпьет. А насчет Люксории… Род человеческий улучшали женщины. Они всегда влезали в неприятности, сначала – в пещеру к тиграм, потом еще дальше, мужчинам приходилось их спасать… Короче, был такой мужик – Дарвин, он примерно все объяснил. Так вот, наша Люксория – лучшая представительница женского пола. Рядом с ней всегда живешь с ощущением урагана. Это очень закаляет нервную систему. -- Кто бы говорил, -- улыбнулся Витус. – А сам-то.. Не так давно бежал на пляж, как от огня… -- Знаешь, Витус, рядом с огнем можно существовать двумя способами – либо пропустить его через себя и согреться, либо срочно бежать рыть окопы в полный рост, чтобы не сожгло. -- Какие окопы? – переспросил Курт, ошалевший от стиля беседы шефов. -- Да, это я отвлекся, -- легко согласился попутчик. – Это я о бардовском огне… А мы о чем? Черт, неужели и впрямь склероз? А, да, доложи нам, что там произошло и откуда на нашем пляже вот это взялось? _________________

Прежде чем приступить к приготовлению ужина, Фаэль долго и тщательно оттирала кастрюлю и на всякий случай сковородку - там могли быть остатки ханаэлькиных реактивов. Наконец посуда была очищена, и в кастрюльке радостно забулькала гибная лапша, а в сковородке поспевала курочка в сметанном соусе. Внезапно с полочки над плитой как-то сам собой упал маленький пузырек, и с прощальным "бульком" утонул в кастрюле. Фаэль от неожиданности позабыла, что она несовершеннолетняя девица, и выдала порцию таких выражений, что услышь ее папа, в угол бы поставил. как минимум. Ну а что тут скажешь?! Бедная хоббитянка с этим рисованием и замками посторониими целый день голодная ходит! Ведь почти уже готово было! Тут хоббитянке почудился чей-то злорадный смех. Фаэль выковырила половником злосчастный пузырек. На полуслезшей этикетке угадывалась надпись "..дкость для снятия ла..". Понятно, это Люкино. Но откуда он здесь взялся? Надо будет спросить. Фаэль скрепя сердце вылила почти готовую лапшу и принялась по новой драить кастрюлю.

За ужином непривычно мрачная Фаэль обдумывала план обследования соседского замка. Надо взять обычную отмычку, универсальную. Хитрых замков там пока что быть не должно. Ну, плащик, это само собой. Фонарик? Тоже надо бы, ночь все-таки. Ножи опять же. И веревку. Пусть будет. - Ты чего такая мрачная? - спросила Люкси. О, точно, хорошо что напомнила. - Люкси, это твой? - спросила Фаэль, вытаскивая из кармана пузырек. - Мой - удивленно ответила секретарша. - Где ты его взяла? Ты что, в мой стол лазила? - Я?! Да на кой мне твой стол! - возмутилась Фаэль (которая, впрочем, полазила по всем столам, но ведь она там ничего не брала, а так. из чистого любопытства) - он стоял над плитой и упал в кастрюлю! Ты зачем его над плитой поставила? - Я?! - в свою очередь возмутилась Люкси. - Я его всегда в стол ставлю. С чего бы мне его над плитой ставить? - Тогда откуда же он там взялся? - спросила Фаэль. Но этот вопрос остался без ответа. "Ну ладно, я выясню - пообещала она сама себе - и кто поставил, и кто сбросил, и кто смеялся"

Время: настоящее беспокойное

- Я находился у себя в комнате, когда услышал, что Люксория вышла на пляж и начала разговор со строителями . Меня насторожил смех, очень нехороший смех. Я выбежал на пляж. Один из строителей уже нависал над Люксорией. А она, как на зло, еще и стояла неудачно, закрывая его от меня. Я быстро подошел и выдернул ее всторону. Я решил перевести конфликт в спор мужчин. Решать проблему один на один строитель не захотел. Пришлось достать оружие. В этот момент явился заказчик дома и я решил не углублять конфликт. Вернулся в дом.

По результатам осмотра могу сказать, что строящийся дом совершенно не похож на курортные дома. Зато в нем удобно отсиживаться в случае гражданских беспорядков. При необходимости можно отразить массовый штурм, если нападающие не станут применять тяжелое вооружение.

Если распоряжений нет, то я хотел бы продолжить заниматься уборкой и ремонтом в своей комнате.

Едва Фаэль и Люксория вышли с кухни, в окно влетел седой ворон. С исписанной бумажкой в клюве.

«Пророчества – это пророчества» – так говорил когда-то ребе Симович. Ворон не любил ребе, частенько используя его черную шляпу в качестве мишени для птичьих бомбежек, но с фразой был полностью согласен. И, когда вместо стиха о дружелюбном коллективе конторы появилось что-то странное и маловразумительное, сомнений не возникло – это пророчество. Самое что ни на есть всамделишное. Тут птицу обуяли сомнения. С одной стороны пророчества вслух читать нельзя. Особенно негативные. Особенно представителям семейства вороновых. Потому как сбудутся. Но спрятать такое или уничтожить – значит не предупредить друзей. – Надо перду-пердить! То есть предупредить! – проорал про себя ворон. И, переписав первый в своей жизни стих на чистовую, решил «случайно забыть» на столе. Еще раз пробежал глазами пророчество.

Вампиры, зомби, тараканы, На нас из-под земли восстанут! Мы все умрем, лишь черный кот Нам на поминках запоет!

– Может, стоит заменить «запоет» на «заорет»? – громко спросил сам у себя ворон. Потом решил, что править пророчества кощунственно. Придавил бумажку тяжелой сахарницей и удалился, размышляя о том, что эти взбаламошные люди могут потерять чистовик – или, скажем, облить химикатами. Наверно стоит сделать десяток копий да пораскладывать на видных местах.

Витус гнездился на кресле и недовольно посматривал на попутчика. Тот упоенно тренькал на гитаре, безбожно фальшивил и повторял одни и те же музыкальные фразы… Процесс написания песен – занятие утомительное. Особенно со стороны… -- Может, попросить зайца немножко отдохнуть, -- тяжело вздохнул Витус. – Без вдохновения напарник был куда… спокойнее. Но выстроить четкий план коту не удалось. Из картины, спокойно висящей на стене, появилась белая прозрачная фигура. Явно женская. Она целеустремленно кинулась к попутчику, ухватилась за гриф его гитары и вытащила из нее еще одну, точно такую же, только прозрачную. Затем, под изумленными взглядами напарников, Белая Дама направилась к подоконнику, нагло уселась на него, и, негромко себе аккомпанируя, начала петь.

Солнце, прищурясь, глядит на излом наших рук. Мир безмятежен, а значит, прощанье не близко. Самая высшая мера свободного риска – Не замечать неизбежность далеких разлук.

Дождь не разрушит ажурные наши мосты. Снег не засыплет слова, Что от боли застыли… Как бы ни правы мы были, Но все же мы были. Одновременно и с богом и с чертом на «ты».

Из немоты отчужденья рождается звук. Снова приходят слова, Значит, будет и песня. И в переплете случайно скрестившихся лестниц, Солнце, прищурясь, глядит на излом наших рук…

Ошалевшие компаньоны еще не успели придти в себя, как дама, схватив призрачную гитару, взмыла на пляж прямо к пальмам, перепугав безмятежно дремлющих слонов. Но и там она не задержалась. Что-то сказала Степке, погладила Васькины уши, попыталась оторвать кокос, но , ее пальцы легко проходили через непробиваемую скорлупу. Дама, рассердившись, попыталась топнуть ногой по воздуху, удобнее перехватила гитару и понеслась над морем с такой скоростью, что буквально за мгновение растаяла в темном небе… -- А что я… что я.. -- развел лупами Витус под вопрошающим взглядом напарника. – Я и сам обалдел… -- Ну ладно Дама в Белом, -- пробормотал попутчик, -- В жизни каждого мужчины непременно есть свой призрак Дамы в Белом… Но призрак моей гитары. Он осторожно и с некоторым опасением взял аккорд, но гитара звучала по-прежнему. -- Может, это пророчество? -- задумался Витус. -- Тогда хорошо, -- ответил попутчик. – Тогда это жизнеутверждающее пророчество…. Знаешь, ты тут подремли, а я пойду дом обойду. Тревожно мне… Но подремать Витусу не удалось. Буквально через несколько мгновений попутчик буквально ворвался в кабинет, размахивая какой-то замусоленной бумажкой. -- Смотри, вот это – действительно пророчество. Витус спрыгнул с кресла, вырвал из рук попутчика письмо и внимательно вчитался в странный текст. «Вампиры, зомби, тараканы, На нас из-под земли восстанут! Мы все умрем, лишь черный кот Нам на поминках запоет!»

Он поднял удивленный глаза на потрясенного попутчика и строго спросил: « И когда ты успел завести еще и черного кота?» Попутчик не нашелся, что и ответить. А, надо признать, такое с ним случалось крайне редко. -- Так, хватит шизовать, -- вынес он вердикт. -- Надо действительно идти в Департамент и разбираться. Завтра прямо с утра! Витус согласно кивнул.

Курт и привидение

На кухне пахло горелым. Но это был неважно. Возле дверей появилось кладбищенское привидение. Голодное привидение. Голодное кладбищенское привидение, питающееся эмоциями и получающее тем больше силы, чем больше на него обращают внимания. Внезапно дверь открылась, и на пороге кухни появился Курт. Привидение в ожидании подкормки кинулось ему в лицо. - У вас что-то горит, - сказал Курт и посмотрел на плиту. Ожидающее насыщения привидение напоролось на взгляд Курта и застряло. Вместо ужаса оно нашло там отрицание. Не детское «я тебя не вижу, значит тебя нет», не удивленное «не может быть», лишь подчеркивающее происходящее, а уверенное «тебя нет». «Тебя нет» столь же твердое как у экзорциста, подкрепленное безжалостностью человека всегда готового к необходимому насилию. Привидение зависло как на колючей проволоке, чувствуя себя солдатом перед неизбежной пулеметной очередью. - У вас что-то горит, - повторил Курт, и помахал перед лицом рукой, пытаясь разогнать привидение как дым. Привидение увидело в этом шанс прикинуться ветошью и не отсвечивать. Оно истончилось, заклубилось по всей кухне и быстро покинуло столь негостеприимное место. - У вас что-то сгорело, - констатировал Курт и вышел, плотно притворив за собой дверь.

Партнеры прислушались к затихающей вдали песне.

У привидений нету выходных. И мой старик напился по-дурному. До синевы, до пузырьков седых… А мне еще тащить его до дому…

У привидений, всем известно, что Одна забота – напугать кого-то. Но это интересно лет так сто, Ну а потом – тоскливо до зевоты.

Для привидений нет дверей и стен. И потолок им в общем-то не нужен… А если я чего-то где-то съем, То видно всем, что я поел на ужин…

У привидений вовсе нет друзей. И им никто… Совсем никто не пишет! Но если мы завоем веселей, То может нас хоть кто-нибудь услышит!…

Послдение слова песни долетели до них уже совсем издалека. Тишина опустилась на пляж, партнеры отправились спать, и только звезды с любопытством смотрели вниз, словно предчуствуя, что самое интересное только начинается.

Дом был темным и мрачным. Да что там, жутким. Замок на двери поддался легко, а вот сама дверь открылась медленно и с каким-то противным зловещим скрипом. Очередное чудо иномирской техники - маленький, но яркий налобный фонарик - выхватил из темноты коридор и несколько ступенек. Фаэль было страшно. Нет, она не боялась темноты или привидений (она просто никогда не слышала, что это такое). Но было что-то в самой атмосфере этого дома, что заставляло сердце уходить в пятки, а коленки - мелко дрожать. Едва Фаэль отошла от двери на пару шагов, как та сама собой захлопнулась с громким лязгом. Стало еще страшней, и Фаэль задалась вопросом, а за каким, собственно, рожном она сюда пошла? Вопрос, конечно, запоздал, но из чистого упрямства хоббитянка попыталась на него ответить. А то вдруг потом папа спросит, надо же будет что-то отвечать. Итак, ей нужно разведать, кто хозяин этого дома, и зачем он поселился на пляже. Лестница кончилась коридором со множеством одинаковых дверей - массивных, с каким-то неприятным узором. Фаэль решила открыть первую левую дверь, потому что в случае чего окна из этой комнаты должны выходить в сторону конторы. Дверь распахнулась, едва хоббитянка до нее дотронулась. Фаэль на всякий случай нащупала нож, и вошла в комнату. Едва переступив порог, она ощутила Зов. Она почувствовала, как воля ее слабеет, и ноги сами собой идут вглубь комнаты, подчиняясь неведомой силе. Волосы ее встали дыбом. То, что ждало ее впереди, было нежитью, она это поняла сразу. Наверное, так чувствовали себя прославленные герои Фродо и Сэм, когда чуть не сгинули в Упокоищах. Как же они выкрутились? Фаэль уцепилась за эту мысль, поняв, что мысли ей пока еще подчиняются, в отличие от тела. Кажется, они пели веселую песенку. Она попробовала петь. Губы и язык сперва подчинялись неохотно, но постепенно слова выговаривались все лучше, сливаясь с мелодией. Фаэль все громче и бесшабашней орала старинную ширскую песенку:

Стоит под горкою трактир, И как-то вечерком Туда один Мужик-с-Луны, надев парадные штаны, спустился за пивком.

На третьем куплете она почувствовала, что ноги вновь ее слушаются, и тут же бросилась к окну. Прыгать было невысоко, но она все-равно ушиблась в потемках, впрочем, это были такие мелочи!

Когда в монастыре развеется туман, И в море соскользнут таинственные тени, И жутиков своих отправит по домам Прозрачный командир полночных приведений, Тогда по лестнице кривой Тихонько, чтоб никто не слышал, Считая палки головой, Я выберусь сюда на выгнутую крышу.

А здесь такой простор, что сразу все забыть, А здесь искрится мир в воздушной оболочке, И мне так хорошо, как только может быть В отдельно взятый миг в отдельно взятой точке. И это больше никогда Со мной не повторится снова, Здесь слово "Нет" и слово "Да" Сливаются в одно загадочное слово.

Рассвет уже парит на огненном крыле, И в море унеслись таинственные тени, И с завистью глядит из трещины в столе Прозрачный командир полночных приведений. Когда у края бытия, Привстав от счастья на носочки. Стою отдельно взятый я В отдельно взятый миг в отдельно взятой точке. ((с) Иваси.)

Время: где-то между прошлым и будущим

Табличка на стене дома: Фёгельштрассе,9. Вторая, на дубовой двери "Тайная Государственная Полиция". Вечер, темнеет, но ни одно окно не светится. У лица совершенно пуста в обе стороны. Где я? Что я здесь делаю? Доннер-веттер , как холодно. Отвернулся, перешел дорогу, подергал ручку - заперто. Соседний дом - тоже заперто. И соседний. И . доннер-веттер , я опять перед той самой дубовой дверью! Она не заперта. И тело уже еле шевелится от холода. Остаться или зайти? Замерзнуть или сдаться? - ТАРАКАНЫ.

Что? Где? Уф, это всего лишь сон. Но надо пойти посмотреть. И пистолет взять, а то что-то мне неспокойно. Спустился на кухню. Действительно, очень много тараканов, будто кто-то целую коробку высыпал. - Шеф, количество неприятных происшествий переходит все разумные пределы. Даже если вычесть все аномальные события, не повлекшие за собой крупных неприятностей, даже если учесть, что у нашей конторы давно уже не лучшая репутация, остаток все равно слишком велик. Разрешите действовать по своему усмотрению.

Дух, вернувшийся на притолку, уныло смотрел на духи невинно убиенных тараканов, цепочкой и по порядку поднимающихся в горние выси. Может, при жизни он тоже был шестиногим? Дух встал на четвереньки и попробовал согнуть конечности под нужным углом. Не удержался, упал в суп, варившийся на позабытой плите. Выловил себя, выловил душу заблудшего таракана, прочитал нотацию. Нет, я не был тараканом, решил Дух. Увидел мелькнувшего за окном зомби. Прошелся по столу секретарши, подволакивая ногу, как будто она сломана в четырех местах. Не получилось. С тоски Дух повыл на то место в небе, в котором предполагалась луна. Не то услышав, не то почувствовав Духово присутствие, населяющий Контору люд и нелюд заозирался по сторонам. Дух подумал, что послесмертное существование плохо влияет на его манеры поведения, и решил сообщить о своем присутствии. ДЛя этого он начал рыскать в поисках подходящего блюдца. Просочился в шкафчик. В шкафчике, против всякой логики, вместо кухонной утвари обнаружился склад из шляп - 34 плюс одна с пером, явно забытые кем-то из подвипивших новогодних гостей (пользуясь случаем, спасибо. Витус, особенно тебе, за стопку кроссвордов. ) Сил у Духа хватило только на то, чтобы справиться с пером. Он вытянул его и пролевитировал куда-нибудь, к ближайшей чернильнице.

*** В этот момент Попутчик и Витус решали, а не выпить ли им еще коньячку. - Смотри! - вдруг сказал Попутчик, показывая зажатой в крепком кулачке бутылкой на парящее в воздухе перо. - Видишь? - Перо? - уточнил Витус. - Которое висит в воздухе, подрагивает и кружится из стороны в сторону, как будто кто-то, не знающий до конца жестовую азбуку, пытается подать сигнал о своем нахождении здесь? - Да. - Вижу, конечно,- согласно кивнул Витус. - Отлично. Значит, с тебя уже достаточно и остальной коньяк - мне, - вывел Попутчик и активно претворил в жизнь сказанное.

Костер полыхал в ночи. Девушки продолжали веселиться, в то время как тощая мужская фигура с относительным удобством устроилась на камне, продолжая внимательно вглядываться в темноту, одновременно неодобрительно прислушиваясь к излишне разудалому веселью вымотанных последними событиями объектов защиты.

-А ведь все началось с этого странного соседа, - негромко пробормотала Алька. Тихо, почти про себя. Однако девушки ее услышали. Елена уже приготовилась отдумывать мерзкого соседа обратно. Но сосед и не думал появляться перед костром. Откуда-то подул легкий ветер, запутался в волосах Фаэль, слегка настороженно обогнул очередной шедевр парикмахерского искусства на голове Люкси и закружился по пляжу. С каждой минутой он становился все сильнее и сильнее. Внезапно раздался страшный треск. Это юкки, как будто в одном мгновение ставшие пустыми внутри, рассыпались на мелкие кусочки. От колючих деревьев не осталось и следа, и небольшой замок снова возник перед девушками. И несколько несчастных пальм, уцелевших от этого невероятного колдовства, ничуть не скрывали его малопривлекательного вида. В ту же минуту таинственный ветер стих, как небывало.

Внезапно входная дверь (напоминающая уменьшенную копию тяжелых ворот) распахнулась. И на фоне ярко освященного холла этого готического особняка обитатели Конторы увидели своего проклятого соседа. Он стоял на пороге, опираясь на палку, медленно разглядывая кучи сухого мусора, которые недавно были юкками. Затем, будто бы только заметив, что он не один, хромая, подошел к костру.

-Добрый вечер, сударыни, сударь – он поклонился всем присутствующим и продолжил. – Скажите, а вы не знаете здесь поблизости хорошего садовника? Я специально нанял фирму, чтобы они посадили мой любимый чертополох, а они вырастили какое-то уродство. Я их за это, естественно, урою, … то есть, уволю. Но мне не обойтись без помощи.

Елена нашлась первой.

-Да, пожалуйста, о чем разговор, если кого-то найдем, то обязательно поможем, или даже сами что-нибудь сделаем, - с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего, произнесла она. -Вот и отлично, - без тени улыбки и недоверия, даже как-то скучно произнес сосед. – Заранее благодарю. -Скажите, а как нам вас называть? – несколько надменно произнесла Люксория. То ли этот сосед ей действительно так не понравился, то ли раздражало, что вопреки всем правилам этикета он даже не представился, - она еще точно не знала.

-Прошу прощения, - еще раз поклонился сосед. -Возраст, склероз, – однако сказал он это настолько неуверенно, что никто ему не поверил. – Меня зовут господин Гискар. Дамы представились, а вот Курт промолчал и даже проигнорировал специально обращенный в его сторону взгляд Гискара. Однако сосед не стал настаивать и, откланявшись, пошел прочь.

Когда дверь за ним захлопнулась, Елена подмигнула девушкам, задумалась, и из куч мусора, бывших когда-то юкками, стали медленно подниматься густые кусты чертополоха, буквально расползающиеся по пляжу…. Представив, как удивиться этот Гискар, увидев чертополоховую изгородь, которая за пару дней вырастет выше дома, девушки снова расхохотались!

Все сегодня какие-то сонные и странные. Даже Люксория и та на себя не похожа. Видимо не у меня одного ночь не задалась.

Первым делом я пошел на пляж, посмотреть на соседский особняк. За ночь выросли пальмы. И много какой-то колючей дряни, на первый взгляд ничего особенного, а я туда сунулся. Оказалась вполне достойная родственница колючей проволоки. Ладно, пока оставлю, другие дела есть.

Вернувшись в дом начал обдумывать чем этот особняк можно сковырнуть с пляжа.

Взрывчатка ? Я здесь только порох в свободной продаже видел, но цена, как и цена патронов - несоразмерно высока.

Сделать самому? Предположим я куплю аммиачную селитру, и сделаю заряд на ее основе. Пусть даже намешаю туда древесного угля и битого стекла. Но селитре нужен мощный переходной заряд. Тротила же здесь днем с огнем не сыщешь.

Что еще? Огонь . Где купить бензин? Впомнился курьез, как жена одного из пионеров автомобилестроения покупала бензин в аптеке. Не подходит, даже если есть - мало и наверняка дорого. Что остается? Смазочное, точнее ламповое масло, из самых дешевых.

Решено, иду на рынок.

К вечеру три боченка лампового масла объемом 120 кварт стояли под стенкой. В комнате ждали своего часа топор и ломик.

А для Елены - несколько вязанок тополиных дров.

Время: поздний вечер

Видимо днем дела пошли лучше и вечером мы все дружной компанией веселились и радовались жизни. Из темноты блеснула пара светлячков. Еще раз, и еще. Пара. Потом на край освещенного места вышел пес. Дворняга, белый в черных и коричневых пятнах. Тихонько сел и заскулил.Странное поведение для городской собаки, я привык, что они наглее. - Голоден?, спросил я и пошел с куском пирога к нему. Пес только тихо вафнул. Голоден. Иначе бы уже убежал.

А ведь нам сейчас очень не помешает свой пес. Я сплю крепко, а живой сторож с хорошим слухом - то что надо. Осталось его приручить. - Возьми, - протянул руку с куском пирогом я. Пес недоверчиво посмотрел на меня, на пирог, опять на меня и потянулся к пирогу. Очень осторожно, доннер-веттер , так я сам по минному полю как-то шел. И стоять нельзя, и на каждом шаге сердце ёкает. - Лови, - кинул я кусок псу. Пирог исчез на лету. - Пошли, - скзал я и пошел к костру. Пес сделал несколько шагов и остановился. Ладно, это дело не одной минуты, но так и знай пес, ты уже записан в штат конторы.

Накормив собаку свежим мясом, от чего та проинклась к хоббитянке теплыми чувствами, Фаэль побежала в папину комнату искать справочник по магии для начинающих. Ей было очень интересно, как же она сможет что-то сделать магического, не имея магических способностей, но будучи по натуре скорее практиком, она оставила этот теоретический вопрос, и решила положиться на эксперимент. И вообще, папа сказал, значит все получится!

Книжка обнаружилась не сразу, пришлось изрядно покопаться в папиных вещах. В итоге искомый предмет нашелся под кроватью - самое место для магической книги. Фаэль открыла оглавление. "так, что тут у нас. защита. защита от дождя и града. не то, дальше. Защита от грома и молнии. Опять не то. где же. А вот! Защита от нежити и некромантии. Так. Если вашему дому угрожает некромант, или стихийно восставшая нежить, вы можете защитить свою территорию очень простым немагическим способом. Возьмите осиновый кол или палку, железо (лучше всего меч) и горящую головешку и очертите тремя ровными замкнутыми кругами границу ващего дома. Недостатком этого способа является невозможность покидать помещение, так как пересечение границы круга уничтожает его действие, и ритуал нужно повторять снова." Н-да. Все просто, конечно, но Курт неизвестно где, да и в доме полно привидений. Их-то куда девать? ". Известно, что нежить не выносит ладан, поэтому если в доме уже поселилась нежить, можно изгнать ее, воскуряя ладан. " Отлично. И где его взять? В церкви, наверно. Так может проще сбегать за священником? Фаэль закрыла книгу, сунула ее подмышку пошла советоваться.

Время: настоящее, секунды стучат в ритме там-тамов

Выйдя в зал, я увидел необычное зрелище - почти все в сборе. И в воздухе такое знакомое напряжение, будто сейчас в атаку готовятся. Самое время предложить мою идею, сам то я не справлюсь.

- Доброе утро. Я вижу, что команда собралась. Мной разработана операция по ликвидации соседского особняка. Кодовое название - "Светлячок". Мне понадобится ваша помощь. В результате анализа средств я остановился на сожжении. Как показывает практика это достаточно действенный способ, если недоступна взрывчатка. Правильный пожар сожжет не только обстановку, но и перекрытия, в конце там только стены останутся. Мной уже куплены три бочки лампового масла объемом 120 кварт. Масло приобретено с уже ушедшего в море корабля. Корабль контрабандистский, я точно знаю. Во время доставки масло было замаскировано тополиными дровами, так что отследить его не представляется возможным. Порядок действий: - Дождаться пока сосед покинет дом. - Поливаем маслом полы на всех этажах начиная с верхнего, а не с нижнего. Это позволит избежать ненужного травматизма. Я не хочу, чтобы кто-то поскользнулся на уже разлитом масле и что-то сломал. - В каждой комнате открываем окна, огню нужен воздух. - В каждой комнате создаем растопку. Отлично годятся политые маслом шторы. - Если где будут книги, то стоит прихватить несколько штук с собой, для растопки в комнатах без окон. - На случай, если встретятся запертые двери, я купил ломик и топор. Ломиком быстрее и тише, но если очень прочные, то придется топором. При двух исполнителях с учетом площади особняка на всю операцию надо 25 минут, от входа до поджога. Шесть минут на второй этаж, шесть на первый, шесть на подвал и семь про запас.

- Можно подумать, ты этим на жизнь зарабатываешь, - недовольно проворчал попутчик.

- То, что я работал телохранителем и воевал на правильной стороне, не значит, что я пою в церковном хоре, - ответил я. - Так будем жечь или нет?

Время: настоящее мимолетное

- Пока хозяин дома, так что все равно надо ждать и наблюдать. А к тому времени как уйдет может и Витус вернется.

Выходя из конторы, Фаэль отметила, что Курт вернулся. Это хорошо. Значит, сейчас слетаем в какую-нибудь церковь, найдем священника и ладан, можно еще святой водички поклянчить, и полетим обратно, обрабатывать периметр, как это Курт называет.

Васька приземлился за оградой маленькой церквушки. Фаэль несмело вошла в храм чужой религии. Она совершенно не собиралась тащить без спросу ладан, поэтому отправилась искать хоть кого-нибудь. На глаза ей попался невысокий морщинистый старичок в черном одеянии и с крестом на груди. - Здравствуйте - поздоровалась хоббитянка. - Не могли бы вы одолжить мне немного ладана? У нас на пляже такие безобразия творятся, призраки всякие летают, зомби бродят. Поможете? Старичок удивленно воззрился на хоббитянку и кивнул. - Хорошо, дитя, только я лучше пойду с тобой "Хм. Он что, меня за ребенка принял?" - Ну давайте. А вы не боитесь на слонах летать? -На. чем? - обалдело переспросил старичок. Фаэль махнула рукой в сторону Васьки, и священник осенил слона крестным знамением. Слон остался стоять. Ну ясное дело, он же не нежить. Старичок взял с собой что-то из церкви и полез на слона с таким видом, будто как минимум раз в неделю этим занимается.

Попутчик сидел в мрачном коридоре Департамента Безопасности. Госопди Флавиус выслушал о таинственном соседе (о чудесах Попутчик благоразумно решил не рассказывать) и попросил подождать. И ведь ему не откажешь… Во всяком случае, никто раньше не пробовал. А ожидание изрядно затянулось. Флавиус пару раз проходил мимо, и лишь кивал: «Подождите»… Наконец что-то сдвинулось с мертвой точки. Попутчика завели в помещение, где, кроме господина Флавиуса и неизменной охраны, на стуле, склонив голову сидел какой-то тип, черты лица которого, наполовину скрытые растрепанными волосами, показались Попутчику знакомыми.

--Вынужден вас огорчить, - с места в карьер начал начальник Департамента. – Господин Гискар – личность таинственная. Без прошлого. Приехал откуда-то из Голдианы, а в этой стране за деньги можно купить даже подлинные документы на фальшивую фамилию. Но на пляже он у вас оказался не случайно.

Сидящий тип, всхлипнув, отбросил волосы с лица, и Попутчик узнал в нем дона Патрика, сотрудника архива, у которого они когда-то вместе с Еленой после легкой шоковой терапии получили план тюрьмы, в которой держали Витуса.

--Это – дон Патрик, недавно эмигрировал к нам из Мистралии в поисках спокойной работы, - заметил Флавиус. – Там он служил в архиве, пока его кто-то не начал запугивать. Поступил к нам в земельный Департамент. Размер взятки, которую ему заплатил господин Гискар за фальшивое разрешение на строительство на пляже, уже запротоколирован. Интересно другое – этот Гискар захотел поселиться с вами по соседству потому, что там, видите ли, «какие-то сильные магические линии… или волны». --Не может быть, - весело удивился попутчик. – И откуда на нашем пляже чудеса? --А у вас в последнее время ничего странного не происходило? Костров не жгли? Не колдовали? Людей из королевских кабинетов не утаскивали? --Да как вы могли подумать?! – почти искренне возмутился попутчик. --Да я и не думаю, - вздохнул Флавиус. – А вот король… --Нет, - сказал Попутчик. – Давайте короля к этому делу не подключать. Это наш пляж! Так что разбираться будем сами. Теперь хоть понятно, с чего можно начинать. А за помощь – спасибо! --Не за что, - спокойно произнес Флавиус.

И это было правдой…

Фаэль грусно сидела на травке неподалеку от церкви. Священник ничем не помог. Может, дело в нем самом, а может в его вере или еще в чем. Но пробовать снова ей не хотелось. Надо искать что-то другое. Ну-ка, а если, как говорит Люкси, от противного? Не получилось со светлыми силами, попробуем с темными. Надо некроманта найти, только хорошего и, как это. легального. Мэрт Наргин! Его сам король как-то приглашал, значит специалист хороший и легальный. Отлично. - Васька, слушай мою команду. Летим к дому мэтра Наргина, знаешь такой? Вот и умница.

Старый некромант, в отличие от священника, сразу понял, кто такая Фаэль - даже удивительно, откуда он знает о хоббитах? - И зачем же я вам понадобился, юная госпожа? Я ведь давно не практикую. - А мне вас король рекомендовал - не моргнув глазом придумала Фаэль. - понимаете, у нас на пляже какая-то нежить бродит. Священник пробовал изгнать. но как-то не получилось. Поможете. - Эх, стар я уже для этого - проскрипел мэтр, - ну ладно. А твой слон меня не уронит? - Ну что вы, конечно нет И мэтр неохотно полез на слона

Старичок деловито обошел дом, почти так же, как тот священник, только в руках он держал не крест, а какой-то непонятный темный шар. - Так-так, что тут у нас. Да уж, ну и наследил тут этот твой священник, ничего не разобрать. Фаэль с некромантом переходила из комнаты в комнату, и обалдела, увидев в столовой обитателей конторы, сидящих кружком со свечками и бумажками. - Ребята, вы чего? - недоуменно спросила она - О! Неупокоенный дух - воскликнул мэтр - кто ж так с духами общается? Начитаются книжек всяких, ни тебе техники безопасности, о духе не позаботились. Так, прекращайте это безобразие и дайте работать профессионалу! Фаэль только диву даваласб, как преобразился этот "давно непрактикующий" старичок.

Артефакт, подаренный Наргином, оказался зеркалом - не очень большим, темным, с красивой тяжелой узорчатой рамой. Как объяснил мэтр, духу нужно войти в зеркало, тогда его будет хорошо видно и слышно. А человек, сидящий перед зеркалом, не будет видеть свое отражение, а только лишь духа. Что ж, действительно предельно просто. Вернувшись в контору, Фаэль не обнаружила никого, правда, она не особо и искала, потому как ноги сами понесли ее на кухню - вот ведь, уже третий день подряд она пропустила обед! Это уже ни в какие ворота, хоббит она, в конце концов, или где?! Фаэль прислонила зеркало к стенке и отправилась готовить чай. Хотелось, правда, чего-нибудь посерьезней, но это ж надо сколько ждать! А в шкафчике помнится еще кексики оставались, которые Елена пекла.

В кухню тихонечко вошел обугленный ворон. Грустно посмотрел на пьющую чай хобитянку, вспорхнул на стол и улегся, распространяя по кухне запах горелых перьев. – Ой! Тебе чаю? – улыбнулась Фаэлька. – А почему ты такой обгорелый? Особняк соседа сжигал? – Динамит делал, – отозвался ворон громким шепотом. – В ближайшей школе на уроке химии. – Какой ужас! Наверно здание пострадало. – Не. все на улице делалось. Я ж сапер со стажем! – А с детьми все в порядке? Никто не пострадал? – Ха, такие пострадают! Они не страдали, а наоборот, радовались. Говорят, что впервые увидели матерящуюся комету, – ворон закашлялся, выплевывая сизые облака дыма. – А во всем Реомюр виноват. И, не объясняя, кто такой этот загадочный Реомюр, ворон опрокинул чашку с чаем и захрапел. Фаэль поглядела на подгоревшего, но мирно храпящего ворона, допила свой чай и решила последовать его примеру. Нет, не изобретать взрывчатку, а пойти поспать.

Попутчик перебрал три стопки документов - той бумажки, которая давала им право собственности на пляж не было. Черт, она еще как-то мудрено называлась. Попутчик выглянул в окно, еще раз убедился, что дурацкий особняк торчит бельмом на глазу, портит но не просто окружающий вид, но саму ауру пляжа, и с новыми силами взылся за документы.. Луна еще не поднялась над горизонтом, как искомое свидетельство, подписанное тремя королями, было найдено. -- Ну вот, -- радостно сказал попутчик. -- Теперь мы с вами, господин Гискар, поговорим предметно! -- Да что он тебе сделал, этот нелепый дядька в черном? -- спросил внутренний голос. За годы путешествий с Витусом попутчик изрядно отвык от его звучания, потому непроизвольно вздрогнул. Оглянулся. Убедился, что все его гуси спокойно пасутся на своих местах, значит это пока не шизофрения. -- Вернулся, -- констатировал он. -- А то. Надо же воспользоваться, что твоего кота в кои -то веки нет рядом. Скажи честно, ты его завел специально, чтобы меня не слушать? -- Идиот, - ругнулся попутчик. -- Друзей не заводят. Они приходят сами. -- Ну-ну, - нагло ухмыльнулся голос. -- Ты мне будешь рассказывать про дружбу! -- Заткнись! -- попросил попутчик. -- Нет, ты ответь мне, чего ты привязался к нелепому дядьке? Ему просто захотелось немного радости. как твой кот говорил? "Он может почуял хорошее настроение, счастье и радость - вот и пришел." -- Да оставь ты в покое моего кота! -- рассердился попутчик. -- Ведешь себя как ревнивая жена - с этим не разговаривай, с этим не дружи, с этим не воюй. -- А ты не воюй! -- внутренний голос тоже разозлился, и аж зазвенел. -- Ты же сам понимаешь, ему захотелось не просто радости, а чужой радости. А это таки две большие разницы - когда ты делишься хорошим настроением и радостью, и когда их у тебя воруют. -- ну так отдай сам! Помнишь, чему мама учила? "Все отдал - богаче стал, что оставил -потерял" -- Ох, да отвяжись, а? -- попросил попутчик. -- А то петь начну. -- Слушай, а давай тихонечко, а?-- оживился внутрений голос. -- Мою любимую, а? Ты поди ее забыл, за столько-то лет.. -- Да все я помню. Попутчик взял в руки гитару, и Елена, тихонько пробиравшаяся к себе мимо кабинета, с удивлением услышала, как попутчик сам с собой поет на два голоса.

мой король, я устал от бессмысленных споров, и от ваших ошибок, которых не счесть. Вы давали три дня - это много для сборов. Я с собой забираю лишь шпагу и честь.

Мой король, я был с вами в лихую годину, Я сражался за вас, я за вас убивал. И за то, что сегодня вас тихо покину, вы простите, но я - боевой генерал.

Мой король, ваше солнце сегодня в зените, ваши дамы прекрасны и слуги верны. Потому вы меня безусловно простите за уход и за глупое чувство вины.

На дворцовых паркетах солдату не место, среди шумных балов я навеки чужой. Мой король, я всегда поступал с вами честно, И прошу вас быть честным сегодня со мной.

Этих строчек никто никогда не увидит, сам я буду молчать и в полночном бреду. Мой король, если кто-то вас завтра обидит, позовите, и я непременно приду!

Время: ночное бессонное

День прошел совершенно бестолково. Мысли крутились по кругу, как заезженная пластинка и расползались как дымок сигареты. Положительно, так больше нельзя! Я посмотрел на пистолет. Доннер-веттер . Надоело! С меня хватит. Пусть местные сколько угодно называют это пистолетом. Револьвер он есть револьвер. Пункт .

Не спится. Что ж, беспокойство по поводу бессонницы намного более вредно чем сама бессонница. Пройдусь, я все же здешний охранник. Вот и буду охранять, посреди ночи.

Подходя к комнате Люксории я услышал голоса. Вот ведь ветреная девушка. Впрочем, мы не в армии, не запрещено. Хм, скандалят. Уже уходя разговор на повышенных перешел в шум погрома. А если это все же любовник? Ну и что, я же охранник, мне можно. А для оправдания достал револьвер.

Когда я вломился в комнату, то застал потрясающую сцену. Люксория в одной ночной рубашке. Короткой ночной рубашке. Настолько короткой, что я не сразу обратил внимание на второго человека. Им оказался какой-то мужчина в черном и красном. А судя по тому как они стояли, дело действительно было швах .

- Руки вверх!, - закричал я. Вместо того, чтобы остановится и выяснить что происходит это тип дернулся в сторону. "Бах", отозвался револьвер. Точно в середину спины. Тело выбило окно и упало на песок. Раздалось несколько прочувствованых проклятий и топот удаляющихся шагов.

- Да, гномы хорошо устроились, - заметил я. Видимо Люксория совершенно не ожидала этого замечания. Набранный для вопля воздух был израсходован на удивленное, но почти спокойное: - При чем здесь гномы? - В начале они производят револьверы, а потом кирасы, для защиты от пуль. Так можно сделать несколько раз, заставляя покупать все более мощное оружие и прочную броню. Хорошо устроились. - Курт, это была не кираса, это был вампир. - Да? Хорошо. Значит я завтра сделаю немного патронов с серебрянными пулями.

Время: нервотрепное настоящее

Похоже, у Люксории была истерика. От чего она выглядела еще лучше. Глаза блестят, щеки по розовели, движения порывистые. Вот теперь я наконец понял людей истерящих просто так. И халатик этот. Так, пока я не потерял способность связно мыслить пора уходить.

Я нашел взглядом шефа. После того, как я посмотрел ему в глаза, он обратил на меня внимание. Я кивнул головой в сторону выхода и вышел сам. Шеф вышел за мной.

- Шеф, мне нужна дополнительная информация. Первое, что это за тип такой – Маурисио? Второе, вампир - это ее истерика или настоящий? Третье, если вампир настоящий - какое оптимальное средство борьбы с ним. Как на них действуют серебряные пули? И последнее по порядку, но не по важности. Объясните ей, что ношение полупрозрачных ночнушек и коротких халатиков опасно для окружающих. Я как ее увидел едва не пропустил рывок того типа. В следующий раз мне может так не повезти.

По конторе расхаживал постронний, появившись из комнаты Фаэль. То что он не клиент можно было сразу заметить по тому, что он вместо того, чтобы сформулировать предложение и направится к шефам застрял возле Люксории. И кто придумал эту вежливость, а? Впрочем, пришел шеф и всех построил. Так, надо как-то их различать, младший партнер ? Но я не партнер, не годится. Сегодня уточню у него. А теперь моя очередь всех строить.

- Доброе утро. Никто не видел пса? Если появится - скажите мне. И, пожалуйста, не кормите его, вы мне воспитательный процесс срываете. Вчера его кто-то накормил просто так и пес решил, что так и дальше будет. Непорядок.

Эльф, Люксория и Фаэль наконец обратили на меня внимание. Так, что тут у нас? Люксория - нуль. Фаэль - прячет глаза, значит это она вчера пса накормила. Эльф - недоумевает. Взаимно.

Я развернулся и ушел в свой любимый угол. Там меня уже ждал маленький столик, на котором я пытался наличествующими инструментами сделать патроны с серебряными пулями. Пока получалось плохо. Да, это не экспансивную выемку вырезать.

Доннер-веттер , монеты на пули переводить - дорого. Надо думать куда девать 120 кварт лампового масла. Одна доставка чего стоила, хорошо хоть купил за половину цены. Кому бы перепродать?

Фаэль все думала - какой папа умный. Вот вроде никого и не обидел, а все сразу поняли, кто тут начальник. Поначалу, когда он ранул из кабинета, она даже испугалась..

-- Правило первое - начальник всегда прав. А начальник здесь я, - сказал попутчик. Эльф внимательно окинул взглядом шефа и ласково улыбнулся. -- Как скажешь, дорогой. -- Правило второе, -- сурово продолжал попутчик. -- не пакостить на работе. Служащие Конторы - моя семья. И не дай бог, увижу хоть слезинку из-за тебя. Эльф переглянулся с Люксорией и кивнул. Правило третье.. Я его потом придумаю, -- строго сказал попутчик. -- И смотри у меня.

Он ушел, а Люкси переглянулась серьезно с эльфом, и оба так похоже улыбнулись. Потом еще Курт пришел. тоже выговор сделал. Подумаешь, собачку покормила. А он вон сидит в углу, сердито глазами сверкает. Вредный он, Курт.

Шумное место, этот водопад. Можно легко не услышать что-то важное. Если бы не пара привидений, мне пришлось бы таскать Люксорию с собой по кустам.

Словосочетание "осмотр места преступления" вызывало у меня привычную неприязнь. Даже, несмотря на то, что в этот раз я был на другой стороне баррикад.

Еще раз прокрутил в памяти порядок действий полицейских: - поиск следов вообще, - выделение следов пребывания человека, втч. следов борьбы и крови, - поиск предметов.

Следов уже давно нет. Стоптаная трава выросла по новой, свежесломаные ветки отсохли, и их никак не отличишь от старых. Кровь смыта дождями. Остается поиск предметов, возможно забытых злоумышленниками, достаточно информативных спустя такое время и не унесенных другими людьми. Шансы стремятся к нулю, но порядок есть порядок.

В водопаде ничего нет. Вблизи водопада тоже не наблюдается, почему я и продираюсь через кусты. Так, что это у нас тут? Ага, тряпка. И что? И все. Возвращаюсь к водопаду.

- Я тут в кустах нашел какую-то тряпку. Ничего не напоминает? - Мантию мага дона Маурисио, - мрачно ответила Люксория. - К сожалению, это все. Возвращаемся.

Люкси сидела в своем любимом шезлонге и потягивала через соломинку свой любимый вишневый сок из высокого стакана. Эльф сидел рядом и периодически предпринимал попытки завязать разговор, но девушка не слушала. Она серьезно что-то обдумывала и на ее губах время от времени возникала самодовольная усмешка. - Слушай, Хулик, - вдруг сказала она, - не мог бы та помочь мне в одном щекотливом вопросе? Эльф вопросительно поднял бровь. - Понимаешь… - Люкси замялась. Она никак не могла подобрать подходящих слов, чтобы и Хулик ее понял, и на сейф не сослали… - Не мог бы ты… как бы это сказать… Можешь сделать вид, что ты влюблен в Курта? - Но он совершенно не в моем вкусе, - возмутился Хоулиан. – Что обо мне остальные подумают? - Ничего не подумают! – возразила Люкси. – Эльфы - существа загадочные. И мотивов ваших поступков никто не разберет. Ну тебе что, трудно? Я же не подговариваю тебя на всякую непотребщину! Просто повздыхай томно, сидя в сторонке, как на Элмара смотрел с забора. Заставь Курта понервничать немного. Ну очень надо! Больше я ничего не прошу… Ты же сам видел, как он ко мне относится. Нужно его за это проучить! - Ну ладно, - согласился эльф. – Но только ради тебя! Этот ваш Курт совершенно не мой тип, но я постараюсь… Люкси довольно улыбнулась. Теперь Курт поплатится за то, как себя с ней вел!

Зайдя в контору, Люкси первым делом решила проверить, где находится объект ее мести. В приемной Курта не было. На кухне тоже. «Странно! Может, он к шефу зачем-то зашел?» - Люкси решительно толкнула дверь в кабинет и замерла, как вкопанная. В кабинете кто-то был! Кто-то чужой! Маленькая темная фигурка копошилась возле сейфа, пытаясь открыть кодовый замок. Ага! Можно подумать, что это так просто! Шеф собственноручно запер шкатулку, а комбинацию никому не сказал. Так что, можно возиться до второго пришествия – замок супернадежный. Особенно, когда заперт. - Стоять! - крикнула Люкси, - Руки на капот! Ноги на ширине плеч! «Чего это я? – мелькнула запоздалая мысль. – Пора завязывать смотреть на ночь детективные сериалы. Лучше снова начать читать Панкееву…» Человечек обернулся. На его лице тоже читалось немалое удивление. Видимо, так его еще не встречали. Вслед за удивлением появилось узнавание, затем испуг и маленький маг дона Маурисьо растаял в облачке телепорта. «Так! Что-то происходит, а я, как всегда, не в курсе! Сначала дон Маурисьо, затем клок мантии его мага на водопаде, а теперь и сам маг собственной персоной… И ему, похоже, нужна шкатулка…» - Эй, народ! – позвала Люкси. – А что я знаю!

Время: раздраженное, как натертая мозоль

Я вбежал в кабинет шефов как раз чтобы успеть услышать, что нас пытались обчистить. Точнее, пытался фигурант старого дела, подручный маг вампира Маурисио. Доннер-веттер! Вампиры, маги – с этим надо что-то делать. Все эти сверхъестественные сущности так и напрашиваются на 150 гранов серебра между глаз, и в этот раз уже есть чем. Проблема в средствах обнаружения, не могу же я все время сейф караулить? О! У нас же есть Ханаэль - специалист по всяческой химии.

- Ханаэль, нужно обсудить возможность изготовления легкоразбрызгивающегося красящего люминесцентного состава с ярковыраженым запахом. В качестве прототипа можно рассматривать составы на основе пикриновой кислоты, но необходимо что-то более устойчивое и менее мощное, с упором на красящий, а не взрывной эффект. Водой смываться не должно, только специальным растворителем. Я вспомнил о том, что Люксория не может не вляпаться в неприятности. - Крайне желательно, чтобы после растворителя исходный цвет или покраска не страдали. А лучше сразу пусть выцветает и теряет запах. Конечно, если вам не сложно. - Да, я подумаю, - сказала она и ушла на кухню. Слова "если не сложно" явно были лишними. В глазах Ханаэль горел фанатизм исследователя. Мысль о возможном полном разрушении конторы испортила мне настроение.

Усугубляя мое раздражение по конторе бесцельно шлялся эльф. При этом он на меня еще и пялился. Самое время для упражнений в спокойствии, а ничто не требует такой отрешенности от происходящего, как целевая стрельба. Когда стреляешь, в мире есть только две вещи: спокойствие и мишень. Как жаль, что нельза стрелять целый день.

Отстреляв тридцать патронов я понял, что немного успокоился. Если никто не кормил пса, то сейчас самое время заняться его воспитанием. Эльф постоянно на меня пялился.

Сегодня я приучал пса к тому, что я для него не опасен. Дело шло туго, ну почему? Я же видел, что пес голоден и что он совершенно спокойно гулял с Фаэль. Обычно собаки намного осторожнее относятся к детям. Дети могут захотеть поиграть, и тогда никому мало не покажется. Взрослые же обычно на собак внимания не обращают, а если пес делает что-то плохое, то первым действием взрослые кричат, предупреждая о будущих неприятностях. Так почему же пес меня сразу боится? Ладно, это ничего не меняет. Нам все равно был нужен пес, а теперь еще больше, в крайнем случае, придется просить Фаэль, раз пес ее не боится. Эльф постоянно на меня пялился.

Наконец дела закончены, и я могу заняться собой. С моей работой тренажерный зал крайне необходим. Зашел, переоделся, на всякий случай сунул кобуру с револьвером в полотенце и взял с собой. Сегодня буду делать упражнения на выносливость, сказал я себе и вошел в зал.

Буквально через двадцать секунд эльф уже сидел на подоконнике и рассматривал меня. Совершенно невозможно сконцентрироваться на упражнении. Я встал и подошел к нему. - Прошу прощения, мы не представлены. Я Курт. - Хоулиан, - ответил эльф. - Очень рад. А теперь вопрос. Почему вы постоянно на меня пялитесь? - Ты мне нравишься. - Ну и что? - Ты мне как мужчина нравишься. ЧТО?! Я похож на Оскара Уайльда?! Я подавился ответной репликой.

Ладно, вот и появилась возможность опробовать новые пули. Я не спеша пошел назад, достал револьвер, поставил на боевой взвод. Интересно, догадается ли он выпрыгнуть в окно. Догадливый эльф попался, только чушь какую-то несет. - А расколдует тебя поцелуем та, которая сильно не любит.

Знакомо-но-неприятно-пахнет. Есть хочу. Нюх-нюх-нюх. Едой не пахнет. Вижу свет, мне туда. Дошел - яркое-сверху, сухой-сыпучий. Здесь было мохнатое-двуногое. Едой не пахнет. Пчхи!

Топает большое, бегу. Дырка. Сумрачно, нюх-нюх-нюх, едой не пахнет. Сухо, длинных-влажных-вкусных нет. Сухо, уютно - спать. Сухих-тонких-хрустящих-уютных нет, есть хочу.

Нюх-нюх-нюх, небольшое-мохнатое-с-пастью ! Свернулся. Меня толкает, шумит. Опять шумит. Ткнулось, шумит по-другому, ушло. Есть хочу.

Пахнет едой. Круглое твердое пахнет едой. Толкнул - шумит. Свернулся. Не движется и не шумит. Пахнет едой. Толкнул, незнакомая еда лежит отдельно. Вкусно.

Подошло небольшое-мохнатое-с-пастью, шумит, ткнулось - отошло. Вкусно. Небольшое-мохнатое-с-пастью шумит, ткнулось - отошло. Еды нет. Небольшое-мохнатое-с-пастью шумит по-другому.

Иду по сухому-сыпучему. Нюх-нюх-нюх. Сухие-тонкие-хрустящие. Уже на колючках. Иду в убежище. Стряхиваю. Сухие-тонкие-хрустящие. Уже на колючках. Иду в убежище. Стряхиваю. Сухие-тонкие-хрустящие. Уже на колючках. Иду в убежище. Стряхиваю. Сворачиваюсь. Спать.

Яркое-сверху нет, темно. Нюх-нюх-нюх, есть хочу. Преграда, преграда, преграда - дырка. Знакомо пахнет. Интересно .

Иду, иду, иду. Шум . Свернулся. Двуногие, много. Знакомо пахнет. Фыр! Клац! Клац! Тащит, страшно !

Еда! Знакомый запах. Интересно. Двуногие шумят.

Знакомый шум, страшно! Очень быстро бегу. Высоко. Двуногие внизу. Ушли. Упал, больно.

Нюх-нюх-нюх. Иду, знакомая дырка, светло, иду, тень. Стою.

Знакомый шум: "Курт" и опять шум. "Курт" это оказывается я!

Что это? Похоже "Фаэль". Она меньше остальных. Узнаю еще одну фразу: - Кто тебя заколдовал и за что? Я сказал бы , но говорить не могу. Не надо меня есть! Испугала, сильно. Зачем? Зато вспомнил, что люди ежей сырыми не едят. обычно. Теперь меня пробует "Ханаэль". Ничего не понимаю.

И что со мной делают? Замотали, зачем-то. Нюх-нюх-нюх. "Алька"! А она меня зачем пробует? Ничего не понимаю.

Много двуногих, шумят. "Люксория" шумит сильнее всех. И опять шумят и носят меня туда-сюда, туда-сюда и шумят. Не трясите меня так, меня тошнит.

"Люксория" меня пробует.

Время: злое настоящее.

Очнулся я на кровати в комнате у Люксории. Там была она сама, шеф и Фаэль, которая в начале прыгнула на Люксорию, потом повисла на мне.

Что я тут делаю? Вспомнил! Все вспомнил! Самое время взять паузу для приведения мыслей в порядок. - Прошу прощения за причиненные неприятности. Люксория, спасибо, сочтемся. Шеф, сейчас со мной все в порядке, доклад если можно - утром. Фаэль, полегче, я тоже тебе рад, но сейчас ночь, я спать хочу, если тебе будет интересно - расскажу все завта, хорошо?

Курт быстро вышел из комнаты, удивленная Фаэль застыла на месте, а в глазах Люксории стыла ТАКАЯ обида…

-- Люкси, не переживай, я похлопал ее по полечу и улыбнулся, -- мужчины со своими эмоциями предпочитают разбираться тет-а- тет. -- Шеф, -- моя секретарша аж задыхалась от обиды, -- я его поцеловала! А он сказал: «сочтемся». -- Девочка моя. Добро надо творить бег оглядки на последующую благодарность. – я усмехнулся, увидев, как загорелись недобрым блеском глаза Люксориии. Ничего, пусть лучше обижается на меня. Я как-нибудь переживу, не привыкать. А вот для Курта на сегодня эмоциональных потрясений точно хватит… Надо будет потом узнать -каково это стать бессловесной зверюшкой…-- Ты же не ждала, что он упадет наколени и начнет петь тебе Осанну? -- Но по-человечески-то сказать спасибо он мог! -- Люксория, но он же еще почти ежик! -- серьезно сказала Фаэль. Мы втроем переглянулись и расхохотались. Прервал нас стук в дверь. Фаэль кинулась открывать, и отскочила в ужасе. К нам на порог упал совершенно незнакомый измученный седой человек. На руках – обрывки веревки, явно был связан, его где-то держали… Я отодвинул дочь в сторону и присел над гостем. За моей спиной столпился весь личный состав… Давненько к нам никто не вваливался среди ночи… Совершенно бело лицо, тяжелое дыхание, кожа холодная… Явно в обмороке… -- Мдя… чем дальше, тем страньше и страшнее… Кто-нибудь знает, кто это такой и что ему тут надо?

Время: настоящее продолжительное

Я спустился в холл и увидел там наших сотрудников и какого-то постороннего человека. Ему явно было нехорошо. Все шумели и суетились. Я подошел к шефу. Надо будет уточнить как к нему правильно обращаться. В другой раз. - Шеф, я нужен? Если нет, то с вашего позволения я буду у себя в комнате. Шеф ответить не успел.

В дверях нарисовался какой-то господин восточной наружности и всех построил. Мужчину погрузили на носилки и унесли. После чего наш гость пошел в кабинет шефов. Я пошел за ним, на всякий случай натянув свое лучшее покерное лицо.

- Ну что, пойдем к Наргину? Люкси скривилась, как от кислого. - Что-то мне не хочется к этому некроманту. Может, сперва шефам доложимся? - А чем тебе не нравится мэтр? - удивилась Фаэль. - Такой милый старичок, мухи не обидит, а уж нас тем более. - Фаэль, он некромант, а некромант обидит не только муху, да хоть слона, если это будет нужно - поучительно сказала Люксория - Да брось, он же не практикует, да и зачем ему нас обижать? Зато информации будет больше, а то сейчас мы знаем только то, что Наргин смотрел на кольцо. А может он и правда просто так смотрел? Надо же проверить! Вот тут Люкси не могла не признать правоту подруги. Действительно, являться с задания к шефам надо с информацией, а не с подозрениями. И девушки отправились к мэтру Наргину.

Мэтр был дома, и радушно приветствовал старых знакомых. - Проходите, проходите! Ну как там ваши привидения? Не беспокоят? - Да нет, вроде оставили нас в покое - улыбнулась Фаэль. - За зеркало спасибо, тот призрак нашел себе даму и теперь они живут за водопадом, представляете! - бывает, бывает.. - рассеянно отозвался старик. - Мэтр Наргин - сказала Люксория, которой поднадоели эти словесные книксены, - мы к вам по делу. - да? и по какому же? - Вы были на королевском балу? - почти утвердительно спросила Люкси - Да - отозвался мэтр немного напряженно - Вы помните графа Лексуса, паладина? - Да всех паладинов разве упомнишь - принужденно рассмеялся мэтр - И все же. У него на пальце было кольцо, которое по рассказам очевидцев вас заинтересовало. С черепушками. На лице мэтра застыла неестественная улыбка - Что-то припоминаю, - наконец нашелся он - Что именно вас заинтересовало? Вы видели его раньше? - Нет, не видел. Я же в прошлом некромант, как вам известно, а на нем такая символика. Обеим девушкам было предельно ясно, что почтенный мэтр врет. Кольцо он видел раньше, но признать это не хочет. Интересно, почему. - Благодарю вас, мэтр, всего хорошего, - сказала Люкси и потащила Фаэль к выходу. - Люкси, - несмело начала та, но Люкси на нее шикнула, и Фаэль поспешно замолчала, и молчала все время, что они шли по этим бесконечным коридорам некромантского дома. Оказавшись на улице, Фаэль снова пристала: - Люкси, почему мы ушли? Он ведь знает! - Потому и ушли. Он знает, но нам не скажет. Давай-ка зайдем вон в то кафе - она кивнула в небольшое заведение напротив. Фаэль не возражала. Люкси блестяще выбрала стратегическую позицию за столиком, с которого прекрасно был виден подъезд дома Наргина, но не видно снаружи их самих, и подозвала официанта. - Два кофе со взбитыми сливками пожалуйста Официант пулей исполнил заказ и уставился на Люкси. Секретарша смерила его взглядом, от чего он густо покраснел - Вы можете быть свободны. Если понадобится, я вас позову. Пунцовый официант удалился. Девушки весело болтали, попивая кофе, когда дверь дома напротив открылась. - А вот и мэтр. Так и думала. Идем.

Теплая компания у дома внука мэтра Наргина встретила нас испуганными и настороженными взглядами. и застывшим Куртом. -- И почему я не удивлен, -- очень спокойно сказал Витус и укоризненно посмотрел на меня. -- Твоя школа. Он поторогал руки курта и успокоенно сказал - три часа, и отойдет. Временная ловушка.

-- Ага, я специально твое отсутствие обучаю их в нарушать свои прямые указания, -- вяло огрызнулся попутчик. -- Мне кто-нибудь объяснит, что вы все тут делаете?

Личный состав потупил глаза и сделал вид ангелов. Причем виноватыми себя почувствовали все, включая пса. Только наивная Алька, незнакомая с шоу "попутчик в гневе", честно глядя мне в глаза, начала объяснять -- Это все наша вонючая гадость - она так ясно пахнет, что мы даже без пса могли пойти по следу, правда, Хани? а Люксория с Фаэль просто гуляли возле дома мэтра Наргина, а он сюда бежит. Ну, и они за ним тоже.. --Ну, привычка у них такая, -- с невинным выражением морды добавил Витус. -- как увидят бегущего по улице магистра некромантии, так тут же пристраиваются следом. Кто бежит? Все бегут. -- Ну, что вы, Босс, -- укоризненно посмотрела на него Люксория. -- Мы же хотели, как лучше. -- А уж что поучилось, то получилось, -- кивнул сам себе попутчик. -- Ну, и что будем делать. -- Пойдем знакомиться, -- решительно сказал Витус и подошел к двери.

В этот момент маленький маг поднял глаза и тихо улыбнулся.

-Вы что думаете, он сбежит? - в первый раз в жизни заговорил он в присутствии обитателей Конторы. И все поняли, почему он молчал - у него был довольно тонкий и неприятный голос, практически режущий уши.

-Если я захочу, он вернется. Теперь не он командует мною, а я - им, - в каком-то детском запале чуть не выкрикнул он, заставив мэтра Наргина насупиться и одними губами пробормотать что-то вроде "лучше бы помолчал".

-Нет, отчего же, - возразил Витус. - Пусть говорит. Хотя может даже и помолчать, уважить седины дедушки. Поскольку и мы можем кое-то рассказать.

-Эх, - вздохнул Витус. - Невнимательно ваш внук читал ваши труды, мэтр Наргин! Не знает он, что некромантия - это не жизнь, это просто подчинение мертвого тела. Но, оживив Маурисьо, вы, молодой человек снова нарушили закон, превратившись в практикующего некроманта. Кстати, вы и под колпак Флавиусу попали не только как верный слуга мистралийского негодяя, но и в этом качестве, на вас даже досье есть. -Какой он некромант?! - возмутился старик. - Формально, да. Этого шантажиста он оживил, но разве хоть кого-то еще ему удалось сделать нормально? Следующий вампир оказался какой-то недоделанный, а мумия. Да и остальные "чудеса" к некромантии относятся слабо!

Внук насупился. По-видимому, слова дедушки задели его за живое. -Ну и что! - закричал он. - Вот если бы я достал. -Кольцо, - закончил за него попутчик. - Вы решили, что какое-то некромантское кольцо вам поможет. -Не "какое-то" - возмущенно закричал маг, - а самое настоящее. Это явный некромантский артефакт, даже дедушка заметил.

-Эх-эх, - опять вздохнул Витус. - Сколько забот из-за какой-то ерунды. Лучше бы ваш внук в детстве завел нового пса, а лучше всего - кота.

Пес недоуменно посмотрел на Босса, и внезапно взвыл.

-Мы, похоже, не одни, - пробормотал попутчик.

Мэтр Наргин сразу побледнел, а его внук только вскинул голову. Парень думал, наверное, думал, что это выглядит очень гордо, однако закушенная нижняя губа и какие-то подозрительные капли в глазах свидетельствовали, что это - всего лишь мальчишеский гонор, скрывающий за собой настоящий страх.

Попутчик слегка нахмурился и подошел к Флавиусу. -Ты следил за нами? - тихо произнес он. -Скажем так, приглядывал, чтобы с вами ничего не случилось, - невозмутимо ответил начальник Департамента. - Будет жалко вас потерять. Да и показательный процесс хоть над одним некромантом провести необходимо, а то эта публика вконец распоясалась.

-Отыгрываешься на ребенке, - негромко произнес со своего места Витус. -Тааак, - чуть повысил голос Флавиус. - Приступим.

Комнату тут же наполнили сотрудники Департамента, девушек оттеснили в сторону и, не давая опомниться, принялись расспрашивать о чудесах на пляже. Юному магу быстро надели полиарговые наручники и вывели под руки. -А где же у нас этот мистралийский поверенный, дон Маурисьо, по имеющимся данным являющийся вампиром? - негромко произнес начальник Департамента. -Вампиром? - встрепенулся мэтр Наргин. - А не было никакого вампира! И никакого Маурисьо! И вообще, вы моего внука обвиняете напрасно! И старик бросился к Витусу -Мэтр, вы же АдвокОт, я вас прошу, защитите мальчика, помогите ему. - на лице мэтра было написано такое горе, что в первую минуту никто не удивился, когда Витус промурлыкал одно короткое слово: -Да!

Вса закончилось, все вернулись в Контору, однако Попутчик никак не мог успокоиться. Переволновавшись за эти дни, теперь, когда неприятности подходили к концу, он недоумевал, зачем напарник взялся за защиту того, кого они с таким упорством пытались остановить, вычислить и посадить. Этот вопрос нужно было прояснить. Попутчик вошел в кабинет и обомлел – Витус устроился за столом, обложившись книгами – многотомными сводами законов и уголовными кодексами Ортана (изрядно пополнившихся за годы правления последнего монарха). Рядом валялись старые университетские конспекты по уголовному праву. Услышав звук шагов, кот от усталости с трудом приподнял голову. Компаньоны переглянулись.

-Зачем ты за это взялся? – тихо спросил Попутчик. -Как говорил в подобной ситуации Шеллар III, «я должен», - грустно улыбнулся кот. – А вообще-то… Просто захотелось доказать, на что я способен. Ведь не зря же я стал АдвокОтом. Поэтому мое дело – защищать людей, и пока я могу это сделать – я буду делать. Пусть некоторые в меня не верят… -Я в тебя верю, - спокойно произнес Попутчик.- И все мы. Мы тебя давно знаем, и хорошо знаем, на что ты способен. Витус поблагодарил его одним взглядом и уткнулся в книги. Попутчик спокойно сидел и ждал, пока Кот не оторвется от фолианта и на его лице не появится все та же улыбка, которой отличались все потомки Чеширского кота. И дождался - Витус улыбнулся, внимательно посмотрел на компаньона и добавил: -И, кроме того, адвокатская мантия так же удобна, как и плащ Фаэль. Под ней не видно, что я – зеленый….

Компаньоны рассмеялись, и, казалось, даже в спертом воздухе кабинета что-то изменилось. -Кстати, - прежним спокойным голосом заговорил Витус. – Присмотри за порядком, пока я занят. С дочкой ты справишься сам, а с Люкси не справится вообще никто, но остальных немного сдержи. Пусть слишком не распространяются в показаниях. Не врут, но и не отвечают больше, чем их спрашивают. Если в чем-то не уверены, пусть не говорят вообще. Да, Крайслера с кольцом лучше не втягивать, пока Флавиус о нем не знает, все-таки тоже наш клиент, хотя и поневоле. И у следствия мотивов меньше. Да, и Курта поберегите – а то у парня психика не выдержит, пережить два заклинания за такой короткий промежуток времени. А вообще, насколько я знаю, обычно процессы над некромантами проводят по шаблону – заберут остатки вампира и мумии, не вдаваясь в подробности….

Витус еще долго что-то говорил, а Попутчик внимательно его слушал, однако оба на самом деле думали об одном. О том, сколько они пережили вместе, и сколько еще предстоит пережить….

Первым делом Елена выяснила, что случилось с КУртом и отправила Хани за чем- нибудь, что восстановит Курту силы. За Хани, на лице которой явно отразилось облегчение, от того, что наконец стало понятно, ЧТО делать, ускакала и Алька. Через холл пробрела опустив голову Фаэль, Елена посмотрела ей в след но расспрашивать не стала, а зашипела на Люкси , единственную оставшуюся не у дел, что бы шла варить кофе. Люкси оскорблено вскинула голову, но все равно рядом ни кого не было и демонстрировать обиду то же было некому, Елене то все равно и пошла на кухню. На диване лежал Курт и недовольно смотрел на Елену. Взобравшись на диван и пробежав по Курту, как по полу, Елена уселась у него на груди уперев руки в бока и став ну очень похожей на бабушку Курта. --Ну и гер Каменный гость? Чего смотрим волком? Что в столб тебя превратили и перед девчонками тебе не удобно?! Ой мы ж герой, мы ж непогрешимы, а что ты на себя удар принял это плевать?! Мага то у вас не было и все равно кому-то там стоять . знаешь дорогой ты уже не в Испании и пора становиться помягше, но это ж над собой надо поработать а тебе то и лень! Ну да ладно махнула лапой крыса , тобой мы займемся потом ,а сейчас к Фаэль надо пойти и Елена ушла оставив охреневшего Курта соображать, а откуда местная крыса знает про Испанию и Каменного гостя?Задумавшись об этом, он не заметил как заснул и пропустил шествие с тортами.

Я проснулся, от того что спал одетым все тело затекло. Рядом благоухал поднос со всякой вкуснятиной. Похоже именно этот запах меня и разбудил. А ведь вкусно пахнет. Но в начале зарядка.

Двадцать минут интенсивных упоражнений разогнали остатки сна и онемения. Я умылся и наконец смог отдать должное великолепному завтраку. Надо будет поблагодарить. скорее всего Ханаэль, она у нас кухней заведует. После завтрака я взал поднос и пошел на кухню.

- Доброе утро, Люксория, - сказал я и прошел дальше, на кухню.

- Доброе утро, Ханаэль, спасибо за очень вкусный завтрак - скзал я и улыбнулся. - Можно я это поставлю в мойку? - Доброе утро, Курт, незачто, мне нравится готовить и конечно ставь. Как настроение? - Нормально, - мне вспомнился опять вчерашний день, не самый лучший день моей жизни. Ладно, это мои проблемы, так что где там улыбка Чженя? И не разберешь что я на самом деле думаю. Очень полезная вещь. - Ты уверен? А может тебе чего-то общеукрепляющего или там для поднятия настроения? - с улыбкой уточнила Ханаэль. Ага, сейчас будет ставить на мне эксперименты. - Нет-нет, все в полном порядке, большое спасибо, я пошел, -сказал я и пулей вылетел из кухни.

Теперь меня ждет уборка у комнате, ремонт, чистка оружия и несколько неприятных разговоров.

В день суда Зал Правосудия был буквально переполнен. Как и предполагал Витус, и следствие, и заседание суда проводилось по шаблону. Сотрудников Конторы допросили вяло, особый упор был сделан на Альку и Люксорию, в основном общавшихся с Керром, мумией и Маурисьо. Правда, прокурор то и дело окидывал взглядом глубокое декольте на платье Люкси, поэтому ее допрос прошел несколько скомкано. Старик-лакей, несколько оправившийся от потери крови, так старался избежать хоть какого-то упоминания о своем хозяине графе Лексусе, что история его похищения толстым вампиром прозвучала как-то недостоверно. Главным аргументом прокурора стал детальный анализ остатков Керра и мумии, проведенный магами Департамента. Это позволило ему разразиться пламенной речью, обличающей коварного злодея-некроманта, с точным перечислением всех пунктов закона, и с видом победителя плюхнуться на свою скамью.

-Ну что же, слово предоставляется защите! – усталый толстый судья с неудовольствием посмотрел на АдвокОта. В то время как прокурор даже не попытался снять с лица неуместную злорадную улыбку, поскольку, как подсказывал ему многолетний опыт, защиту в деле о некромантии выиграть невозможно.

Витус поднялся со своего места, подмигнул подавленному подсудимому, оправил мантию и начал свою речь. Он говорил долго и самозабвенно. («Явная школа короля Шеллара в изложении Мориса» - пришло на ум Попутчику.) Сперва АдвокОт оспорил подпункт «вэй» пункта 27 Закона о некромантии на основании его противоречия пункту 33, и убедительно доказывал, что он распространяется сугубо на частные случаи, связанные сугубо с поднятием зомби в корыстных целях. Подпункт «ар» пункта 14 вообще был отвергнут на основании того, что его применение было ограничено специальным определением Верховного Судьи, связанным с использованием некромантии в политическом противостоянии. Не было забыто и принуждение его подзащитного, подписанный им и предъявленный суду кабальный договор, свидетельствующий о том, что вину за действия Наргина-младшего должен нести коварный дон Маурисьо. В этот момент Люксория ясно представила, что если бы люди Флавиуса нашли дона Маурисьо, то с легкостью бы узнали, что роли в этом замечательном тандеме давно уже поменялись. И искренне пожелала, чтобы этот поганый сморчок подавился осиновым колом, чесноком и серебряными пулями одновременно и больше не возвращался.

И, наконец, Витус перешел к главной части своей речи. -Следует также отметить, что беспокоящие нашу Контору духи и странные явления к традиционной некромантии в соответствии с законодательством не относятся. Бегство дона Маурисьо не позволяет делать окончательные выводы о его природе. Что же касается останков вампира и мумии, то прошу принять во внимание, что господам магам Департамента Безопасности так и не удалось обнаружить доказательств минимальной стабильности данных существ, они буквально рассыпались от каких-то мелочей. Что позволяет мне сделать альтернативное предположение, что все явления, наблюдавшиеся на Пляже, имеют, скорее, природу иллюзии…

-Ничего себе иллюзия, - не выдержав, закричал со своего места прокурор. – Да маги Департамента готовы предоставить вам экспертное заключение…

-А что, - удивился Витус, – среди ваших магов есть некроманты? Ведь для того, чтобы выступить экспертом по какой-либо проблеме, ему нужно быть официально признанным в таком качестве? Поэтому любая экспертиза магов Департамента должна быть отвергнута судом как дилетантская.

-А вы, со своей стороны, готовы предоставить такого эксперта? - заинтересованно спросил судья. – Причем, как вы понимаете, мэтра Наргина-старшего я в качестве эксперта не приму из-за его родственных связей с подсудимым, а других официальных некромантов в стране нет.

-Может быть, суд позволит мне провести экспертизу? - медленно произнес хорошо поставленный женский голос. И из толпы, которая, казалось, раздвигалась от одного взгляда вошедшей, появилась стройная и в высшей степени элегантная дама.

Мэтресса Морриган, первый придворный маг Лондры.

Как выяснилось, мэтресса Морриган обладала талантом произносить ничего не значащие речи ничуть не меньшим, чем Витус или Морис. Поэтому, подхватив эстафету у АдвокОта, она сумела утопить прокурора и судью в бурном потоке абсолютно ненужной информации. В итоге, диффузия астральных тел и проекция чакровидных отростков заставили судью слегка поморщиться, а вот дельтоплазматические отклонения от субфебрильной конгломерации привели в полное замешательство. Хотя вывод об относительно вероятностной иллюзорности происходящего судья (в отличие от прокурора) воспринял более-менее спокойно

Воспользовавшись предоставленной паузой и сумев за это время собраться, Витус приступил к завершающей фазе:

-Господа, я искренне ценю ваше следование букве закона, но давайте обратимся к его духу. Попытки управлять существами после их смерти позволяют некромантам создавать послушных слуг, однако разве это относится к нашему случаю? Разве эти малоконтролируемые выбросы сил могут стать окончательным приговором моему подзащитному? Он уже достаточно наказан своим чувством вины перед горячо любимым дедом и еще понесет заслуженное им наказание. Однако пусть он будет наказан за свои реальные поступки, а не в качестве козла отпущения или примера для других некромантов.

Витус окончил речь и замер.

Внезапно в наступившей тишине раздались негромкие, но явно одобрительные хлопки. Все обернулись. С одного из мест в глубине зала медленно поднялась до боли знакомая двухметровая (с хвостиком) фигура. Верховный судья и, по совместительству, Его Величество король Ортана Шеллар III с достоинством аплодировал АдвокОту. За ним эти аплодисменты подхватил весь зал! Толстый судья тоже верноподданнически приподнялся, а прокурор от огорчения просто упал на скамью….

Обитатели Конторы и просто зеваки сгрудились вокруг Витуса, наперебой поздравляя его со столь замечательным завершением дела. А у маленького мага лицо буквально светилось от неожиданного избавления, выразившееся всего в нескольких словах «Оправдан за недостаточностью улик». И, учитывая позицию короля, апелляция со стороны прокурора вряд ли последует.

-Господа, - через толпу с трудом протолкался мэтр Наргин. – Я так вам благодарен, так благодарен… Старик едва не расплакался, однако при виде подошедшей мэтрессы Морриган как-то приосанился и обратился к ней чуть ли не с поклоном.

-Ну что вы, - остановила его мэтресса. – Я была счастлива помочь внуку такого замечательного человека. Более того, я думаю, что мне стоило бы забрать мальчика с собой. Мэтр, он талантлив и всю жизнь сидеть под вашим крылом не сможет! А в Порт-Альбе он станет моим учеником и научится многому. Правда хочу сразу предупредить, что сладкая жизнь ему не грозит! И свое наказание он понесет. Тем более мой король Элвис II задумал сделать нашу страну - центром образования континента, чтобы стало модным отправлять своих детей учиться именно в Лондру. Так что будем на тебе отрабатывать новые педагогические методики! А это пострашнее некромантии, – негромко добавила она.

Маленький маг, все еще не отправившийся от шока, вызванного столь неожиданно обретенной свободой, только кивнул.

-Мэтресса, - обратился к потомственной некромантке Витус, – скажите, а кто пригласил вас на это слушание?

Мэтресса таинственно улыбнулась, наклонилась к уху АдвокОта и прошептала ему всего несколько слов…

Морис медленно пробирался к выходу, стараясь выскользнуть из Зала Правосудия, не столкнувшись с обитателями Конторы. Однако окружающую его толпу подобные мелочи не интересовали, и возле дверей суда людское море буквально подхватило его, протолкнуло через одну единственную открытую створку и вынесло на лестницу. Прямо на стоящего на ней Попутчика. Оба замерли и долго смотрели друг на друга, в то время как вырвавшийся из дверей народ растекался вокруг них, спеша каждый по своим делам.

-Привет. -Привет. -Давно не заходил к нам. -Да так, все дела. Заканчиваю пьесу… -Молодец, поздравляю. Как котенок? -Растет, шкодник, что ему сделается?… Приду домой, а он мурлычет, ласкается…. Ты знаешь, я хотел тебе сказать…

Однако в этот момент разговор прервался, поскольку какой-то тип, вышедший из зала суда, буквально налетел на Мориса, едва не столкнув его с лестницы. Попутчик хотел было выругаться, но остановился, заметив, что этот тип – это их странный сосед с пляжа. Тот шел, как обычно, тяжело ступая, прихрамывая, опираясь на палку, да еще и втянув голову в плечи, будто старался казаться незаметнее. Пробормотав Морису слова извинения, он поспешил в ближайший переулок.

-Господин Гискар, - попытался окликнуть его Попутчик, но тот даже не обернулся. -Странное у него имя, - заметил Морис. -Почему? – удивился Попутчик. -Потому, - Морис явно обрадовался возможности прочитать новую лекцию вместо того, чтобы обсуждать еще столь больной вопрос, – что «Ги» на мертвом языке семмов означает отец, а вот «Скар» - это уменьшительно-ласкательная форма от неиспользуемого ныне имени… Проехавшая мимо телега заглушила последнее слово Мориса, однако Попутчик его и так понял…

Попутчик медленно шел по пляжу. Сосед стоял на берегу, опираясь на свою трость и задумчиво вглядываясь в причудливый танец волн, как будто стараясь раствориться в музыке их шума…. Попутчик подошел к нему, удостоился понимающего взгляда и замер возле него в молчании. Которое вскоре сам и нарушил…

-Господин Гискар, хотя, впрочем, это же не ваше имя. А как вас на самом деле зовут? -А какое это имеет значение? – обернулся к нему сосед. -Да, как несправедлива судьба! Имена ваших детей известны каждому, а как зовут вас – забыли. Но может, спросим у вашей дочери? Или не будем беспокоить мэтрессу Морриган?

Губы соседа дрогнули, и Попутчик увидел, как он на самом деле стар.

-Какая вам разница, молодой человек, кто я? Разве имя, происхождение и даже внешность исчерпывают суть человека? Разве только по ним можно судить о нем, решать его судьбу, строить с ним отношения… Мне всегда казалась, что важнее всего – душа… -Именно поэтому вы и занялись некромантией? -А-а.. что бы вы понимали. Когда я был молод (вот, как этот мальчишка, которого вам удалось спасти от него самого), я думал, что ученые врут, что некромантия – это просто другой способ удержать человеческую душу на земле. А когда я понял, что ошибался, было уже поздно, желание властвовать над смертью, пусть и в несколько извращенной форме, поглотило меня. Настолько, что я упустил душу самого близкого мне человека – моего сына и наследника…. Но, впрочем, зачем вам старческие воспоминания, вы ведь пришли спрашивать – спрашивайте!

Попутчик внимательно посмотрел на старика. -Все-таки, зачем вы приехали? -Мне написал мэтр Наргин…. Мы состоим с ним в переписке. Да, он знает – кто я. Однако он не осуждает меня, как осудили бы многие за то, что моя небрежность в воспитании сына чуть было не погубила этот мир. Наоборот, он по мере своих сил старался помочь мне забыть о своих огорчениях. -А вы этого не хотели! Вы ведь даже имя взяли себе такое, чтобы всегда помнить, что вы – отец Скаррона.

При этих словах старик слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки. -Это не имеет значения. Так вот, однажды мэтр Наргин написал мне, что на придворном балу заметил на одном паладине явно некромантское кольцо. И по его описанию я узнал свой артефакт, который у меня отнял…, - он остановился, даже не сумев выговорить столь знакомое всем имя. Я помню, как после всего этого Морри принесла кольцо мне, но я отказался. Мне не хотелось больше иметь ничего общего с некромантией. Да и кольцо было абсолютно пустым, из него высосали всю силу…. И девочка оставила кольцо у себя. Как она могла его отдать какому-то Лексусу – не понимаю? Поэтому я и приехал в Ортан. Просто из любопытства, думал, взгляну на кольцо и все…. Однако с самого начала что-то пошло не так. Вокруг этого неуемного паладина стали крутиться какие-то темные силы. Сначала я подумал, что кольцо вновь зарядилось за эти несколько столетий. А поскольку оно – мужской артефакт, то Морри могла и не ощутить изменений реальности вокруг кольца. Но дело было не только в этом. Внезапно я почувствовал явно спланированные действия и понял, что кто-то просто пугает Лексуса, желая отнять у него мой артефакт. Потом мэтр Наргин признался мне, что обо всем рассказал своему честолюбивому и талантливому внуку. А уж когда Лексус столь оригинальным способом решил избавился от кольца! Я внимательно следил за ним, и когда он только собрался в Контору, уже был готов…

-Заняться нами! – перебил его Попутчик. -Помочь вам, - спокойно поправил его «Гискар». – Моя аура так и не очистилась за эти годы. Я знал, что мое жилище будет отвлекать часть темных сил на себя. Один недоделанный вампир вообще чуть было не поселился на моем чердаке, думал, дурак, что я его не замечаю. Да и один летучий крыс постоянно за мной шпионил… Возможно, я должен был вас предупредить, но… поверили бы вы мне? Не думаю. Тем более, зная от дедушки про характер мальчика, я понимал, что большого вреда он вам не причинит. Скорее, спасти надо было самого мальчика. А для этого его нужно было победить, что вы и сделали…

-А потом мы же его и спасли. Как я понимаю, не без вашего участия. -Да, это я позвал мою девочку, чтобы она поддержала вас своим авторитетом, и заодно забрала бы опасное кольцо. Не знал, что она втянет в дело спасения малыша даже короля Ортана…. Но Морри, похоже, тоже чувствовала вину за то, что так небрежно поступила с кольцом, хотя никогда в этом не признается. Даже себе.

-Вы с ней не общаетесь? -Практически нет, только в крайнем случае. Не нужно, зачем ей лишние переживания, это помешает ей так хорошо выглядеть.… Может, поэтому мне и понравилась ваша Ханаэль. Она так похожа на Морри в молодости, с такой же жаждой знаний, с таким же лучем. Правда, без магических способностей, но это и к лучшему. Встретив ее, я впервые понял, что скучаю по тому времени, когда Морри была маленькой, когда была жива ее мать, когда….

Старик замолчал, погрузившись в воспоминания многовековой давности…

Поздним вечером все сотрудники конторы, включая мрачного Курта, сидели за столом и пили чай со всякими вкусностями, отмечая окончание суда и этого утомительного дела. - Пап, а о чем вы с Гискаром так долго говорили? - расспрашивала Фаэль. Ханаэль прислушалась - ей тоже было интересно. - Да так, обо все по-немножку, - уклончиво ответил попутчик. - вспоминали старые годы. - Как, ты и с ним был знаком? - выпучила глаза Фаэль - Да не то чтобы. - А он останется теперь или уедет - перебила Ханаэль, подавшись вперед. Ответить попутчик не успел. Внезапно пол конторы вздрогнул, задрожали стекла, зазвенькали пробирки и посуда. – Землетрясение! – крикнул кто-то, но, прежде чем все успели осознать эту мысль. – Трясь! – в приемную влетело что-то черное и дымящиеся, оставив в двери дырку в форме герба Соединенных Штатов. Спустя секунду упругая волна звука распахнула дверь на пляж, внеся в комнату дым, песок, пальмовые листья – и открыв взору сотрудников дымящиеся развалины соседского особняка. – Охр-ренеть рвануло! – проорал ворон (как вы догадались, именно он был тем черным и дымящимся предметом), но сквозь звон в ушах его мало кто услышал. – Он что, контуженный? – спросила Люксория, вытряхивая из причеки песок и рассматривая дымящуюся птицу. Ворон реплику проигнорировал – он сравнивал внешний вид крыльев и лап, пытаясь определить, какими конечностями ходят, а какими – летают. – Нет, он пьян в стельку, – со знанием дела поставил диагноз попутчик. – Пдумаешь, выпил немного! – сообщил ворон и, определившись с функциями конечностей, нетвердо встал на лапы. Потом, обведя мутным взглядом коллектив конторы, добавил: – С Гискар-ром. Он такой х-хроший! – Дай угадаю. вы выпили, ты пожаловался на отсутствие динамита, он разрешил воспользоваться своей лабораторией, а потом – ошибка сапера и взрыв. – Не-а! – ворон замотал головой. – Не уг-г-адал! Мы с ним пр-р-росто пили! А потом все пр-рисутствующие – человек восемь – записались во внештатные сотрудники конторы и отправились в лабораторию делать динамит. А-а-ашибок не было, па-апрашу заметить! Мы сдел-лали 40 кыгы динамита. Гис-карр сказал, что тут ему больше делать нечего, слишком тут для него яр-рко и жар-рко, и сказал "взрр-рывай, мне не жалко! Все р-равно новый постр-рою"!

Тут в контору вошел и сам Гискар, который судя по походке был еще пьянее ворона. – Я был прав! – неожиданно связно сказал он. – Если б мы заложили динамит в четырех разных местах, развалин бы не осталось. – Ща ис-спр-равим! – заорал ворон, по кривой рванув на пляж. – Гискар-р, тащи остатки! Убежать птице не дали, - Витус собственноручно его изловил. Гискар тяжело оперся о косяк и сполз на подставленное Ханаэлькой кресло. - Ну вы даете. - только и смог вымолвить попутчик.

И тут Фаэль вспомнила папин рассказ о том, как они с Витусом и зайцем летали на пьяном дрконе. Может, и правда старый приятель? Может. А может и нет. Теперь она понимала, почему папа каждый раз с ума сходил, когда она куда-то встревала. - Значит так, - сказала она каким-то совершенно другим, не свойственным ей взрослым голосом - Кто бы он ни был, этот дракон - клиент, похититель или старый приятель, - я хочу быть уверенной, что папе ничего не угрожает. Так что будем выяснять. Что мы вообще знаем о драконах?

- Деточка.. - Начала Елена и запнулась, поняв, что такое обращение как-то. ну не подходит. - Фаэль, о драконах вообще мало кто знает. Я могу поразузнать по своим каналам. Но ты не волнуся, твой папа не такой человек, чтобы пропасть бесследно. Я уверена, что он уже завтра вернется. Фаэль невесело усмехнулась. Хотелось бы верить, да не получается.

Время: длительное и беспокойное настоящее

Я занимался чисткой оружия, это очень успокаивает. После нервотрепки последних дней я лишний раз убедился, что лишнего отдыха не бывает.

Внезапно в доме началась беготня. Я спустился вниз, как раз чтобы услышать Фаэль.

- Значит так, - сказала она каким-то совершенно другим, не свойственным ей взрослым голосом - Кто бы он ни был, этот дракон, клиент, похититель или старый приятель, я хочу быть уверенной, что папе ничего не угрожает. Так что будем выяснять. Что мы вообще знаем о драконах?

Поскольку я ничего о драконах не знаю, я решил пока не лезть со своими советами не подумав в начале, что же из моего опыта может быть применимо к драконам. Но подумать мне не дали. Люксория видимо не нашла ничего лучшего, чем отвязаться на меня: - Курт, какой же ты тогда телохранитель, если у тебя начальство украли? - В мои прямые обязаности входит охрана Конторы, сопровождение сотрудников, охрана окружающей территории, немного . специфических операций, агентурная работа. Сюда надо добавать время необходимое на поддержание себя в рабочей форме. К сожалению, объем работы подразумевает занятость в течении 26-34 рабочих часов в сутки и в принципе не может быть выполнен одним сотрудником. - Перерабатываеш, да? - Нет. Выполняю работу в возможных пределах. И сейчас буду занматься ей же, если ты не станешь мешать. Пожалуйста, прошу вашего внимания ! - повысил голос я.

- Прошу всех сесть, взять чай, кофе, воду - что кому больше по вкусу. Нужно, чтобы вы записали все, что вы успели увидеть и услышать. Ни в коем случае не надо обсуждать и добавлять свои суждения, это может исказить картину проишествия. Если все же хочется сделать выводы, то в письменном виде, в конце описания. А я с вашего позволения пойду на пляж осмотреть следы. Мне нужен метр и кто-то умеющий рисовать.

Помочь с рисованием согласилась Алька.

Мы с Алькой шли по пляжу. На песке четко отпечаталась цепочка следов шефа. Следы босса были практически не видны. Единственное, что на них указывало - они шли параллельно следам шефа. С самого утра пес на пляж не выходил, а перед выходом я поручил его Ханаэль, так что больше такие отпечатки оставить некому.

Мы дошли до места посадки дракона. Мощные лапы с когтями изрыли весь песок, так что следы шефа и босса совершенно терялись. Я обошел по кругу, но это действительно было тем местом до которого они дошли. Дальше следов не было.

На всякий случай, я попросил Альку зарисовать следы и продиктовал ей результаты замеров. Алька на всякий случай набрала песок в пробирку. Интересно, что можно найти в таком песке? Это же не кот и не собака, шерсти не оставляет, а чешуйки - большие. Впрочем, она специалист - ей виднее. По возвращении надо будет спросить Ханаэль, может ли он что-то придумать для снятия слепка со следа на песке.

Алька почти все время молчала. Недавнее пришествие не давало возможности думать ни о чем кроме него, а мрачный я видимо вообще отбивал желание говорить.

Чтобы ее успокоить, я сказал: - Дракон скорее всего старый знакомый. Или сказал им что-то такое, от чего они решили подождать его на месте. Тем более, что хотел бы убить - не уносил бы.

Звучит утешительно, а я не стал уточнять, что фраза могла быть угрозой сжечь контору. Да и унести мог для того, чтобы убить не просто так. Но нечего пока нагнетать обстановку.

Мы вернулись в контору и я озадачил Ханаэль слепком. Оказалось, что под рукой ничего подходящего нет. Ну и ладно.

Собрав показания в письменном виде ушел наверх, делать вид, что изучаю. Пустышками оказались все, кроме записок Люксории и Фаэль.

Люкси начала с фиолетовых гоблинов. Розовым чернилом на розовой бумаге. Заглянув в конец увидел "С наилучшими пожеланиями скорейшего провала". доннер-веттер ! Вот это я понимаю, вот это образчик антикомандного поведения. Надежно спрятал записку. Сама напросилась.

Фаэль уточнила, что не видела, как подлетал дракон, и что он слишком быстро появился. А вот это может быть важным. Пришлось спускаться, брать Ханаэль, Фаэль, немного торта и аккуратно расспрашивать ее о происшествии. Главная трудность состояла в том, что я не хотел, чтобы это выглядело допросом, хотя по сути это он и был. Но вроде получилось. Заодно выяснил у Ханаэль куда отправляются за знаниями о драконах. Есть, оказывается на этом свете ведущий драконист - Силантий. Завтра придется думать, как к нему добраться.

Ханаэль ничего не видела. Она едва успела вернуться с пляжа, где общалась с экземпляром рода человеческого удивительных размеров. Эта особь два-на-полтора вообразила у себя язву желудка, когда там никакой язвой и не пахло. Максимум - подострый гастрит. Четыре вечера подряд этот сотрудник Департамента Безопасности рассказывал Ханаэли как и где у него урчит, ворчит и булькает. Сначала терпеливая Ханаэль уговривала детинушку, что ничего страшного в этом нет - просто надо иногда кушать жидкую пищу, а не растворимые макароны. Потом уговаривала показаться хорошему врачу (очень хотелось посоветовать обратиться к профессору Трупакову, но побоялась - все-таки представитель власти). Успокоился сотрудник только после того. как Ханаэль выдала ему микстуру собственного приготовления с заверениями, что это точно поможет. И как только совершенно опустошенная Ханаэль вернулась в Контору, чтобы наконец-то подготовить комнаты в Тереме для Гискара и Ворона, как попала в самую гущу событий, потому как следом за ней вормалась Фаэль с криками: -- Дракон… папа… Витус… он их похитил… На всякий случай, Ханаэль все-таки записала свои показания для Курта - а вдруг понадобятся.

Подумав немного, она решила, что мэтро Гискар наверняка что-то знает о Драконах. Нужно его распросить, но в данном его состоянии это представляется маловозможным. Ханаэль подумала, что если бы она напоила противоконьячной миктурой не ПОпутчика. а Гискара, или хотя бы Ворона, то обошлось бы бех жертв. Хотя. Кажется, путем несложных манипуляций этот препарат можно модернизировать в протрезвляющую микстуру. С этими мыслями Ханаэль отправилась в лабораторию.

Следующее утро в Конторе не принесло ничего нового, а только еще больше запутало клубок невероятных событий. И началось все с того, что распорядок дня Люксории был самым варварски образом нарушен! Ее главное священнодействие в эти часы - традиционный утренний маникюр - был прерван неуверенным стуком в дверь. Затем из-за двери раздалось неловкое покашливание и несколько настороженный, хотя давно знакомый голос – «Можно войти?»… Единственный человек, который мог разводить подобные китайские церемонии (особенно после не так давно произошедших событий) – это был Морис… Так что когда в открывшуюся дверь просунулась до боли знакомая фигура в потертой мантии и с красным шарфом, никто не удивился. При этом в одной руке у Мориса была огромная бутылка коньяка, а в другой – корзина с уютно устроившимся на подушке изумрудным котенком. -Чем же он стучал в дверь? - невольно подумала Люксория. -Вообще-то ногой, извините, - ответил Морис. И Люксория поняла, что, во-первых, подумала она вслух. А все этот Курт, который ее просто достал! А во-вторых, что только Морис может так тихо стучать ногой, да еще и извиняться. Вся эта галиматья ей порядком надоела, поэтому, чтобы встряхнуть непоправимого зануду, она тут же вывалила на него все последние новости.

Морис чуть не уронил бутылку коньяка (которую явно намеревался в качестве примирения распить с Боссом и Шефом, поскольку сам он коньяк практически не пил), плюхнулся в первое попавшееся кресло, затем вскочил, установил поудобнее корзинку с нахально поглядывающим на него юным музом и принялся расхаживать по офису, высказывая множество ценных, но от волнения, абсолютно бессвязных мыслей.

-Значит, так, дракон-дракон-дракон…. Так, во-первых, какой он был окраски? Золотистый? Вы уверены, что это – не Урр? Во-вторых, скорее всего, они полезли ему на спину добровольно, иначе ему пришлось бы их забрасывать, а поймать сразу двоих, против их воли… Нужно какое-то время…. Так что, скорее всего, они сами так решили. А вот почему они улетели, никого не предупредив? – он понизил голос. - Даже не подумав о девочке….Э-эх… Кстати, Люксория, а ты смотрела, есть ли завещательное распоряжение, кто возглавляет Контору в случае отсутствия обоих совладельцев? Они же юристы, должны были это предусмотреть…. Кстати, что вы будете говорить клиентам, если они появятся?…. Хотя это – просто, можно сказать, что шефы – на задании. Или, - он грустно улыбнулся, явно пытаясь пошутить, - позовете меня с Тимом, мы вам изобразим шефов, тем более Тим – тоже зеленый…. Заменить, конечно, не сможем, их заменить нельзя, разве что только изобразим….

И Морис с любовью посмотрел на своего котенка, весело играющего с солнечным зайчиком.

Последняя мысль, которую уловила Люксория в сумбурном потоке речей Мориса, - это была фраза про распоряжение, которое действительно неплохо было бы поискать, однако, зная о безалаберности руководства, особой надежды на успех не было. Но дальше мысль пошла в другом направлении – документы, безалаберность…. Что-то подобное не давало ей покоя….

-Морис… А фамилия, кстати, у тебя какая? Морис удивленно посмотрел на нее. -Д`Орвиль… А что? -Галлантская? Да еще и дворянская? – удивилась Люксория. -Ну, да, Галлантская. По линии отца все мои предки оттуда. Правда, дедушка мой звался просто Дорвиль, но всеми правдами и неправдами добился смены фамилии на д`Орвиль… Так что аристократизм фамилии… несколько сомнителен, - улыбнулся Морис. -Не за что не сказала бы, что ты – из Галланта, - все еще недоумевала Люкси. Потому что по занудству Морис ей всегда напоминал лондрийца. – Тогда у меня для тебя письмо. Пришло какому-то Морису д`Орвиль, но на адрес Конторы. Я, конечно, предположила, что это – тебе, хотя ты даже свои отчеты одним именем подписывал, - недовольно отметила она. – Письмо отложила, ждала, что ты зайдешь, а тебя все нет…. Ой, а где же оно? – и девушка принялась тщательно копаться в своих бумагах.

На самом деле Люксория куда-то засунула письмо еще в день получения, но не признаваться же было в этом сейчас. И виноват этот Курт, с которым она в тот день поругалась… Или мумия, которая на нее напала. В общем, кто-то не слишком одушевленный. Так что, скорее, Курт.

Мориса отсутствие письма, впрочем, не слишком взволновало. -Да не переживай так, найдется. Если что-то и было, то не слишком важное. Маман и мои друзья знают мой адрес и пишут туда…. А на адрес Конторы…, - он задумался, - на адрес Конторы мне может писать либо Николас Обожуйкин, либо кто-то из моих двоюродных братьев. У меня две тетки вышли замуж – одна – за лондрийца, другая – за поморца. Причем оба - из богатых семей. Очевидно, на аристократическую фамилию тетушек польстились, не знали они про дедушкины махинации! Так что у меня в обеих странах есть двоюродные братья, из деловых кругов. Я с ними общаться особо не стремлюсь, поэтому всю переписку и хотел вести через своих адвокатов, как принято в среде этих снобов…. Точнее, через адвокОтов! – улыбнулся он. – В общем, учитывая, что у меня за двоюродные братья, - он махнул рукой, - лучше бы это был Николас….

Фаэль плохо спалось этой ночью. Ее терзала безумная надежда, что папа утром вернется, поэтому едва солнце показалось над горизонтом, она вскочила и выбежала на пляж. Разумеется, никого не было. Фаэль понуро вернулась в контору. Едва она вошла, в наружнюю дверь постучали. Это оказался Морис с бутылкой коньяка и большой корзиной, в которой лежал отрясающе зеленый котонок. Фаэль умилилась, как же он похож на Витуса!. Пока Морис с Люкси о чем-то светски беседовали - Фаэль не пирслушивалась - хоббитянка играла с котенком, чесала его за ушком, гладила изумрудный мех. Котенок довольно мурчал. Нет, не на Витуса он был похож, вернее, не только на него. А еще и на папиного зеленого зайца, которого тот так и не забрал из норки в лесу! Фаэль посадила котенка обратно в корзину и побежала в лес.

Изумрудный заяц сидел рядом со своей норкой и настороженно принюхивался. - Зайка! - обрадовалась Фаэль. - Пойдем! Твой попутчик улетел на драконе, и мы никак не можем его найти. Помоги, зайка! Заяц позволил хоббитянке себя взять на руки, и она потащила его на пляж.

У дверей конторы нерешительно топталась какая-то незнакомая девочка лет восьми с большущим чемоданом. Она подглядела на зайца, и тот вдруг вывернулся, вырвался из рук Фаэль и ускакал обратно в лес. Фаэль хотела рвануть за ним, но это было невежливо по отношению к гостье. Поэтому она сказала - Здасьте. А ты к кому? Девочка молча протянула ей письмо, на котором Фаэль прочла "Морису д'Орвиль " и крикнула: - Морис! Иди сюда!

Утро началось с того, что меня разбудил пес. Я не закрываю дверь на замок и сплю чутко, звук открывающейся двери будит меня сразу. Пес зашел ко мне в комнату сел возле стола и стал ждать пока я встану.

Умывание, зарядка, бритье, одевание и чистка оружия - обычный ежедневный ритуал. Все это время пес сидел в моей комнате. Обычно он сразу пытается прорваться на кухню, где есть хорошие шансы разжиться чем-то вкусным. Вот оно что! Его сегодня опять утром не комили и он смирился, с тем, что завтрак ему даю я. Отлично.

Собравшись я спустился вниз, пес пошел со мной. Я поздоровался и пошел на кухню.

Там я позавтракал, покормил пса, и он разрешил мне почесать его за ухом. Раньше он совершенно не разрешал притрагиваться к голове и шее, скалился и отходил. Все половина дела сделана. Пес усвоил, что его здесь кормят и не обижают. Осталось выучить чему-то полезному.

Пес у нас замечательный, отлично сочетает осторожность и храбрость. Я вспомнил как он шел по следу вампира, другой бы и с хозяином побоялся, а наш - нет.

В зале видна Ада, она приходитя какой-то родственницей Морису. Спокойная, очень спокойная. На первый взгляд кажется, что она все видела и на 40 лет старше, а если присмотреться, то ее просто приучили быть спокойной, ни настоящего знания, ни настоящей взрослой уверенности, в ней нет. Зачем такое с ребенком делать?

Ада сидела, забившись с ногами в кресло, и наблюдала за пробегавшими мимо людьми. В отличие от пансиона здесь было очень шумно и очень суетно. Как в муравейнике. Ада тут же представила себе муравейник с его налаженной системой. Нет, тут скорее шумно как в разоренном муравейнике. Посмотрела на стену. Под ней проступали какие-то странные линии. Четрочка… трещинка… – Привет! – прозвучало рядом. Ада отвлеклась от стенки. Девушка. Чумазая. – А ты чего здесь делаешь? – Я жду дядю Мориса, – поведала она. – Я его племянница Адель. – Рада познакомиться, – Алька невольно вспомнила о хороших манерах и стерла сажу с лица. – А где он сам? – Ищет своего котенка. Сказав это, Адель снова уперлась взглядом в стену. Интересно, что это за линии? Зачем они там? Алька начала сомневаться в своем существовании. – А у вас лицо грязное, – Адель, подумав, что надо бы продолжить разговор, снова повернулась к Альке. Странное имя. – Я знаю. А твой дядя не говорил, ты у нас останешься или… Ой! – девушка вдруг оживилась. – Я пойду, попробую найти Мориса, – наконец сказала она. – Принести тебе чего-нибудь? – Спасибо, если можно, чай. Девушка принесла с кухни чашку с блюдцем и несколько пирожных. Наверно из вежливости. Маленькие девочки любят пирожные. Адель пробормотала слова благодарности и аккуратно принялась за угощение. Она вспомнила и еще раз прошлась по разговору с дядей…

– И как поживает мой двоюродный брат? – спросил он с улыбкой. Наверно из вежливости. – Спасибо, хорошо, – наверно тут тоже следовало улыбнуться. Но… грустно – Папа просил передать привет. Он начал новую кампанию вложений в текстильную промышленность, так что дела у нас идут хорошо. – Начал новую кампанию, когда денег и так достаточно, дворянин, а за ребенком присмотреть некому, – пробормотал Морис. Я сделала вид, что не услышала. Хорошие маленькие девочки не дерзят старшим. – Что ж можешь пожить у нас, веселится, играть и радоваться жизни. Пока твой папа не вспомнит, что у него есть дочь. – А как же пансион.

Дядя хороший, и добрый. Ада дала себе слово, что постарается выполнить его указания. Веселится, играть… И еще этот мальчик. Скорее всего, это мальчик. Хорошие маленькие девочки ходят в юбках и не бегают по песку босиком, и завязывают волосы в косички, как говорила гувернантка. Почему он назвал себя хоббитом? Кто такие, вообще, хоббиты? И что это было такое зеленое? Ада покачала головой. Надо думать, и найти рациональное объяснение. Папа тоже всегда ищет рациональное объяснение. Тут в приемной стало еще шумнее. Это Люксория зачем-то кричала на Курта. Ада прислушалась. – … со мной! В Поморье к мэтру Силантию, главному драконоведу континента. У тебя в трудовом договоре русским по белому написано: сопровождение сотрудников Конторы при особых заданиях. – Люкси сунула ему под нос ксерокопию трудового договора. – Выполняй! Слово «Поморье» показалось Адель чем-то родным и очень дорогим. – В поморье живет моя бабушка Милорада, – тихо сказала она. Люкси развернулась. – В самом деле? И где именно она живет? – В маленьком селе Веселухи недалеко от Бело-Камня. Люксория ушла. За ней ушел Курт. В приемной стало тихо. Девочка снова посмотрела на стену. И все-таки, что это за линии?

Пока народ собирался к метру Силантию, Елена пекла кексы. Много. Не так далеко в горах жила ее старая знакомая, Найна. Окрестный народ называл ее ведьмой Найной, а в Поморье назвали бы просто Бабой Ягой. И без кексов лететь к ней было нельзя. Со стороны голубой слон с необъятной корзиной на спине смотрелся, наверное, смешно, а Елены на его фоне просто не было видно.Всю дорогу Елена утешала Степку, объясняя ему, что Флавиус ничего плохого нам не хотел, и да же помогал, но если кто то еще захочет узнать что-то о конторе, то нужно сразу сказать. Вот только, если придет очередной поклонник Люкси узнать, что она любит, можно смело говорить, что все самое стильное и дорогое!

Дом Найны стоял на огромном пне окаменевшего дерева. И где народ увидел там курьи ножки, наверное с пьяну или по укурке. Оставив корзину на крыльце, Елена, воспользовавшись кошачьей дверью, вошла в дом. Темная горница, как и положено, увешанная пучками сухих трав, связками змеиных шкурок и прочей ведьминской лабудой, была пуста. Но едва Елена сделала пару шагов, как откуда то сверху спрыгнул черный кот, зашипел, выгнул спину, взъерошив шерсть, и пошел на крысу, демонстрируя когти. Остановившись и посмотрев на хулигана поверх очков взглядом хозяйки, рассматривающей на своей чистой кухне новый, незнамо откуда взявшийся вид таракана, Елена насмешливо сказала: --Ну, если б ты в паука превратился. А так, не пошел бы ты хозяйку позвать?! Кот фыркнул и посмотрел в угол, из которого раздался хриплый смех. --Ну, дожилась! Ведьмин кот не может простую крысу напугать! Васька, я тебя зачем кормлю? -- к столу подошла. ну, вылитая сказочная ведьма. --Вот когда придет простая, тогда и съем, -- Васька демонстративно выбрался за дверь и от туда раздался восторженный вопль, -- ОООО КЕКСЫ. Через пол часа за чаем сидела теплая компания: Найна, Василий и Елена. Кексы исчезали с ужасающей скоростью. -- Да, помню, помню. Приходили они ко мне. Один такой рыжий и обаятельный, а второй представительный, душка такой! -- Найна благодушно щурилась. - Только вот, когда они были-то? До Дуньки или после? Вот память проклятая, скилироз говорят. Не, все ж после Дуньки. --Какой Дуньки? Причем тут какая-то Дунька?! - недоумевала Елена --Не, Дунька - мужчина, да какой красавец! Оооо. - мечтательно закрыла глаза Найна, - понравился мне, я даже песню про него сложила. Да ты слыхала, теперь народная, говорят. И Найна закрыв глаза вдруг заголосила, --ВОТ КТО-ТО С ГОРОЧКИ СПУСТИЛСЯ. -- Кот от неожиданности подавился кексом и сквозь кашель пытался описать хозяйке состояние ее крыши и как она, крыша то есть, далеко уехала! - Да красавец, только вот кукушку мне, стервец, испортил! - Как?! - глаза у Елены стали больше очков. -- Как-как? пока я его проводила, прихожу, а кукушка то ли кукует, то ли икает, и остановиться не может! Еле я ее отпоила и что ж? Этот шутник Дунька, перед уходом возьми и спроси, сколько ему-де лет жить осталось! А что бедной птице делать, ежели он бессмертный! Вот, довел птичку до истерики! - Найна покачала головой. - С тех пор не кукует совсем, а только время крылом показывает. Да еще к корню валерианы пристрастилась, вон с Васькой нанюхаются и куролесят! - НАЙНА! -- Крыса затрясла головой, - Я тебя спрашиваю, был ли у шефов знакомый золотой дракон? А ты мне про нервную кукушку-наркоманку! --Да был, был! Ну что ты как маленькая! Что этот дракон их к себе на спину конфеткой заманил? А они повелись?! Смешно. - Ведьма закатила глаза. - А хочешь побольше узнать о драконах, пойди поговори с моим двухголовым! Если конечно не побоишься, он то ж нервный.

Я шел с Люксорией по Белокамню и вспоминал недавние события. Шлехт , надо что-то делать с этим мрачным настроением, а то вон на пацана совершенно ни за что сорвался. Впрочем - не мои проблемы. Люкси, чудо ясноглазое, взялась командовать - командуй, а я посмотрю, что у тебя получится. Я последние дни на нервах, а если я не командую, то и не обязан контролировать свое настроение, для этого командир есть.

Возможно она об этом догадалась. Совместное обсуждение проблем маленькой Адель помогло слегка развеятся. Но ей это не поможет. Справа внутреннем кармане лежат ее записка и копия контракта, теперь без ножа не отберешь. А слева, напротив сердца, стальная пластинка и еще три заявления о пропаже написаных левой рукой, пока чаевничали время как раз нашлось.

Наконец мы дошли до дома Силантия. Если бы не описание - ни за что не догадался бы, что здесь может жить ведущий драконист континента.

Морис медленно шел по пляжу, пытаясь одновременно успокоить разволновавшегося Тима и собраться с мыслями. Однако и то, и другое удавалось ему одинаково плохо. Что-то было не так! Хотя, что значит «что-то»? Все было не так, все последние события абсолютно выбивали его из колеи. Во-первых, исчезли Витус и попутчик. Именно в тот момент, когда он наконец-то собрался с духом и пришел с извинениями. Причем Морис понимал, что, приди он раньше, этот тяжелый разговор с теми, кого он предал, уже остался бы в далеком прошлом. А теперь он откладывается на неопределенное будущее. Почему-то за самих компаньонов он не волновался. Интуиция ему подсказывала – эти авантюристы опять что-то задумали! Хотя… Нет, и Тим ничуть не побеспокоился по этому поводу – а мнению своего муза Морис привык доверять. Во-вторых, появилась Адель, дочь Адольфа, а кузен Лавкадавр, похоже, спятил…

Морис остановился, одной рукой придержал Тима, другой - вытащил из кармана письмо, которое ему дала девочка, и еще раз перечитал его.

« Мой дорогой друг. Надеюсь, прошлое мое письмо ты получил, поскольку обстоятельства сложились так, что медлить нельзя. Присылаю к тебе мою дорогую дочь, твою двоюродную племянницу, Адель. Проблем от нее не будет – дитя в высшей степени послушно и воспитанно. Но в последнее время она часто болеет, и я хотел бы, чтобы она побыла у вас на пляже, говорят, морской воздух положительно действует на молодой неокрепший организм. Понимаешь, после смерти моей дорогой Веселины, некому присмотреть за девочкой на каникулах, когда пансион закрывается. Так что надеюсь на нашу прошлую дружбу и приятные воспоминания о детстве. Твой кузен Адольф Лавкадавр »

Бред. Полный бред! Кузен Адольф, с которым они всю жизнь недолюбливали друг друга! Даже в детстве. Если этот мерзавец узнавал какую-то тайну, то только для того, чтобы ее подороже продать. Вот почему Морису всегда приходилось держаться с ним настороже, чтобы не допустить разглашения некоторых семейных секретов…! Впрочем, похоже, что у Адольфа тоже были какие-то тайны. Насколько Морис помнил, у покойной супруги кузена была родня где-то в Поморье, однако почему-то любящий отец не оставил девочку им. Хотя, это можно объяснить. Кажется, Веселина была не знатного происхождения! Ха, знал бы Адольф про наше «дворянство»! И Морис ухмыльнулся. А вообще-то это все некстати. Ведь кузен явно принимает его все за того же занудного алхимика, каким Морис был всю жизнь. И если он узнает о Погорелом театре и о предстоящей премьере! Хотя…, учитывая, что совладельцем театра является король Ортана, это тоже может быть воспринято кузеном как удачный карьерный ход! Тьфу. Перед Морисом как воочию встало выражение лица Адольфа с поджатыми губами, когда он в очередной раз рассчитывает какую-то выгоду! Хотя перед девочкой не стоило срываться и критиковать ее отца!

Однако главное в этой истории – это поведение Тима. С чего бы-то ему так реагировать на появление этой воспитанной и вроде бы славной девочки? Хотя, правда, не слишком веселой по натуре, как и ее папаша. Но юный муз при виде этого ребенка буквально выскочил из рук и взлетел на верхушку пальмы. Еле-еле Морису удалось его снять, но успокоить – никак. И корзинка, как назло, осталась в Конторе.

Но главное – там придется оставить девочку. Конечно, кузен Адольф, отправляя дочь к старому холостяку, надеялся, что он просто наймет гувернантку. И на лице Мориса расцвела злорадная улыбка. В сущности, он так и сделал. Причем даже не одну. Общим воспитанием займется Елена – педагог со стажем. Люксория научит Адель делать мейк-ап. Фаэль – стрелять из лука. Ханаэль и Алька – варить что-то этакое, лютикообразное. Курт – даже страшно представить, наверное, стрелять. Хорошо, чтобы к воспитанию не приступил седой ворон, иначе будет полный … пушной зверек. Но главное, что у этих семи нянек девочка научится радоваться жизни и не быть похожей на папу!

А в Контору придется заходить почаще, только уже без Тима. Странно все-таки это, ой как странно! Впрочем, в такое время – не до вдохновения. И стоит повнимательнее присмотреться к этой Адель!

Оставив Тима сидеть под пальмой, и отметив, что котенок снова полез на самую ее верхушку, как будто чего-то опасался, Морис отправился в Контору. Адель вела себя прилично, медленно ходила по дому и рассматривала его.

-Послушай, Адель, - начал Морис, и девочка тут же обернулась к нему и приготовилась внимательно его слушать с видом примерной ученицы. Прежнего Мориса это бы обрадовало, а нынешнему показалось несколько неуместным . – Наверное, тебе придется пожить здесь, в Конторе. У меня тебе будет не слишком уютно, а здесь живут очень хорошие люди, места здесь много, пляж, морской берег, тебя это будет… полезно ! – вдруг вылезло то слово, которое Морис совершенно не ожидал!

И девочка спокойно согласилась. Не устроила сцены, не покапризничала, ничего не попросила. Просто кивнула с серьезным видом, как взрослая. От этого Морису стало еще больше не по себе. Ему захотелось погладить ее по голове, но снова всплыло это странное чувство неуместности . Он быстро схватил корзинку, извинился, сказал, что скоро вернется и бросился на улицу, чтобы отнести домой Тима. И подумать… Крепко подумать.

Выйдя из Конторы, Морис долго стоял под пальмой, уговаривая непослушного котенка спуститься на землю. Внезапный шум заставил Мориса поднять глаза к небу, и он буквально остолбенел. На пляж приземлилась столь странная команда, что бедняга Тим от ужаса свалился на песок. Нет, Елена на Степке его бы вряд ли напугала, а вот худющий двухголовый дракончик, который вел себя как расшалившийся подросток, мог произвести яркое впечатление даже на менее впечатлительного муза. Хотя почему-то при виде дракона Морису на ум пришла еще одна странная мысль - а вот это - нормальный ребенок .

Отогнав ее подальше, Морис подошел к Елене и с некоторой дрожью в голосе попросил ее приютить в Конторе Адель и присмотреть за ней, пообещав приходить сюда так часто, как только сможет, попутно объясняя про кузена, холостяцкую квартиру и частые репитиции. Взгляд, которым Елена отмела всего его извинения, говорил о многом. Во всяком случае о том, что Адель в Конторе будет хорошо. И Морис помчался домой, на ходу убаюкивая вконец разволновавшегося Тима.

На кухне опять кто-то плескался. Ну сколько можно? Есть же целый океан и ванная! У мойки стояла маленькая девочка, сперва Ханаэль перепутала ее с Фаэль, которая и раньше маскировалась в ребенка. – Не лей зря воду, – проворчала Ханаэль. Девочка вздрогнула и обернулась. Оказалось, что это совсем не Фаэль. Ох, неудобно-то как! – Извините, – ясно и четко сказала девочка, быстро помыла посуду и повернулась к Ханаэли, с интересом ее рассматривая. – Давай познакомимся, я Ханаэль. А ты кто? – спросила Хани. – Ад-дель, – девочка машинально сделала книксен. – Я племянница дяди Мориса. Казалось, что эти слова девочка повторяет автоматически, как кукла. - Что, я не первая, кто обращается к тебе с таким вопросом? - Ханаэль направилась к плите и начала готовить кофе. Две порции. Дитя кивнуло, но потом спохватилось и ответило: - Да, меня все об этом спрашивают. - Не надоело всем отвечать одно и то же? Девочка в недоумении уставилась на Ханаэль. Она явно не понимала, о чем ее спрашивали. - Ладно. Ты к нам в гости? - Дядя Морис сказал, что мне будет полезно пожить у вас в Конторе. - Ребенок не выявлял абсолютно никаких эмоций по поводу смены места жительства. Ханаэль была в недоумении. - Ну что ж, возможно, дядя Морис боле прав, чем думает. Пойдем, я покажу тебе комнаты - выберешь себе по вкусу. Заодно навестим наших гостей - я им кое-что припасла. - Глаза Ханаэль сверкнули. Она подхватила кофе и повела девочку в Терем. По дороге задавала вопросы о доме, семье, школе. Ответы получала четкие, ясные и предельно краткие. Интересно, Курт этой милой девочке не папа?

Дорогой девочка настояла, чтобы сначала были напоены кофе гости, а потом она выберет себе комнату (Ханаэли отчего-то показалось, что Адель старается оттянуть момент выбора). Гискар и Ворон только отошли от давешних событий, поэтому кофе приняли с благодарностью, а привкуса отрезвляющего эликсира не заметили. За окнами раздался шум и Ханаэль, Гискар и Ворон прилипли к окнам. Адель медленно и с достоинством тоже подошла к окну. На пляж опускался слон с Еленой на спине и небольшой, ужасно худой двухголовый дракончик. Ханаэль бросилась на кухню за укрепляющей микстурой.

Ворон вылетел прямо в окно и уже носился над пальмами. Гискар, похоже, был готов сделать то же самое, но его останавливала пара внимательных и серьезных глаз. - Мадемуазель, - обратился он к малышке, - не составите ли компанию пожилому магу для прогулки на пляж? - Конечно, мэтр! - степенно ответила девочка и сделала киниксен. На пляже они появились последними, когда Ханаэль уже поила дракончика укрепляющей микстурой, а Фаэль скармливала ему съестные запасы Конторы. Дракончику повезло, что у него было две головы! - Ханаэль, а не опасаетесь ли Вы вот так, запросто, поить незнакомое существо своим изобретением? - спросил подошедший Гискар, глядя, впрочем, не на Ханаэль, а внимательно рассматривая драконыша. - Ну что Вы, мэтр! Это - витаминно-энергетический коктейль, он безвреден для любой формы белковых тел! Невнятное бормотание дракончика, поглощающего микстуру не без удовольствия, было лишним подтверждением. - Мэтр Гискар, Вы же знакомы с драконами? - поинтересовалась Ханаэль. - Что скажете о нашем госте? - Скажу, что появись он лет на пятьсот раньше, я бы мог кое-что для него сделать, расширить, так сказать, его возможности. - В каком смысле? - Видите ли, Ханаэль, этот дракон принадлежит к группе магических метаморфов. То есть, может принимать человекоподобную форму. Только процесс нуждается в инициации. - Так в чем же дело? - Дело в том, что для инициации требуется особого состава эликсир, - у Ханаэль при этих словах загорелись глаза. Гискар грустно улыбнулся. - Но воспроизвести древнюю формулу вот уже пятьсот лет как невозможно - при извержении вулкана погибла последняя роща Malus Magicus - Яблони магической. А ее плоды - основной компонент эликсира.

Курт и Люксория: время. а кто за ним следит-то? Кроме зануды этого, который сердито сопит где-то в углу… Курт: Теперь представьте себе особняк, у которого удалены почти все перекрытия и перегородки, нормальные комнаты остались только во флигеле. Остальное напоминает концертный зал, и только огромные врезанные в середину стены ворота подсказывают, что это на самом деле ангар. Если подумать, то ничего удивительного. После того, как у Шеллара завелись свои драконы, Силантию срочно понадобилось место, где можно с комфортом принять драконов в гости. А во дворце никто не даст устраивать такие радикальные архитектурные эксперименты. Чего не сделаешь ради науки. Нам очень повезло, Силантий оказался дома. А дальше мен показали, что такое высший пилотаж. Каким бы командиром ни была Люксрия, выманивать из мужчин сведения она умеет.

Люксория: Мэтр Силантий оказался очень забавным. Всклокоченная борода. Сбившаяся на бок мантия, так что верхняя застежка оказалась под левым ухом. Рассеянный взгляд. Нежданных гостей мэтр окинул удивленным взглядом, немного дольше задержавшись на выбирающейся из соболиной шубки девушке. Несмотря на репутацию человека, которого драконы интересуют больше, чем люди, Силантий весьма живо заинтересовался гостьей, предлагая ей разнообразные напитки и собственноручно усаживая в кресло. - Мэтр, - обворожительно улыбнулась Люкси, отчего Силантий удивленно моргнул пару раз. – не могли бы вы рассказать нам, похищают ли драконы людей? Дело в том, что двое очень дорогих нам людей пропали в неизвестном направлении, а последний раз их видели летящими на спине золотистого дракона… - О, милая барышня, вы можете не волноваться, - махнул рукой Силантий, добродушно глядя на собеседницу. – Если бы дракон унес ваших друзей против их воли, то вы бы их видели не на спине, а в когтях или в пасти. Но драконы в основной массе не агрессивны. Они разумные высокоразвитые существа, способные на вполне цивилизованный диалог с людьми. Поэтому я думаю, что ваши друзья отправились с драконом добровольно и сейчас находятся вне опасности. Силантий еще долго рассказывал о том, какие замечательные существа – драконы, о том, что они живут на отдельном континенте вдали от людей, об их общественном укладе, об их специфической магии и о многом другом. Люкси чувствовала, что засыпает, убаюканная теплом от камина и ровным голосом мэтра. Поэтому она решила перевести разговор в нужную ей плоскость. - А не могли бы вы организовали нам встречу с драконами? – спросила она, улыбаясь той самой улыбкой, против которой не могло устоять подавляющее большинство мужчин. -Мы бы спросили у них о наших друзьях. Но мэтр, против всяких ожиданий, уперся. - Это совершенно исключено! – решительно заявил он. – Драконы не любят чужаков. Тем более, что женщины реагирую на них слишком эмоционально, а драконы этого не любят. Вот этого Люкси стерпеть не могла. Ей только что тонко намекнули, что не женское это дело – соваться к драконам! Да кто он вообще такой, чтобы ей указывать. Она собственных шефов слушается через раз, а уж каких-то посторонних магов… - Но ведь вы организовываете подобные встречи – нам об этом хорошо известно. Если дело в деньгах, то мы готовы заплатить любую сумму! Мэтр Силантий вздохнул, поотпирался еще немного, но видимо понял, что так он ничего не добьется. И в конце-концов назвал сумму. Настолько огромную, что у Люкси возникло желание присвистнуть. Очевидно мэтр рассчитывал, что таких денег у них не окажется. И он был прав. Вернее на счетах конторы лежало гораздо больше, но снять оттуда деньги могли только шефы, а Люкси обычно распоряжалась тем, что лежало в сейфе. Сейчас у нее была только половина нужной суммы, а вот где взять вторую… - Мы согласны! – решительно заявила девушка, вставая. По дороге к телепортисту, Люкси все время куталась в соболиную шубку. Не потому, что ей было холодно. Просто, так она прощалась со своей любимой премией за дело доньи Бернадиты. После продажи этих драгоценных мехов они как раз наберут нужную сумму, но как же не хочется с ними расставаться… Может шефы снова дадут ей премию за что-нибудь, только на этот раз песцовую.

Курт: Несмотря на первый успех, дальше краткой лекции дело не пошло. Похоже увлеченность драконами дает Силантию частичный иммунитет к женским чарам. Ничем другим нельзя объяснить отказ сводить нас на экскурсию к драконам немедленно. Но лишь частичный, поскольку Силантий пообещал взять нас на такую экскурсию через четыре дня.

Фаэль было неуютно - пожалуй, впервые ей было неуютно в конторе, и это огорчало и настораживало. И от этого становилось еще неуютней. Дело было вовсе не в этой странной неправильной девочке. В другое время Фаэль бы только посмеялась, заяви ей кто-нибудь, что ее "не бывает". А сейчас. Ей совершенно не хотелось смеяться. Ей нехватало папы. Она чувствовала, что с ним все в порядке, что он обязательно вернется. Но она просто безумно по нему скучала, само его отсутствие в конторе было чем-то настолько неправильным, ненормальным, что недавние зомби и привидения казались просто невинной шалостью. И заяц убежал. Она пыталась найти его днем, но в той норке его не было. Видно, придется опять просить пса.

В тоскливом настроении Фаэль вышла на пляж и увидела там Аду, внимательно разгладывающую пальму. Что она там, интересно, увидела?

Внезапно над морем зажегся какой-то странный красноватый огонек. "А может это папа летит?" - сердце екнуло от безумной надежды. Огонек пропал, но чуть левее зажегся новый, побольше. И тоже погас. Огоньки зажигались и гасли один за другим, а Ада, похоже, даже не видела их. - Ада, смотри! - крикнула Фаэль. Девочка оглянулась, потом повернула голову в сторону моря, куда указывала Фаэль, но в этот миг огни исчезли. Девочка вновь непонимающе уставилась на Фаэль. Хоббитянка пожала плечами и смущенно буркнула - Показалось.

Пес нашлся рядом со спортзалом, где Курт по обыкновению тренировался. - Песик, - позвала Фаэль, - что ж тебя все не назовут-то никак? Будешь Диком? А то ты дикий какой-то. Ну не понравится, Курт тебя потом по-другому назовет. Пес как обычно при виде Фаэль завилял хвостом. Ее вообще всегда звери любили, впрочем, как и она их. - Дик, лапушка, помоги мне опять найти зайца, - попросила Фаэль, гладя пса между ушами. Она отвела его на пляж, на то самое место, гда зеленый заяц вырвался из ее рук. Пес покружил немного, потыкался носом в песок и уверенно побежал по следу. Фаэль обрадованно рванула за ним. Заяц сидел у водопада, того самого, куда когда-то Люкси сбосила Маурисьо, и в котором теперь живут привидения. Неподалеку от зайца мелькнуло какое-то странно есущество, тоже зеленое, и скрылось в зарослях. - Спасибо, Дик, - Фаэль вручила ему кусочек сыра. Пес аккуратно взял и вопросительно взглянул на хоббитянку - Возвращайся, я найду дорогу. Пес убежал, а Фаэль присела к зайцу. В лапах у зайца была какая-то бумажка. - Привет, дружок. Чего ты испугался? Неужели этой девочки? Ну да, если уж она в хоббитов не верит., то в зеленых зайцев и подавно. Я и сама ее немножко боюсь. Зайка, давай найдем папу, а то так грусно без него. Заяц кивнул и поскакал к конторе. Остановился он под окнами папиного кабинета. - Туда? Там нет папы, - грустно сказала Фаэль, - ну если хочешь, давай залезем. Она посадила зайца запазуху и полезла в окно. В кабинете было пусто, тихо и темно, свет заходящего солнца почти не проникал сюда. Фаэль вздрогнула, заметив какое-то движение, но секунду спустя успокоилась - это было всего лишь ее отражение в зеркале. В том самом волшебном зеркале, которое подарил мэтр Наргин. Заяц направился прямо к нему и стал подталкивать его головой к окну. Фаэль подхватила зеркало, пока оно не грохнулось на пол (тяжелое!) и поднесла к окну. - Ну и? Что дальше? - спросила она зайца. Тот выпрыгнул в окно и поскакал к морю. Фаэль недоумевая тащила за ним волшебное зеркало. Когда заяц остановился, она поставила зеркало на песок, чтобы передохнуть, а заяц стал опять его двигать, разворачивая прямо к заходящему солнцу. Когда огненный круг отразился от полированной поверхности волшебного зеркала, Фаэль вдруг увидела призрачную светящуюся дорогу, уходящую куда-то к горизонту. Сперва она подумала, что это просто луч света, но заяц уверенно прыгнул на дорогу, подтверждая ее материальность. Фаэль ступила следом, удивляясь, что она не проваливается сквозь свет, и зашагала за зайцем.

Она шла, и привычный мир вокруг таял, и впереди и вокруг было только пурпурно-золотое закатное небо, постепенно становящееся темно-синим. Только дорога под ногами светилась все так же ярко, и зеленый заяц сиял нестерпимо-изумрудным огнем, а в небе вокруг стали вспыхивать пятнышки света и послышался веселый смех. На душе было легко и радостно, как в предвкушении чуда. Лишь где-то в уголке сознания мелькнула мысль, что она обещала папе никуда без него не лезть - мелькнула и исчезла, растворившись в бездонном ночном небе.

А на пляже догорел закат, последние лучики солнца покинули его, и на песке остались лежать лишь старинное зеркало в темной оправе да сложенная вчетверо бумажка.

На улицы Даэн-Рисса опускалась тьма. Маэстро Карлос как назло назначил сегодня репетицию очень поздно, поэтому Морису пришлось уже в сумерках бежать из Погорелого театра домой, чтобы занести Тима, который все время присутствовал с ним на репетициях. А уже оттуда, практически в полной темноте нужно было добраться до телепорта, чтобы попасть на пляж…

Солнце уже практически садилось, когда Морис подходил к дверям Конторы. Странный дракончик задумчиво жевал пальмовый лист. А вот слоны куда-то попрятались. В самой же Конторе дым стоял коромыслом – ее обитатели сновали туда-сюда, периодически собираясь в небольшие компании вокруг стола, поедая яблочный пирог и делясь впечатлениями…

Адель не было видно, девочка, как объяснила Люкси, ушла на прогулку с Гискаром. Морис поздоровался со всеми, присел к столу и принялся расспрашивать друзей о прошедшем дне, одновременно наслаждаясь замечательным пирогом! Дела Адель, на первый взгляд, были неплохи – девочка немного поучаствовала в экспериментах Альки, так что начало положено, да и знакомство со слонами должно подправить ее представление об окружающем мире. А вот истории, рассказанные остальными, произвели на Мориса неоднозначное впечатление. Странные цветные огни и явления возле Ады заставили задуматься. Таинственный Дунька очень развеселил, очевидно, Морис откуда-то знал, кто это такой, но поделиться почему-то не пожелал. А вот история с Силантием и шубкой была им встречена молча…. Подумав несколько минут, Морис встал и неожиданно для всех пригласил Люксорию на прогулку по пляжу.

В первую минуту Люксория решила, что Морис просто спятил. Гулять по пляжу, ночью! Однако, заметив, как Морис выразительно оглянулся по сторонам, она поняла, что с ней просто ходят обсудить какую-то серьезную тему. Поэтому спокойно встала и, опершись на поданную кавалером руку, вышла из Конторы.

Хотя девушку и терзали мысли, что Морис начнет говорить о своей племяннице, однако она была готова выслушать и это. Было бы забавно понаблюдать, как в этом старом холостяке просыпаются забота и нежность. Но на улице Морис заговорил совершенно о другом.

-Послушай, я сегодня долго думал о том, что произошло с шефами. Все не так просто, как кажется. Вы затеяли поиски, которые свидетельствуют только об одном – ничего страшного не случилось. Никто их не похищал! Однако твой сегодняшний поступок меня потряс! Ничего не случилось, но шубку ты все-таки продала! Есть у некоторых женщин – такое чувство, интуиция называется! Так вот у тебя оно – на высоте, и поступила ты абсолютно правильно. Потому что есть кое-что, чего ты не знаешь или не задумывалась об этом. Нет, о самих шефах мы можем особо не беспокоиться! Похоже, что они просто улетели по делам, причем, даже не сообразив, что мы будем переживать! Что поделать – они привыкли к приключениям, к вольной жизни и не понимают, что это теперь невозможно, что они обзавелись Домом! И нами – их семьей. Они нас приручили. И теперь в ответе за нас, как сказал один писатель не из этого мира. И в особом ответе – за Фаэль. Кстати, где она? Вечером не видела? Ой, не нравится мне это. Она – девочка беспокойная, в свое время ради какой-то шкатулки по мирам летала, а ради любимых папы и дяди может натворить и что-то похуже. Ты бы присмотрела за ней! Да и остальные без умелого руководства могут такого натворить. Нет, я тебя не пугаю, ты справишься, поэтому и говорю!

Кроме того, шефов надо вернуть не только для того, чтобы сказать «Ай-яй-яй, как вы нехорошо поступили», и не только из беспокойства за нас. А еще и потому, что сейчас только присутствие Фаэли уберегает Контору от крупных неприятностей…. Пока есть она, наследница, то все будет хорошо. Но если что…. Дело в том, что у Шефа, как и у меня, тоже есть двоюродный брат. Некий Великий и Ушастый…. Слышала? Да, он маг, а не юрист. И по натуре не злой, просто иногда творит, что ему его левая пятка скажет! Так вот, мы с ним вращаемся в одних и тех же кругах, и я слышал, как он похвалялся, что если ему дать возможность наложить руку на Контору, он ее просто закроет. Вряд ли он говорил всерьез, однако, все зависит от того, с какой ноги он встанет! И если не с той, то…можно будет ждать судебных исполнителей. Так что запомни, за Фаэль как за главной наследницей нужен присмотр…. А если что – беги к матери Шефа, она тоже – его наследница, и поскольку вы знакомы, думаю, что Двуликая Кано помочь не откажется! Возьмешь у нее доверенность, заверишь у юриста (контора «Дарвин и Бингль» - самая влиятельная фирма в городе), и никакие исполнители не страшны!

А вообще-то, вокруг действительно происходит что-то странное. Сегодня по Даэн-Риссу пошел удивительный слух – будто стали пропадать зеркала. Как будто дракон языком слизнул, как гласит ортанская поговорка! Кстати, а это там не Адель… ?

Так, гуляя, Морис и Люксория подошли к самому берегу, где наткнулись на молча стоявших Адель и Гискара. Старик вертел в руках старинное зеркало в оправе, как будто пытался поймать им хотя бы лунные лучи, а девочка внимательно следила за его действиями. Подойдя поближе, Морис даже не заметил, как втоптал каблуком в песок какую-то бумажку…

После того, как Люксория рассталась с шубкой для того, чтобы собрать деньги для продолжения поиска шефа и босса я был вынужден пересмотреть отношение к ней. Пусть она и не лучший лидер, да и не всегда действует оптимальным образом, но для своих способна пойти на жерты.

Я запер деньги в сейф. Вот уж не думал, что женские тряпки могут столько стоить. Но я подозреваю, что как только начальство вернется, Люкси стребует себе премию, достаточную для того, чтобы купить в два раза больше.

Никто никуда не собирался и я спокойно отправился на кухню, попросить чего-то перекусить.Прямо во время ужина на пляже раздался взрыв, но когда я выглянул, в воздухе висел разноцветный дым, а возле эпицентра стояла Ада. Похоже в кто-то нахимичил для нее немного развлекательной приротехники. Надо будет и себе заказать несколько дымовых шашек. Я вернулся доедать.

Остаток вечера прошел в подготовке к завтрашнему дню. Нужно было решить несколько вопросов. Тех денег, что мы принесли хватит на оплату визита к драконам, но дальше то что? Оплата счетов, закупка продуктов и всего остального очень быстро подчистит расходные фонды. Основной счет конторы недоступен ввиду отстутсвия и шефа и босса. Когда они вернутся - неизвестно. Самое время найти покупателя для тех трех бочек лампового масла. Заодно надо разузнать, может удастся взять заказ для Конторы или может просто для меня, по старому профилю. Почти как в старые недобрые времена.

К нам в контору приперлись два типа. Как оказалось, принесли глупую бумажку с требованием закрываться. Дурни, а тот кто их послал - идиот. Вместо того, чтобы явится с судебным исполнителем или как минимум полицией прислал двух непойми кого. Вот сейчас мы и выясним, кто тут из чего сделан. Я достал револьвер.

На улице вместо того, чтобы спустить их с лестницы, я посоветовал Крайслеру не торопится. - Не надо их отпускать, - тоном старшего сказал я. - Это почему еще, и вообще, ты кто такой, указания мне раздавать? - взвился Крайслер. Надо было сразу объяснить ему кто есть кто, теперь будет сложнее. Я переключился на менторский тон. - Я - вооруженный охранник при исполнении. А эти двое - лица, незаконно проникшие на охраняемую территорию. - Я мерзко улыбнулся. - А ты свидетель проникновения. И сейчас они нам все расскажут, или я их пристрелю при попытке сопротивления. Сам подумай, нам надо бороться с этим Ушастиком, а мы ничего не знаем. Вот ты взялся бы штурмовать неразведанную позицию? Ломать надо сразу и жестко, не давая вставить и слова. Как только Крайслер попытался заговорить один из типчиков попытался встать. - Сидеть! - я стукнул его рукояткой по лбу и опять посмотрел на Крайслера - Вот видишь, уже сопротивляются, а главное, если мы их отпустим, в следующий раз они могут чего-то более действенное придумать. Впрочем, если не можешь и боишься, можешь уйти, сам сделаю.

С боишься я, похоже, перегнул палку, Крайслер набычился. Он еще не знает, что его ждет дальше. А мне как раз нужен "хороший полицейский". И мы утащили их на пляж.

На пляже они расчирикались как канарейки. Оказывается Ушастик всегда завидовал брату. За то, что тот всегда был веселым и других заражал своим весельем. За то, что все вокруг любили его без оглядки. За то, что не боялся идти навстречу судьбе, а приключения встречал с радостью. А уж когда брат со своим напарником открыли АдвокОтскую контору. Никак не давало покоя Ушастику, что у брата все так замечательно, что он наслаждается жизнью на прекрасном пляже в обществе таких замечательных людей. Вот и ждал удобного момента, а уж когда дождался. Правда он знал, что юридически пока ничего сделать не может, вот и решил взять просто нахрапом. На испуг. А потом уже оформить все как положено.

Клинический идиот. Кто же столько выдает подельникам? Тем более простым исполнителям. С одной стороны, без подсказки этот Ушастик опасности пока не представляет, до истечения срока, когда можно объявит шефа и босса пропавшими без вести. С другой стороны, такие наглые любители идут до упора. Они не знают, где проходит та грань, за которой уже не говорят, а убивают. "Грабители бывают или молодые и наглые, или старые и опытные". Этот Ушастик старым не станет.

- А теперь время вызывать полицию, - сказал я. - Зачем, мы же вроде все узнали? - удивился Крайслер. - Пока Ушастик поймет, что что-то не так, пока к нему придут за помощью, он пока заберет их под залог - пройдет много времени, а оно нам очень и очень нужно. И полицию вызывать тебе. - Почему еще? - А я остаюсь их охранять, мне по должности положено.

Сдав типов наряду полиции Крайслер отправился по своим делам. Неужели он решил, что это уже все? Коготок увяз - всей птичке пропасть.

Я же был вынужден заняться вторым срочным делом - осмотром пляжа.

Адель, осторожно ступая по скользкой траве, шла к пещере за водопадом. За ней следовал мэтр Гискар, тяжело опираясь на трость. Ада, как хорошая девочка, взяла его за руку. – Спасибо, – мэтр улыбнулся. В последнее время ему все чаще приходилось улыбаться. – Юная леди, скажите, а вам здесь нравится? Адель вздрогнула и остановилась. – Н-не знаю… – она вспомнила разговор с дядей Морисом.

– … я гуляла по дому, что это у вас за надписи на стене в приемной, общалась с Ханаэль, общалась с Алькой, предотвратила взрыв в лаборатории, собираю ракушки для Фаэль… – методично перечислила Ада свои действия за день. – Я рад, что тебе тут понравилось, – заметил Морис. – Значит, я поступил правильно, оставив тебя здесь. Адель задумалась. Понравилось? Она ничего такого не говорила! Просто рассказала, как провела время.

Гискар хмыкнул и достал из нагрудного карманчика монокль в золотой оправе. Адель огляделась и продолжила путь. Так что она не заметила, как мэтр нахмурился, глядя на девочку. В пещере было сумрачно, сыро и мрачно-торжественно. Адель вспомнила родной дом. Свет, проникающий сквозь вход, преломлялся в капельках воды, сконденсировавшихся на сталактитах и сталагмитах, отражался от жил слюды и кварца. – Красиво, – вздохнула девочка с легкой грустью. На самом деле ей было все равно. На звук голоса из глубин пещеры показалось два привидения: лиловое и салатовое. Они начали завывать и показывать что-то. – Здравствуйте, – как воспитанная девочка, поздоровалась Ада. В пансионе тоже жило привидение Классной Дамы. Его все, почему-то боялись, а Ада с ней здоровалась. – А-а-а-у-у-уо!! – завыли привидения. Ада поняла, что так общаться невозможно. – Мы можем попробовать общаться через зеркало, – сказал Гискар, положив руку Аде на плече. – То, которое мы вчера нашли на пляже. До сих пор удивляюсь, как зеркало мэтра Наргина там оказалось. Адель кивнула и повернулась к привидениям. – Не могли бы вы последовать за нами? Тогда мы могли бы поговорить.

В Погорелом театре день не задался с самого утра. Уже на подходе Морис услышал громкий женский голос, читающий кому-то нотации. Похоже, что маэстрину Ольгу кто-то явно достал. А, войдя в театр, Морису сразу стало ясно, кто именно!

В свое время Ольга все-таки послушалась совета маэстро Карлоса и перестала набирать в уборщицы несостоявшихся актрис. Однако когда это кадровая политика маэстрины отличалась разумностью? Ибо из всех кандидаток, пришедших устраиваться на это место, (то есть из целых двух претенденток) совладелица театра взяла на службу вовсе не уборщицу со стажем, когда-то успешно работавшую в Департаменте Безопасности, однако захотевшую сменить сферу деятельности на что-то более позитивное. Нет, работу получила ее старая знакомая – бывшая Ольгина служанка из дворца! Любой нормальный руководитель, во-первых, вспомнил, сколько будет мучений с этой Неуловимой. Во-вторых, сообразил бы, что несусветная лень этой особы, скорее всего, и привела к ее увольнению с прежнего места работы – ибо только Ольга могла терпеть ее хроническое отсутствие и чувствовать себя виноватой, когда что-то ей поручала. А после Ольги служанка попала в услужение к Эльвире, быстро научилась ходить строем и вскоре уже собирала вещички. Однако эта история была рассказана на собеседовании совершенно в ином ключе и так жалостливо, что маэстро Карлос в сердцах только плюнул, а сердобольная Ольга не смогла отказать своей старой знакомой…. Хотя сама совладелица театра объяснила всем свое кадровое решение просто – «Я точно знаю, чем нужно ей угрожать, чтобы заставить ее работать!». Увы, отмазка оказалась слабой. С прошествием времени старые заклинания переставали действовать, и Ольге приходилось искать все новые и новые обороты, призывающие небесные кары на голову нерадивой сотрудницы!

Вот и теперь она совершенствовалась в ортанском, рассказывая, как именно проведет служанка ближайшие выходные с тремя гоблинами! Стоявший неподалеку невозмутимый товарищ Кантор попытался было дополнить этот красочный образ более конкретным описанием некоторых возможных поз этого викэнда, заставив этим почтенную совладелицу театра прикрыть рот кулаком, чтобы не расхохотаться.

Воспользовавшись неожиданной паузой, уборщица попыталась оправдаться. -Ну, не брала я эти зеркала! И не била их, и осколки не прятала… Однако это ей не помогло. Наоборот, суровая правда жизни вернула Ольгу из богатых закоулков ее воображения на грешную землю, заставив на время позабыть о гоблинах, и сосредоточиться на более реальных вещах.

-Нет, объясни мне? Как из всех гримуборных могли исчезнуть зеркала? Дракон слизал что ли? А ночью тут была только ты и ночной сторож!

При упоминании о стороже (молодом человеке лет 25 с внешностью героя-любовника, однако не умеющего запомнить даже три строчки текста) уборщица почему-то покраснела. А товарищ Кантор ясно представил, как именно воспользуется Неуловимая полученной от него только что лекцией….

Ольга тоже поняла это, а также то, что правды от бездельницы она не добьется. И хорошо, что театр лишился только зеркал, а то с таким занятым сторожем и трудолюбивой уборщицей они могли лишиться и всего театрального имущества. Представив, что бы сказал на это совладелец театра, а заодно, сообразив, что если ему станет известно об этой истории, театр ждет немедленная инвентаризация, что незадолго до премьеры – верная гибель, Ольга решила всеми возможными способами замять этот скандал. Или, во всяком случае, свалить инвентаризацию на верного бухгалтера, стоявшую тут же.

Вывалив на голову Зинь это «радостное» известие, Ольга вместе с Кантором отправилась успокаивать разбушевавшихся артистов. Причем Диего просто стоял рядом с владелицей и осторожненько поигрывал лондрийским пистолетом, тем самым, пресекая на корню все возможные возражения расстроенной богемы. Куда сбежала уборщица – неизвестно, возможно, чтобы записать (или зарисовать) какие-то ярко запомнившиеся моменты из слов Кантора.

Оставшись наедине с Морисом, Зинь подошла к нему поближе и тихонько произнесла. -Докладывает агент Ха Танг, передай в Контору. В Даэн-Риссе происходят странные события. Из слабоохраняемых нежилых домов в массовом порядке пропадают зеркала. Ограблен склад купца Амальгаммуса, украдена целая партия зеркал, предназначенных для перестройки галереи королевского дворца. Некоторыми охранниками замечена магическая активность…. Согласно недостоверным источникам – драконьего происхождения. -Драконьего? – удивился Морис. – И вообще, зачем вы мне это говорите? -Получен тайный приказ секретаря Конторы Люксории разузнать о наличии таинственных событий, связанных с драконами. Связь поддерживать через вас. – Ха Танг сделала серьезное лицо, но тут же расхохоталась. – Ну, как? Могла бы я сыграть роль шпионки и двойного агента? Эх, единственная роль, которую я могла бы сыграть!

Девушка с легкой улыбкой взглянула на Мориса, и ему почему-то захотелось сделать главной героиней следующей пьесы хинскую шпионку.

В воздухе запахло весной. Вернее сказать не весной, а ее предчувствием, ожиданием. Как то по особенному пел ветер в пальмовых листьях, задорно шелестел песок на пляже и весело зазвучал плеск волн. Первым новые веянья эфира почувствовал седой ворон. Обгорелый подрывник расхаживал вдоль линии прибоя и говорил сам с собой: - Я стар-р-рый саперрр и не знаю слов любви. Но ваши вор-р-роные кр-рылья пор-разили меня. О, вы динамит моей души. Тр-р-инитротолуол моего сер-рдца. Вы мой аммонит. Он повернулся к псу и спросил: - Ну как ты думаешь, пррокатит? - пес махнул пару раз хвостом - И я того же мнения. Эта птичка стоит того! Внимательно осмотрев обгорелые перышки ворон пробормотал: - Шрамы и морррщины - украшение мужчины. Ну, я полетел! И, расправив крылья, взлетел ввысь. - Я верррнусь. - донеслось с высоты. А шаловливый ветер раскопал и поднял смятый листок бумаги, на котором было выведено всего четыре строки:

А когда по весне тюльпаны Вновь окрасят пурпуром рассвет Про тебя сложит новую песню Счастливый, влюбленный поэт.

Вид сидящей в любимом кресле Витуса воинственной эльфы в форме мог остановить не один десяток драконов… Но драконов как раз не было, как и прочих противников, и Кано откровенно скучала. Она лениво перелистала несколько бумажек, которые валялись на столе, потом залезла в ящик стола, нашла шоколадку, с удовольствием ее съела… потом заглянула в следующий ящик… Старая тетрадка привлекал ее внимание своей заброшенностью. И откровенной чужеродностью – в этой Конторе не могла завестись такая простенькая разлинованная тетрадка из далеких лет, когда она металась по миру в поисках пропавшего сына…. Кано закурила и открыла ее на середине. « Когда пропал огонь, дотла испепелив все, чем я был, меня просто не стало. Как и моего мира. Я не хотел никого видеть, и просто исчез. А какой-то крохотной деревушке попытался спрятаться от мира и от себя… Только разве можно спрятаться от себя? Я решил, что мой путь – путь Воина, и взялся за меч… Но враги оказывались вовсе не злодеями, и чаще, чем мечом, я уговаривал их словом.. ветряными мельницами, враги становились … нет, не друзьями, но … они приходили. Люди, которые приходили – они оставались…, и хотелось, чтобы все ,все было по-честному… Короче, это не я придумал рыцарей круглого стола, так получилось… и я опять оказался втчнут в какую-то странную историю с любовью прекрасной дамы, безнадежностью и борьбой за власть… Мне этого было не надо, и мы бежали дальше, уходя от людей… Потом я стал искать истину и бога – поначалу, как учили – в себе… Я познакомился с Фрейдом и Юнгом, я выучил все, что касалось себя-родителя, себя-ребенка, себя-взрослого…. Но я просто научился отличать своих гусей от настоящих, и понял, откуда растут их крылья… Но ни истины ни тем более бога так и не нашел. Тогда я вспомнил, что бог – это любовь. Но любовь – она как зеленый заяц приходит и уходит сама, а все остальное – лишь суррогаты… Они на какое-то время согревают постель и даже сердце, но потом…… неразделенная страсть – она приносила только боль, а разделенная… скоро становится скучной обязанностью. Я стал искать бога в других людях. Я шел в проповедникам, создавая себе кумиров. Но они зачастую оказывались шарлатанами. Нищие духом так и оставались нищими, и в огромной толпе мне порой не с кем было перемолвиться словом… Единственный, кто понимал меня и говорил со мной – был мой кот. И я ушел от людей… Я пришел к гномам, творящим истинные чудеса.. Я стал учиться и достиг вершин… Но для гномов важен не результат, а сам процесс созидания и реальная конкретная польза от созданного. А я- всего лишь человек, мне было нужно все… И сразу. И тогда я выбрал самых огромных и сильных, самых прекрасных обитателей Дельты. Я пошел к драконам. И там я понял, что нет единой истины и нет единого бога. Потому что я – человек, потерявший огонь, был более свободен, чем самый прекрасный дракон, для которого не было ничего важнее, чем отражение в зеркале. А ведь когда-то они были волшебными, сами драконы, и через их страну, на Дельту проникали волшебство и фантазия, они проходили сквозь зеркала, и были доступны каждому… А теперь только драконы смотрятся в зеркала, подтверждая свое существование по закону экзистенционализма И когда я впервые испугался, что если закрою глаза, то мир вокруг исчезнет, я ушел от драконов. Я перестал искать бога и истину. Я попытался просто жить. Так, чтобы не было стыдно перед собой и перед своим котом!»

Кано закрыла тетрадку и покачала головой: «Бедный мальчик, сколько намудрил! А ведь мы с отцом сто раз говорили ему – ищи в собственном сердце! Да, ты можешь ошибаться! Но это будет твой бог, и твоя истина!» Хотя… это такая старая тетрадка… мой мальчик повзрослел… Эльфа взглянула в окно, где сотрудник конторы решали что-то жизненно важное, оглядела стены Конторы, задержав взгляд на знаменитом портрете, и сама себе кивнула: « И поумнел».

На пляже послышался шум и какая-то возня. Кано насторожилась – Ушастый не мог прийти так рано и так тихо, он придёт с помпой и воплями… Но на всякий случай решила выглянуть из окна. Картина маслом «Возвращение блудного сына». Не сдержавшись, она проговорила себе под нос несколько распространённых русских выражений, после чего перешла на родной синдарин. - Сынок, радость моя! Как хорошо, что ты нас посетить решил! Не мог бы ты подняться сюда поговорить с мамой? – и вежливо улыбнулась. Несмотря на солидный возраст, у попутчика появились нехорошие предчувствия…

Кано ходила по кабинету взад-вперёд, пожёвывая неприкуренную сигарету. - Нет, ну я всё понимаю… Но… Но как бы тебе сказать… В общем, чтобы цензурно. Я понимаю, что ты давно взрослый, и всё такое. Что партнёр у тебя, подчинённые, дочь, опять же – кстати, ты бы задумался, где она пропала… Но, блин, предупреждать мать надо! Нервы –то не казённые, я уж про сотрудников и младших молчу… Эльфа наконец остановилась, взъерошила волосы, вынула изо рта сигарету и удивлёно на неё посмотрела. Покачала головой, подожгла, прикурила. - Всё же. Рассказывай давай, гуляка, где вы там и чего нагуляли, пока ваши сотрудники от Ушастого отбивались… А намерения у него вполне себе серьёзные. Не случись тут меня, было бы куда сложнее… Кстати, он и сам может прибежать вскоре. Так что ты не стесняйся. Рассказывай. А мешок от меня с папой я тебе потом выдам, - хмыкнула эльфа, присаживаясь на стол Витуса и глядя на попутчика

Время: давно прошедшее

Если даже Фаэль исчезла именно с пляжа, то установить так ли это не получится. За ночь ветер занес все, что не затоптали вчера. Единственным ключом могло бы оказаться зеркало, которое раньше стояло у шефов в кабинете. Но его таскали туда-сюда, и трогали все кому не лень, а потом еще и протерли. Если там и были отпечатки пальцев, то теперь распознать их совершенно невозможно.

Вернувшись с пляжа, я застал в помещении конторы двух женщин явно нечеловеческой наружности. Одна из них оказалась матерью шефа.

Ближайшие сорок минут оказались заняты приведением остальных обитателей конторы в боевое настроение. Что ж, при наличии наследницы можно не опасаться судовых исполнителей и полиции. Что в остатке? Силовое решение. Но тут им придется действовать осторожно, или я, наконец, смогу на ком-то отыграться за гнусные проделки Маурисио, Нагрина и его внучка.

Неожиданный шум моторов с пляжа показал ошибочность моих предположений о том, как может действовать Ушастик. К нам ехали несколько броневиков. Доннер-веттер! В первый момент я решил, что у нас очень крупные неприятности. К счастью, ожидания не оправдались. Вместо того, чтобы, прижав нас пулеметным огнем штурмовать контору, эти идиоты выстроились свиньей и двинулись через единственную дверь. Уже легче. Все засуетились, и я не уследил, как Люксория опять нашла неприятности на свою голову. Где-то раздобыв еще один магазин для AUG Para, она высунулась в дверь и начала стрелять. Я не знаю, почему ее не застрелили, могу лишь предполагать, что солдатам был отдан приказ - не стрелять ни при каких обстоятельствах. Ситуацию спасла Ханаэль, кинув в нападавших результат какого-то очередного своего эксперимента. Судя по результату - хорошо, что на Дельте не слышали про Женевскую конвенцию 25-го года. Апофеозом избиения оказалось сожжение броневиков, и я рад, что там никого не оказалось. Иначе, увидев горящих живьем товарищей, газ там или приказ, но оставшиеся просто прикончили бы всех нас. Даже такие лопухи. Это же надо, оставить боевые машины без водителей.

Когда все слегка стихло, и ветер унес остатки газа, я спустился на пляж, собрать трофеи. В сухом остатке – полтора десятка штурмовых винтовок из моего будущего. прошлого. того времени, которое я не застал. Пункт. К винтовкам. нет, судя по длине ствола карабинам , удалось насобирать боеприпасов на 4 боекомплекта, все остальное солдаты унесли на себе. Поскольку времени озаботится оружейным ящиком уже не оставалось, на встречу с драконами я отправился предварительно разрядив и закрыв оружие у себя в комнате.

Зачем было тащиться именно в горы, я так и не понял, но в этот раз не я музыку заказывал. Встреча с драконами прошла в дружеской обстановке, разве что ее нельзя назвать теплой, в горах было холодно. По результатам беседы мы узнали, что шеф и босс работают над очередным заданием, и это хорошо. С другой стороны, такой способ уезжать в командировку является очень накладным. Я представил себе, что вытребует себе Люксория с начальства когда они вернутся. А нечего улетать без предупреждения.

Сразу по возвращении я получил странный приказ: пообщаться с жителем озера Лох-Несс. Если учесть что его существование не подтверждено, и то, что я не могу попасть на Альфу, то задача получается интересная. Настолько интересная, что можно и дальше притворятся, что я не знаю о том, что формально Люксория не имеет никакого права отдавать мне приказы. На всякий случай я прихватил карабин в разобранном виде.

Поскольку раздобыть Папюса на Дельте не представляется возможным, мне пришлось вспоминать все, что я когда-либо слышал о ясновидении. Получалось не очень, всякая экзотерическая чушь и моя обычная деятельность не пересекаются. Был один случай, но как оказалось, обыкновенная свинцовая пуля отлично пробивает "заколдованную" одежду. Даже эпизод с вампиром меня не убедил. Какая же это магия, если смена свинца на серебро отлично решает все проблемы.

И тут я вспомнил о том, что теперь у меня есть, у кого посоветоваться. Быть того не может, чтобы Насерат не знала кто есть кто в магических делах.

Мне повезло: Насерат не уехала на гастроли, не ушла на репетицию, а скучала дома. Когда я рассказал ей о том, что у нас происходит и своей задаче у нее даже глаза загорелись. Еще бы! Пропажа попутчика и знаменитого адвоКота, наезды Ушастика, броневики на пляже, визит к драконам. а теперь еще и необходимость в магии для общения с существом из другого мира, притом, что неизвестно, есть ли это самое Несси, или нет. Что-то мне подсказало, что после этого приключения скучать она не будет, а вдохновение к ней точно вернется.

Моя предусмотрительность оправдалась, маги за свои услуги требовали весьма значительной оплаты. Тогда мы отправились продавать карабин. Быстрее закончить глупое пререкание по поводу стоимости оружия удалось с помощью избитой фразы время - деньги . Мол, чем дольше они будут торговаться, тем больше мы будем требовать.

С деньгами в кармане можно было начинать обход специалистов. В зависимости от школы все они выдвигали разные требования. Одной требовался волос, и никак иначе. Ну где я ей достану волос существа, которое неизвестно есть ли вообще? Другой хотел знать точное время рождения, или хотя бы день. Судя по фотографии, которая наделала столько шуму в 35-м, Несси родственно динозаврам, плезиозаврам, если быть точным. Когда я сказал, что могу лишь предположить что оно возможно бессмертно и возможно имеет возраст 100 миллионов лет плюс-минус несколько, нас попытались выставить силой, сопровождая это самыми нелестными эпитетами. Пришлось достать револьвер и напомнить, что вежливость окупается. Насерат смеялась. Впрочем, в тот раз мы сэкономили на оплате. Дальше было еще хуже.

Лучше всего дела пошли с магом, о котором Насерат сказала, что он практикует некромантию. Все было отлично, пока он не выяснил, куда именно надо отправить посланца. Пишется Айртон, читается Бен Джойс, посланец явно был демоном. Узнав, куда нужно попасть демон наотрез отказался. Уперся рогом так, что магу удалось выторговать бесплатную услугу, только, чтобы он не посылал демона туда. Маг остался доволен, я – нет. Насерат смеялась.

Бестолку проходив целый день мы добились лишь того, что стоило нам подойти к лавке или конторе сколь ни будь способного мага, как она внезапно закрывалась. Дурная слава бежит. Да, похоже, теперь маги будут обходить меня стороной, как странного типа . Насерат смеялась.

Вышел из ситуации я весьма простым образом. Я решил что, несмотря на отсутствие явной магии на Альфе, ясновидящие там все же случались, раз не все из них были разоблачены как шарлатаны. Это оставляло некоторую надежду. Мы купили книжку "Гадание для начинающих" под редакцией некоего Альтшуллера. Явно нездешняя фамилия давала шанс на то, что книжку написал переселенец, и она мне подойдет.

Во вступлении автор вывалил кучу незнакомых имен, но подтвердил гипотезу об альфовском происхождении. Дао и Кастанеда, шаманы эвенков и друиды – смесь получилась гремучая.

Начали мы с разделения ролей. Угадайте с одного раза, кто оказался медиумом. Верно, я. Насерат заявила, что это мужское дело – лезть без разведки не пойми куда и доставать оттуда золотые крупицы знания. Следующим этапом было расширение сознания. Поскольку раздобыть пейот не представлялось возможным, мы методично перебрали местные препараты. Фанга была сразу мной забракована. На вопрос Насерат "почему", я ответил, что точно знаю, на Альфе такого нет. Пудру мы отбросили по той причине, что она не вызывает требуемого состояния. Из того, что было у Насерат, остался опиум, но у меня к нему еще по старой жизни негативное отношение. Интересно, зачем она хранит всю эту дрянь? Что она сама всем этим не пользуется и так видно. И не приторговывает, иначе бы за все время кто-то бы точно явился за новой дозой. Так и не определившись с препаратом, решили пока попробовать без ничего, а там видно будет. Я долго пытался сообразить, что же использовать в качестве образа "резервации чудес", пока не вспомнил, что Люксория чудесным образом достает патроны к AUG Para. Насерат смеялась.

Нерешенные вопрос о способе расширения сознания нашел кажущееся решение в методе под названием "умерщвление плоти". Почитав детали, мы решили, что длительное голодание или отказ от питья не соответствуют требованию получения ответа прямо сегодня. Точно так же пришлось отказаться от сенсорного голодания, это тоже оказалось длительным занятием.

Наконец остановились на "методе с концентрацией взгляда", в нашем случае с помощью зеркала. Это олжно было сработать, ведь вероятно, что исчезновение Фаэль тоже было связано с зеркалом. Пол часа рассматривания собственного лица в зеркале так и не дали никакого эффекта. Впрочем, судя по описанию, это требует значительного опыта. Не наш случай. Но, похоже, неудачи никак не могли испортить настроение Насерат.

Пролистывая книгу мы наткнулись на метод сенсорной перегрузки. Если это годится для неопытных шаманов, то и нам сгодится. Наконец я решился на применение крайнего средства – в дело пошло вино. Ненавижу алкоголь . Насерат випила со мной.

А вот дальше, после нескольких неудачных попыток подряд, я согласился на то, что Насерат сама будет решать, что и как применять. Зря. Как потом выяснилось в дело пошла забракованная первой фанга.

Очнулся я лишь через несколько часов. Да, давно со мной такого не приключалось. Впрочем, это был не худший способ отметить провал попыток "выйти в астрал". Главное, что Насерат осталась довольна.

А потом. А потом, когда я заснул, мне приснилась Несси. Вместе с Насерат. Мы устроились в уютной темноте на глубине 210 метров и Несси нам рассказала удивительную историю. Она рассказала, что магические существа в последнее время ведут себя странно. Раньше им было душно в мире, где в них почти никто не верил. Но в последнее время, как будто кто-то открыл окно - магические существа почувствовали небывалый прилив энергии. Они даже могут появляться перед людьми и люди их замечают. А это значит, что грань между миром людей и миром фантазий становится тоньше. И я почти поверил, хотя больше внимания все же получила Насерат. Как она красива и грациозна под водой.

Утро меня добило. - Курт, ты бы мог быть по вежливее с Несси, она ведь тоже женщина, а ты почти все время только на меня внимание обращал, - сказала мне Насерат. - Несколько не мой размер. Донер-ветер, получилось.

Солнце, утро, я подхожу к Конторе. Интересно, что скажет Люксория после того как услышит отчет?

Великие дела лучше начинать с утра. И с чашки крепкого кофе. -- Мам, только ты сразу не начинай воевать, давай сначала попробуем договориться, а? -- Невыспавшаяся эльфа сурово посмотрела на сына. -- Нет, он меня еще учить будет! Подскочила к попутчику и попыталась дать подзатыльник. Но не достала, и рассердилась еще сильнее. Наклонись. Вымахал тут! Попутчик уже практически склонил голову, когда тишину пляжа разрезал далекий пока рокот машины… -- -- Приехал, -- констатировал попутчик. – Ладно, мама, ты пока тут покури, а я пойду встречу братца… На пляж перед конторой выехал огромный белый лимузин в сопровождении крутых байкеров . Попутчик присмотрелся – ни фига, не крутых, вместо серьезных цепей – декоративные цепочки, полосатые хейры, панковские прикиды… Попутчик вышел на крыльца, прислонился к косяку, скрестил на груди руки. Незаметно за спиной пристроился непонятно откуда взявшийся Курт. Лимузин затормозил, дверца открылась, и из него показался Великий и Ушастый… Он застыл, увидел попутчика, но через мгновение гордо выпрямил спину, и напомнив себе, что он – мужчина и воин, шагнул навстречу. Курт на всякий случай проверил пистолет, попутно ответив, как похожи братья – непокорные кудряшки, надменно вздернутые подбородки… только уши у попутчика совершено нормальные. Да прическа более спокойная… ну, и уверенности в себе как-то больше… Возраст, опыт… -- Спокойной, Курт, это не война, это просто переговоры, -- почти неслышно прошептал шеф. И телохранитель ему как-то сразу поверил.

-- Ты живой! – Ушастый подошел почти вплотную, и его реплика прозвучала немного по-мальчишески, с какой-то затаенной обидой. – А дедушка сказал… -Здравствуй, брат! – улыбнулся попутчик. – Ты больше дедушку слушай, у него давно старческий маразм…Или он просто привык видеть худшее. -- А где ты тогда был, что тебя искали по всем мирам? – с любопытством спросил Ушастый. -- Давай, пройдем в кабинет и погорим, -- попутчик опустил руку на плечо Ушастого, и подтолкнул его к двери. -- Кур, распорядись тут, чтобы великие воины моего Ушастого брата беспорядок не нарушали ,и все было тип-топ. А мы пока пообщаемся… на высшем уровне. Курт попытался было взглядом объяснить шефу, что это полный идиотизм оставаться наедине с врагом, когда есть подготовленный телохранитель… Но, словно услышав его мысли, шеф улыбнулся и легко добавил, -- У нас будет очень семейный теплый разговор И братья зашли в контору.

Шеф разговаривал в кабинете с Великим и Ушастым. Он, кстати, оказался совсем не страшным, а даже наоборот – очень милым. И нафига ему было начинать всю эту бадягу с выселением конторы? Люкси пребывала в состоянии эйфории. Шеф вернулся! Ура! Теперь она больше не главная! «Кто бы мог подумать, что командовать на самом деле так сложно, - думала девушка, садясь за свое рабочее место и уже почти забытым движением доставая из верхнего ящика пилочку. – Нужно все время быть серьезной, за всех отвечать, и вести себя так, чтобы тебя слушались. Адский труд! Не удивительно, что шефы все время коньяком лечатся…» В этот момент она краем глаза заметила какое-то странное движение в углу комнаты. Там, где стояло Наргиново зеркало. Люкси встала, осторожно подошла поближе (Ну вот! Всего на пару дней стала серьезной, а теперь это не проходит! Как же теперь избавляться от этих вредных привычек: осторожности, внимательности и прочей ерунды, только засоряющей сознание?). В зеркале порхали родные конторские привидения. Причем вид у них был такой довольный, что их необычные цвета стали еще ярче. Люкси полюбовалась немного, как они переливаются всеми оттенками салатового и фиолетового, и спросила: - Вы чего в зеркале делаете? - Мы были в стране фантазий! – хором сказали привидения. – Там так чудесно! Так волшебно! Так сказочно! А еще мы там устроили себе медовый месяц… Привиденьица премило засмущались, а Люкси задумалась над тем, что уж больно часто и из разных источников они в последнее время слышат об этой стране фантазий. Может это намек? Но намек на что? - А еще мы там встретили Фаэль и вашего зеленого зайца, - продолжили привидения. – С ними все в порядке, но они не могут вернуться. Не знают как. - Что значит, не могут? – удивилась Люксория. – Вы же вернулись! Взяли бы их с собой, если у них у самих не получается. - Это невозможно, - фиолетовое привидение покачало головой, а салатовое скорбно вздохнуло. – Фаэль заблудилась в сказках и не может выйти, пока расскажет сказку до конца. Такой закон. А мы решили остаться там, пока у нас не закончится медовый месяц. Нам пора… - Погодите, - крикнула Люкси, - что значит рассказать сказку до конца? Но привидения уже растаяли без следа, а в гладкой поверхности зеркала отражалась только приемная. _________________ Женская логика подчиняется принципу двойственности, а так же законам от противного и очень противного.

В дверь стучали, наверное, уже в третий раз…. Значит, придется открывать, хотя лучше всего было притвориться, что меня нет дома. Потому, что герцогиня никак не могла решить, заколоть ей неверного любовника или отравить…. Ну, что вы стучите?! Сейчас уже иду…. У меня тут герцогиня, а вы…. Главное, стучат так аристократично, сдержанно, но неизменно настойчиво…. Ну как же она его пристукнет? А в такой атмосфере ничего, кроме кувалды на ум не приходит! Нет, это герцогине вряд ли по силам…. Да иду я. И Морис оторвал голову от четвертого акта пьесы, который он переписывал, наверное, уже третий час! Тим периодически хандрил, очевидно, никак не придя в себя после стресса на пляже. Вот и сейчас котенок свернулся в клубок на кровати, делая вид, что дремлет, не желая никак реагировать ни на мучения герцогини, ни на стук в дверь. Еще раз вздохнув, Морис поплелся в прихожую.

На традиционный вопрос «Кто там?» (чтобы какой-нибудь студент с топором, если бы это был он, имел возможность представиться) из-за двери раздался неожиданный ответ. Знакомый старческий голос произнес: -Простите, я хотел бы поговорить о вашем музе!

Подавив первое изумление, Морис бросился открывать дверь, и господин Гискар был тут же проведен в комнату и после некоторых церемоний усажен в единственное кресло. Сам же хозяин дома расположился на кровати, заняв позицию между гостем и объектом его интересов, невольно загораживая Тима от возможных притязаний посторонних.

После нескольких минут взаимных реверансов и заверений в уважении (которые позволили сторонам убедиться, что они принадлежат к одной породе «хомо излишневежливус», к обоюдному сожалению, вымирающей), маг и бард-алхимик подошли, наконец, к теме разговора…

Морис не знал, что ему делать, восхищаться рассказанными историями – ибо все было слишком заманчиво и невероятно, чтобы оказаться неправдой: странный очаг девочки, таинственное существо и надпись на стене, невероятные идеи привидений и единорогов, пропавшие зеркала драконов, дорога в страну Фантазий – или корить себя за то, что он все это пропустил. А ведь обещал бывать в Конторе, а сам спихнул девочку с огромным количеством проблем на друзей и опять погрузился в свои закулисные дела!

Но, главное, получалось, что все последние события в Конторе как-то взаимосвязаны. Исключение составляли лишь БТР-ы Ушастого, но эта история, хотя и позабавила, но к основной линии событий не относилась. И центром всех событий становилась таинственная страна Фантазий. А путь в нее открывает муз, зеркало и солнечный луч…. Маг только качал головой, соглашаясь с выводами собеседника. Воодушевленный, Морис вытащил из старого шкафа бутылку хорошего вина, порадовался похвалам о гостя о его букете, и, медленно попивая чудесный напиток, продолжил рассуждения.

-Значит, вы пришли ко мне из-за Тима, мэтр? -Ну, не только! В основном потому, что вы должны знать, что происходит с вашей племянницей, - с легким укором произнес Гискар, - близкими нельзя пренебрегать, поверьте мне…. Оба собеседника недоговаривали, что не мешало им понимать друг друга с полуслова. Поэтому, насладившись потупленным взглядом недостаточно сознательного дяди, старик поспешил сменить тему разговора. -Но и с вашим музом мне бы хотелось поговорить.

Морис обернулся и увидел, что Тим давно не спит. Шкодливый котенок вылез из-за спины и внимательно разглядывал гостя. Спокойно, не нервничая и не волнуясь так, как на пляже из-за присутствия Адель.

-Я не знаю, почему он так реагирует, - заволновался Морис, - однако я никак не могу уговорить его пойти со мной в Контору. Он явно боится чего-то, и переубедить его у меня не получается. Поэтому мой муз вам не поможет. -Однако он может сказать, почему? Вы ведь как-то общаетесь с ним. -Да, если он хочет ответить, то общается телепатически. Знание как будто само возникает у меня в голове. И в последний раз он ответил мне, что он чувствует чью-то боль. Сильную боль. Возможно, боль этого таинственного муза Ады. Как я понимаю, он был бесформенным и ничего не мог, пока девочка не начала рисовать. Но ведь такого не бывает. Если человек лишается огня, муз обычно уходит. Простите, мэтр, - спохватился Морис, - я не читаю вам нотаций, я просто рассуждаю вслух. -Что вы, я не обиделся, - спокойно произнес Гискар. – Наоборот, я рад, что мы с вами так понимаем друг друга. Именно поэтому я и пришел. Я думаю, что здесь какая-то магия. Темная магия, которой в то время, когда я практиковал, не было….

Азарт ученого, столкнувшегося с интереснейшей задачей, был буквально написан на лице старика, и Морис поспешил уточнить одну важную вещь. -Но почему о своих выводах вы не рассказали там, в Конторе – ни Люксории, ни Ханаэль, ни Елене?

Старик внимательно посмотрел на него. -Понимаете, молодой человек, я – не командный игрок, и никогда им не был. Я предпочитаю решать проблемы своим методом. И в моем возрасте меняться поздно. Кстати, мы с вами в этом похожи. -Не думаю, мэтр, - с волнением возразил Морис, - у меня есть друзья, которые готовы меня выслушать и поддержать. И в последнее время я только убедился в этом. -Хорошо бы, чтобы вы могли об этом сказать всегда, - спокойно произнес Гискар, - во всяком случае, я этого вам желаю. Однако сейчас я могу рассчитывать на вашу помощь? Пожалуйста, расскажите мне побольше о вашем кузене, с магами каких Школ он связан, все, что знаете. И прошу вас никому не говорить о моем интересе….

Морис в последний раз с сожалением посмотрел на письменный стол за спиной гостя и понял, что о герцогине придется на время забыть, а маэстро Карлос завтра будет вынужден удовольствоваться кувалдой. -Ничего, некоторые фантазии Юста он уже воплощал, справится и с этим. Он же режиссер, значит все равно сделает по-своему, не считаясь с написанным, – с усмешкой подумал Морис, одновременно мысленно помахивая рукой нерешительной герцогине и возвращаясь к гостю и его идеям.

-Значит так, мой кузен Адольф….

Мэтр Гискар, прихрамывая, вошел в Контору и изумился стоящей в ней тишине, которая должна была поразить любого, вхожего в этот дом, своей непривычностью. Никто не шумел, ничего не взрывалось. Контора казалось просто необитаемой и от этого какой-то странной…. Как тело, из которого ушла жизнь. В отличие от многих обычных людей, для мэтра такая ситуация была вполне обыденной, можно даже сказать рабочей. Поэтому он как опытный патологоанатом (во всех смыслах этого слова) принялся осматривать Контору для постановки самого точного – посмертного диагноза. Увы, причина обнаружилась быстро – зеркало мэтра Наргина лежало на окне, поглощая лучи солнца, стремящегося к закату…. Мэтр тихо выругался словами, которые не вспоминал последние лет четыреста, и невольно уронил зеркало, от чего оно все покрылось мелкими трещинками. Вспомнив очередное проклятье, мэтр быстро, как только мог, выскочил на улицу.

Первым делом нужно было получить окончательное подтверждение версии, что сотрудники Конторы в полном составе ушли в страну Фантазий. Потенциальный свидетель стоял у ближайшей пальмы и медленно жевал лист обеими пастями, с притворно невинным видом косясь в сторону. Два-три убедительных слова заставили Ден-Дана отказаться от тактики запирательства, и мальчишка довольным голосом подтвердил версию мэтра, поскольку обитатели этого дома по обыкновению спорили довольно громко и при открытых окнах…. До ночи оставалось буквально полчаса, поэтому мэтр Гискар был вынужден совершить самый неожиданный поступок…. «Во всяком случае, за последние двести лет…» - впоследствии жаловался он. Прихрамывая, он поспешил к соседней пальме и принялся расписывать благодатным слушателям все ужасы возможного невозвращения обитателей Конторы из страны Фантазий. Через три минуты один из слушателей нервно всхлипнул, взмахнул голубыми ушами, спустился с пальмы и, подхватив мэтра, устроил его на своей спине….

Любоваться закатом – удел праздных, к коим жители Даэн-Рисса себя никак не относили. Вот почему лишь немногие горожане заметили пожилого мужчину в черном, летящего по небу на голубом слоне. Да и те восприняли видение просто как глюк, вызванный тяжелым трудом (или не менее тяжелым отдыхом в ближайшем кабачке), поэтому не придали ему особого значения.

Так что, на счастье, полет мэтра Гискара вызвал максимум эмоций только у одного человека, ради которого все и затевалось. Это человек всего лишь час назад вернулся к своей непутевой герцогине, которая отвергала все возможные смертельные исходы для некогда любимого человека и с особой кровожадностью требовала чего-то более страшного. Изумрудный котенок, расположившийся на столе в куче бумаг, с нескрываемой иронией поглядывал на хозяина, но помочь ему не спешил.

Внезапный стук в окно заставил Мориса окончательно позабыть о герцогине. Он повернул голову к окну, помотал головой и несколько раз моргнул. Но видение почтенного мэтра Гискара на голубом слоне никуда не исчезло. Наоборот, оно еще сильнее постучало в окно, напрочь позабыв об аристократической сдержанности. Поскольку бутылка вина, распитая с мэтром, не могла привести ни к подобным галлюцинациям одного, ни к столь странному поведению второго, Морис поспешил распахнуть окно и в ответ на короткую команду Гискара «Возьмите Тима и полетели!» в точности выполнил его указания….

До заката оставалось тринадцать минут….

В первую секунду полета у Мориса буквально захватило дух…. Однако внезапно крутой вираж и накатившая тошнота дали ему окончательный ответ на вопрос «Отчего люди не летают так, как птицы?». Придя в себя, Морис только поплотнее прижал к себе Тима, который вел себя совершенно спокойно – наверное, полет духа и полет в небе были для него понятиями схожими, а потому привычными – и попытался вслушаться в то, что ему объяснял Гискар.

-Я должен был им все рассказать, - корил себя старик. – Я-то сразу понял, что такое «Иди сквозь себя» - то есть пройди сквозь свое отражение, познай свою фантазию, свою чудесную суть. Но думал, что они этого не узнают. Да и их муз был слаб. Но самое главное, они воспользовались не тем зеркалом. Я не силен в теории зеркал, но даже я это знаю.

-А в чем проблема?

-Понимаете, это же зеркало некроманта. Одностороннее зеркало. Мэтр Наргин создал артефакт подчинения: он помещал в зеркало духов и он распоряжался их свободой – имеют они право выйти или нет…. Право на выход из зеркала дает тот, кто впустил в него, для этого налагаются специальные заклятия. А ваши друзья сами распахнули дверь одностороннего зеркала и вошли в него. Все, не оставив никого, кто стал бы ключом, окончательно захлопнув за собой дверь! И они не должны даже пытаться выйти через него! Возможно, именно поэтому бедная Фаэль никак не может вернуться! Вот об этом вы их и предупредите, когда попадете в страну Фантазий. И потом, вы должны быть рядом со своей племянницей. А для этого нужен ваш муз и хотя бы один луч Солнца, которое вот-вот зайдет!

-А как же зеркало?

-Можно было воспользоваться обычным двусторонним зеркалом, которое есть у любого человека. Ну, вроде того, что висит в коридоре Конторы. Но лучше всего воспользоваться трехсторонним. И такое зеркало у меня есть. Мы за ним и летим.

-Куда?! – Морис безуспешно попытался перекричать внезапно засвистевший в его ушах ветер, но мэтр Гискар его услышал.

-В бывший дом юного Наргина. Его дедушка после отъезда малыша в Лондру отдал его мне под склад для вещей из моего дома, и помог мне вывезти их перед взрывом, - мэтр слегка смутился, вспомнив о подробностях того, как он лишился особняка. – К сожалению, я не снял ориентиры, как вы понимаете, был не в состоянии… Но адрес запомнил. И мы практически прилетели.

И даже практически сели, как тотчас почувствовал Морис, буквально сползая со спины Степки. Запоры на дверях дома не стали помехой – мэтр неплохо кидал огненные шары. Ворвавшись в дом, он поспешил к старому сундуку, стоявшему в груде всевозможных ящиков, коробок, корзин, диковинных инструментов и чучел. Еще минута, и тяжелое зеркало в бронзовой раме было освобождено от укутывающих его покрывал.

-На нем надпись на неизвестном языке, - отметил Гискар.

Морис взглянул на зеркало и замер. Язык был ему известен, однако вряд ли кто-то из жителей мира Дельта хорошо разбирался в латыни. На зеркале было написано «Одна сторона – для жизни дана, вторая грядет – как смерти оборот, а третья…», но дальше надпись от времени стерлась.

-Это совершенно безопасно, просто трехстороннее зеркало - самое сильное, оно должно вам помочь нагнать своих друзей, - сообщил маг. – Как предупредил меня коллега, уступивший мне этот артефакт в качестве … мммм, оплаты карточного долга…., он опасен только при столкновении жизни и смерти. Учитывая мою специальность, похоже, что коллега пытался таким образом подшутить надо мной. Или напугать меня. Но ведь вам это не грозит! Вспомните – там ваша племянница, там все обитатели Конторы. -А вы не пойдете со мной, мэтр? – спросил Морис. -Ну, кто-то же должен охранять ворота…. И потом, мне не стоит идти в Фантазию. Моя сказка будет слишком страшной. Ну, идите, солнце сейчас сядет!

Гискар распахнул тяжелые шторы, и последние лучи света ударили в поверхность зеркала, отразившись красной дорожкой. Внезапно Тим выпрыгнул из рук Мориса и припустился по ней. Морис поспешил за ним следом, успев вскочить в зеркало чуть ли не в последний момент.

Мэтр облегченно вздохнул. Впоследствии Гискар клялся, что не заметил, как какая-то тень буквально вползла в зеркало вслед за Морисом….

Адель, заворожено глядя по сторонам, шла сквозь зеркальный коридор. Зеркала коридора не отражали как обычные, а показывали пейзажи, потому что были окнами в другой, сказочный мир. По крайней мере, так сказал попутчик. Когда Ада увидела попутчика, ей сразу же захотелось его нарисовать – так он ей понравился. Он был даже еще красивей, чем дядя Морис… Вдруг Франки забеспокоился, и начал тянут девочку в сторону какого-то из зеркал. Там отражалось море, берег и одинокая рыбацкая избушка. – Что такое, Франки? Нам надо пойти туда? – обеспокоено спросила девочка, но муз тянул ее все настойчивей. Она подошла к зеркалу и прикоснулась к нему – поверхность прогнулась под пальцами девочки, лопнула, послышался звон осыпающихся осколков, и она упала в воду.

Первое время она панически барахталась в воде, пытаясь вынырнуть и вздохнуть. Но наоборот делала только хуже. – Успокойся, – послышался голос. – Успокойся и расслабься – вода сама вынесет тебя. Ада подумала, что вода это вещество, которое даже не живое. Но многолетняя привычка подчиняться указаниям сделала свое дело – девочка расслабилась и всплыла на поверхность. Воздух. Почти не веря в это, Ада бездумно дышала. Ей на грудь вскарабкался Франки. Фыркнул и встряхнул крылышками. – Ну вот, – насмешливо сказал он, – А ты боялась. От неожиданности девочка чуть было не отправилась обратно в бездну морскую. – Ты разговариваешь. – она погрузилась под воду и снова вынырнула, рефлекторно гребя руками. – Но так не бывает!! – Бывает, – муз насмешливо фыркнул, паря в нескольких пальцах над поверхностью воды. – Мы в мире сказок, а здесь все бывает! И простуда тоже, – он с тревогой посмотрел на девочку. – Так что медленно, ритмично гребем в сторону пляжа. Разводим руками, толкаемся ногами. Здесь не больше ста локтей, так что ты сможешь.

Как оказалось, вернулся шеф. Это событие превратило Контоу в форменный дурдом. О необходимости сделать доклад я вспомнил только тогда, когда на пляж заявился Ушастик, но было поздно.

Шеф оставил меня присматривать за пижонами сопровождавшими Ушастика. Ничего особенного, разве что интересные мотоциклы. К сожалению, моей задачей было присматривать за ними,и я был вынужден ограничится осмотром от двери. Несмотря на пижонский вид парни оказались не глупые и вели себя прилично. Такое разумное поведение как-то не вязалось с предидущими действиями подручных Ушастика.

Доложить о своих действия я смог только после того, как Ушастик уехал.

Начал я с наиболее скользкого места, с того, как мы с Крайслером сдали подручных Ушастика полиции. Реакция оказалась странной. Вместо поощрения за находчивость или выговора за противоправные действия шеф скзал, что не стоит портить ребенка, чем сильно меня удивил.

Потом я выложил копию контракта и записку Люксории. Я уточнил, что в указаных обстоятельствах, для избежания раскола среди персонала конторы я согдасился делать вид, что подчиняюсь Люксории. Тогда Люксорию поддержали все наличествующие обитатели конторы. Шеф сказал, что я сделал все правильно. Это я и сам знаю. Но вопрос о старшинстве прийдется поднять еще раз, если сейчас шеф избегает этого. Прочитав же записку шеф сказал не обращать внимания, чем опять меня удивил. Надо что-то с этим делать. Или привыкнуть и перестать удивлятся, или бросать контору, пока не поздно.

Эпизод с Несси я свел к сухим фактам - волшебные существа получили возможность легче приходить в наш мир, а мы - в их.

Потом хаос опять сорвался с цепи. Люксория доложила результат общения с привидениями, и мы наконец узнали куда ушла Фаэль. По результатам совещания мы отправились в спасательную экспедицию.

Я был посреди заснеженного дворца. Я знал, что стены дворца намели снежные метели, а окна и двери проделали буйные ветры. Во дворце было больше ста залов; они были разбросаны как попало, по прихоти вьюг. Весь дворец освещался ярким северным сиянием.

Я нахожусь посреди самого большого зала, что простирается на много-много миль. Предо мной лежит замерзшее озеро. Лед на нем треснул и разбился на тысячи кусков; все куски были совершенно одинаковые и правильные, — настоящее произведение искусства!

Я сижу у подножия трона. На нем восседает прекрасная женщина, белоснежная кожа, голубые, как лед глаза, светлые-светлые волосы. Стройная и изящная, как китайская фарфоровая статуэтка.

Который день я все складываю и складываю остроконечные льдинки, я так хочу сложить головоломку. Для нее. Она сказала мне, "Сложи это слово, - и ты будешь сам себе господин, а я подарю тебе весь мир". Но я никак не могу его сложить. Я не зна, зачем мне мир, но видимо так надо. Постоянные неудачи были бы огорчительны, если бы я умел огорчаться.

Вот она встала и ушла по своим делам. "Лимоны, виноград". Я знаю как пишутся эти слова, но совершенно не представляю, что бы это могло быть.

Льдинки снова и снова складывались в слово "Кай". Но ведь это неправильное слово. Нужно другое. "Нескончаемость", "Безграничность"? Нет, все не то. В памяти всплыло хрупкое "синоним". Да мне нужен синоним к тем двум словам. Опять сложилось "Кай".

В поиске слова я решил перебрать их все. Цифр нет. Тогда я обозначил цифры буквами. . "курр" - "Кай" "курс" - "Кай" "курт". " Курт "

Что-то болит внутри. Сильно болит. Доннер-веттер ! В какую передрягу я попал в этот раз? Так, судя по цвету рук и всего остального - пора заказывать гроб. Последняя стадия гипотермии, полное отморожение. Неудивительно, что мне не холодно. Впрочем, есть несколько противоречий. Мыслю - следовательно существую. Спасибо школьному учителю. А при таком охлаждниие я должен быть мертв. Далее, замороженое тело становится как доска и не гнется, а я очень шустро складывал кусочки льда. И само слово "Кай" тоже мне что-то напоминает. Снежная королева. Ну Ганс-сказочник, ну удружил. А может это и не он, а дедушка, что обучал меня читать по сборнику сказок Андерсена.

Надо выбираться отсюда.

Ханаэль замешкалась только на минутку – нельзя отправляться в неизвестное место без минимальных средств выживания. Возможно, для Курта это было оружие, для Люкси – маникюрные ножнички и пилочка, для Альки – ее бездонный рюкзак, для Попутчика… гм, Попутчик и сам – боевая единица сама в себе… Для Ханаэли необходимой всегда и везде была ее аптечка. Отлучившись буквально на несколько секунд Ханаэль уже не застала призрачной дороги в зеркале. Пальцы натыкались на стекло и оно отражало только отчаяние на лице Ханаэли, сменяющееся паникой: опять они ушли черт-знает-куда, опять – без подготовки, но в этот раз – все вместе! Уйти за собратьями по безумию Ханаэль не могла – ну не было у нее никого зеленого в личном пользовании. НЕ БЫЛО. Но это не значит, что Ханаэль сложит лапки и бросит друзей в трудную минуту! И Ханаэль решительно направилась к лаборатории. Пронеслись минуты, часы.. Вокруг сновали сотрудники Департамента Безопасности, храпел драконенок (прости, малыш, придется тебе побыть еще немного дракончиком), сновала туда-сюда Елена, Флавиус требовал пирогов… Наконец встав перед зеркалом у себя в комнате (чтобы не бегать далеко), Ханаэль зажмурилась и проглотила опалесцирующее содержимое пробирки, крепко прижимая к себе аптечку, и начала падать…

… Ханаэли было холодно. Было настолько холодно, что хотелось превратиться в волка и завыть… Но волкам теплее, чем Ханаэли…Она куталась во все, во что могла – в ветра, туманы, снежные вьюги, фантомы… Хани сидела на огромной глыбе льда и ей было немножечко теплее в этом огромном, на многие мили зале, посреди которого было смерзшееся озеро. Лед на нем треснул на совершенно одинаковые правильные льдинки. И мальчик посреди зала пытался озябшими руками сложить из них слово «ВЕЧНОСТЬ». Ханаэль знала, что это невозможно, что малыш замерзнет, как и остальные, что были до него, отдав капельку тепла той, что восседала на троне – ради них Ханаэль нарядилась в фантом прекрасной женщины с белоснежной кожей, голубыми, как лед глазами, светлыми-светлыми волосами, стройной и изящнной, как китайская фарфоровая статуэтка. Если мальчик сложит слово, то Ханаэли не станет, она перестанет существовать и наконец закончится этот безумный холод. Если нет, то мальчик замерзнет у подножия ее трона, отдав последнюю каплю тепла. И нужно будет ждать, пока появится другой… Ханаэль разрыдалась от бессилия. Капельки из ее глаз ссыпались льдинками на пол зала с хрустальным перезвоном. Мальчик вздрогнул…

… Ханаэль бросало из стороны в сторону, все вертелось вокруг… Ханаэль высунулась в окно и, поправив под платок клок седых волос, запричитала противным голосом: - Иван-царевич! Хватит баловать! Избушка у меня чай не новая, триста лет стоит! Пожалей ее, бедолагу, раз уж меня не жаль! - Открывай, карга! – завопил детинушка, сидящий верхом на волке, подозрительно похожий на давешнего сотрудника департамента, животом скорбного (мдя… чего-то я переборщила в микстурке-то…). Из-за детинушки выглянула хорошенькая девичья мордочка…

… от запаха трав у Ханаэли немного закружилась голова. Придя в себя, Ханаэль обнаружила в зеркале не свое отражение, изображение цветущей поляны, посреди которой стоял хрустальный гроб. Внутри гроба спала девица (нашла место!) на розовых подушках. Всем бы хороша девица, кабы не портил ее причудливый (а попросту идиотский!) головной убор в виде ленточки с бантиком. Ханаэли хотелось разрыдаться от радости. Этот ребенок жив! Она уже не знала, как прятать девочку от домогательств ее папаши-извращенца, наделенного к тому же магическим даром. Если уж этот старый хрыч вбил себе в голову неподобающее, то скрыть ребенка никакими силами не было возможно, кроме как объявить ее мертвой. Пришлось повозиться с зельем, которое могло бы ее ввести в состояние анабиоза. Теперь, кажется, все обошлось. Надо прислать гномов присмотреть за девочкой. А самой заняться ее папашей…

-Ну и наряд! – возмущалась Алька, приподнимая подол тяжеленной хламиды, расшитой жемчугом. – Кто сказал, что царевны так одеваются?! Самое неприятное, что сердится-то не на кого! Сама виновата! Вспомнила, что на пляже достаточно было представить себе, во что хочешь одеться, и это появлялось. Решила, что здесь тоже должно работать. Сработало. Но кто же знал, что эта царская одежда такая неудобная?! -Иди уж, Елена Прекрасная, - подтолкнул ее носом Волк, отпихивая в сторону Ивана. – Все-таки с волосками ты переборщила, на мой взгляд! -Вам надо, чтобы этот… как его? – царь, короче, не заметил моего несходства с портретом или нет? – возразила Алька, отбиваясь от успевшего оббежать зверя царевича. – Да убери ты его от меня! Волк снова вклинился между ними. -Раньше мой царевич и так мало соображал, а теперь и вовсе сбрендил! – пожаловался он. – Как он с Афоном разговаривать будет?! -Это его проблемы! – отозвалась Алька. – Как же он мне надоел. -Дальше сами, - скомандовал Волк, прячась за крыльцо царского терема. Из окна высунулось чье-то любопытное лицо, а через минуту из дверей появился сам царь Афон в сопровождении свиты. Люди перешептывались, Иван-царевич молча пялился на Альку. Ей, по примеру Серого Волка, тоже захотелось побиться головой об стену. -Исполнил ты службу, Иван, царский сын? – спросил царь, тоже рассматривая девушку. Реакция царевича отсутствовала. -Иван! – Алька пнула спутника и прошипела: – Представь меня уже дяденьке, и пойдем отсюда! Царь тоже понял, что ему здесь ничего не скажут, и спустился с крыльца. -Ты кто, девица? – глаза Афона заволакивал мечтательный туман. -Елена меня зовут… А-а-а, не смей меня лапать, маньяк! Царя снесло звуковой волной. -Драпаем! – скомандовал Волк, выплевывая из пасти веревку. К другому ее концу был привязан златогривый конь. – Аленка, ты на коня, я беру этого! «Я же не умею ездить верхом!» - хотела сказать Алька, но было поздно: хвост волка уже скрывался за воротами. Пришлось вскакивать на коня и мчаться следом. Благо конь был сказочный и упрямством обычных лошадей не страдал. -Уф, одно дело сделали! - Волк демонстративно вытер лапой морду. Алька уже избавилась от волос единорога, и царевич тоже мог принимать участие в разговоре. – Осталось обменять коня на жар-птицу, и я свободен! Боги, дайте дожить! -Такое чудо – и отдать? – Иван гладил коня по крутой шее, тот, благодушно пофыркивая, тыкался ему в плечо. – Да разве ж можно?! Волк взвыл и попытался закопаться в землю, изображая крота. -Кончай над зверем издеваться! – Алька отвесила царевичу подзатыльник. -Ну, зачем Долмату этот красавец? – Иван сел на землю, повесив буйну голову. – Он же его в конюшне запрет, на замки пудовые, закует в цепи железные! Конь укоряюще посмотрел на Альку и Серого Волка. Те переглянулись. -А что делать! – вздохнул Волк. – Придется помочь! Но только ради коня! Работаем в том же стиле: Иван с конем к главным воротам, ты за птичкой. Клетку не трогай! Мешок возьми. Как только ты возвращаешься, царевич покидает двор. Все ясно? -Сделаем. -Царь Долмат, исполнил я твое поручение, - говорил Иван-царевич, держа в поводу златогривого коня. Тем временем Алька со спины Волка перебралась через стену и оказалась в саду. Клетка с жар-птицей висела на ветке яблони, птичка выглядела понурой и несчастной. -Сейчас заберем тебя, - пообещала Алька. И задумалась: как взять птицу, не дотрагиваясь до клетки, если она (птица) в ней (клетке) находится, а она (опять же клетка) заперта на замок? К золотой клетке вели тонкие металлические нити. -Сигнализация, поняла девушка. – А если мы. Через минуту она уже перевязывала эти струны к веткам дерева. Увидев Альку с клеткой в руках, Волк чуть не скончался от разрыва сердца, однако, не услышав знакомого звона, понял, что не все так плохо. -Садись, - скомандовал он девушке и, подняв морду, завыл. Это был сигнал царевичу собираться. Из ворот никто не появился. -Та-ак… Волк на секунду испарился. -Пьет, зараза! – доложил он возмущенно. – За успех, за птичку, за коня… План придется менять: жар-птицу – на место, коня крадем. -А если царь хочет Ваньку напоить и вместо жар-птицы ему что-нибудь другое подсунуть? -Тоже вариант, - признал Волк, почесав задней лапой ухо. – Тогда клетку отнеси обратно и сунь в нее какую-нибудь курицу. Я за конем. Через полчаса из царского терема показался покачивающийся Иван, несший в руках клетку с экзотической птицей – попугаем. -Волчара, где ты ходишь? – попытался он расцеловать Серого Волка. – Смотри, какая птичка! Ни у кого такой нет! А Аленка где? -В лесу дожидается! – зверь перекинул царевича через спину. – Да уж, хороший царь и тебя выйдет – всегда других на правое дело организовать умеешь…

-Я свободен! Словно птица в небесах… - орал Серый Волк на смутно знакомый мотив. При этом он еще скакал по поляне, кувыркался и вообще вел себя как наруральный щенок. – Я свободен, я забыл, что значит страх! -Ну, прощай, Иван-царевич, - наконец внятно сказал он, кланяясь в пояс. – Пора мне и своими делами заняться. -Это какими же? – осведомился царевич, уже сидевший в седле и только и ждавший разрешения отправляться в путь-дороженьку. -Аленку на встречу с друзьями ее проводить! – хитро усмехнулся Волк, глядя на опешившую Альку. – Али ты думала, что я человека нездешнего не узнаю? Поехали! -Куда? – только и спросила девушка. -Там увидишь!

Ндя… Смотрелись богатыри более чем внушительно. Как только эти семеро великанов вышли из-под тени деревьев, поляна сразу стала казаться маленькой-маленькой. - Ну-ка брысь отсюда, мелюзга пузатая! – рявкнул самый большой из них. Тут бы гномам перепугаться и броситься наутек (куда им против богатырей с их-то габаритами?), но… Как уже отметила Люкси, гномьи морды совершенно не носили признаков интеллекта. Похватав свои кирки и взяв их наизготовку, гномы выстроились в шеренгу напротив одетых в шлемы и кольчуги ратников. - Это наша Белоснежка, и мы ее охраняем! – Ворчун грозно насупился, пытаясь выглядеть внушительно. Возможно, это у него бы и получилось, если бы он случайно не зацепил киркой собственную бороду и чуть не выбил себе глаз. Богатыри дружно заржали, но тут же снова угрожающе зазвенели кольчугами. - Вы охраняли прошлую Белоснежку, теперь наша очередь! А не хотите отвалить по-хорошему, мы вам наглядно объясним одну простую истину: кто сильнее, тот и прав! И те из вас, кто останется в живых, будут завидовать мертвым! - Эй, ты поаккуратнее, - встревожился самый молодой из богатырей. – Это же фраза из другой сказки. Накличешь одноногого Сильвера со товарищи, будет нам тут всем… А если еще и доктор Ливси придет – все. Пишите письма мелким почерком. Он же нас заставит бросить пить, курить, драться и охранять Белоснежек… На лицах всех присутствующих отразился неподдельный испуг, и только Ворчун тупо повторил: - Это наша Белоснежка, и мы ее охраняем! – видимо, ему уже не раз объясняли простую истину… и похоже, ОЧЕНЬ наглядно…

- Ну просто какой-то «Бандитский Петербург», - прокомментировала Люкси. - Скорее уж «Очень тупое кино», - хихикнул попугайчик. – Сейчас посмотришь, как они будут «рубиться насмерть». Люкси недовольно поморщилась. Уж чего-чего, а смотреть на кровавые побоища ей точно не хотелось. И лишь когда противники двинулись стенка на стенку, девушка поняла, что имел в виду ее муз. Правда с одной оговоркой… Битва больше всего напоминала фильмы Чарли Чаплина – гротеск и полный сюр. Богатыри со всей богатырской силушки кулаками в латных перчатках дубасили гномов по косматым головам в разноцветных шапочках. Если бы там были мозги, то не избежать бы гномам сотрясения. Но чего нет, того и не надо. Коротышки только смешно приседали, еще больше напоминая грибочки в расплющенных шляпках. Но сдаваться никто не собирался. Наоборот, гномы усердно молотили противников кирками туда, куда могли дотянуться. А дотянуться они могли только до… В общем, немного ниже пояса. Так что – побеждали гномы.

Схватившись обеими руками за ветку и пытаясь от хохота не свалиться с нее в очередной раз, Люкси почти пропустила появление новых персонажей. На поляну вышел какой-то бледный подросток в сопровождении Серого Волка. Впрочем, в мальчике было что-то неуловимо знакомое. Ну а Волка не узнать было сложно – взгляд, полный сарказма и незлой иронии над собой и окружающими, и усталый голос. - Опять бедлам развели… – вздохнул Серый и даже глаза прикрыл, не в силах смотреть на тупость некоторых индивидуумов рода человеческого и не совсем человеческого. – Совсем распоясались без контроля. Наплевать. что ли, что не мой раздел, и отправить всех к Гиппократу на окопычивание. Гномы и богатыри обменялись испуганными взглядами и мгновенно испарились. А Волк и мальчик беспрепятственно прошли к покачивающемуся среди ветвей хрустальному гробу.

- И вот это и есть принц? – возмущалась Люксория, размахивая руками и рискуя свалиться с ветки. – Вот это вот мелкое и бледное? Да если он сунется меня расколдовывать, меня же в растлении обвинят! - А ты присмотрись повнимательнее, - посоветовал Гриня. Люкси честно присмотрелась, и ей показалось, что пацан вроде уже не такой мелкий, как минуту назад. И в нем по-прежнему ощущалось что-то знакомое. О! Вот вроде еще подрос… Фигасе, глюки пошли! Нужно эту поляну газонокосилкой причесать, а то, похоже, от цветочного аромата крышу сносит не хуже, чем от Ханиного эликсира. - Не узнаешь? – лукаво спросил попугайчик, косясь на девушку черным глазом. - Нет, - честно призналась Люкси и вдруг поймала на себе чуть насмешливый взгляд Волка. - Ну, смотри тогда, - муз мотнул головой в сторону гроба, и Люкси снова вгляделась мальчика. Да нет, не мальчика. Теперь уже юношу, сильно напоминавшего…

- Ну что, Курт, не узнаешь? – Серый Волк повторил недавний вопрос муза, так же насмешливо и немного грустно глядя на парня. – Присмотрись повнимательнее. - Вроде на Люкси нашу похожа, - наконец выдавил Курт. Волк кивнул. – А она что, мертва? Волк только глаза закатил, как бы говоря: думай головой, мальчик. - Погоди, она в хрустальном робу, недавно тут гномы бегали… Это что, сказка про Белоснежку? Серый снова кивнул и легонько подтолкнул Курта мордой поближе к гробу. - И что теперь? – нерешительно спросил телохранитель. - Что за молодежь пошла? Всему-то их учить надо… Расколдовывай давай. Что я с тобой вечно нянчиться должен? Тем более, что вас уже у печки ждут. Курт с сомнением покосился на лежащую в гробу девушку, но вдруг вспомнил, как еще недавно был ёжиком и… Ладно. В конце концов, за ним должок… - Не бойся, не отравлено! – крикнула ему с ветки Люксория. – Тоже мне, прекрасный принц! И вдруг ее снесла с ветки невидимая сила. Она снова почувствовала мягкие подушки, букетик в руках и легкое прикосновение чужих губ к своим. Глаза распахнулись сами, и несколько секунд Люкси просто смотрела на Курта, пытаясь понять, что означает это странное выражение его глаз. А затем она села на атласных подушках и резким движением сорвала с волос осточертевшую ленточку. - Ну наконец-то! – Люкси протянула Курту руки, чтобы он помог ей выбраться из гроба. – Курти, солнце, может тебе Сникерс подарить? А то тормозишь конкретно! Она отряхнула платье от невидимой пыли, расправила складки, а затем повернулась к Волку и быстро чмокнула в нос. - Спасибо, Волчик! Что бы я без тебя делала? Волк удивленно посмотрел на девушку, и вдруг подмигнул и оскалил зубы в улыбке. - Заблудилась бы по дороге к печке. Держи ссылку на карту страны фантазий, а я побежал. Серый хвост скрылся между деревьями, а Люкси недоуменно посмотрела на странную штуковину в своих руках, которую Волк назвал ссылкой. И зачем она нужна? Мог бы и объяснить… Повертев ссылку в руках, девушка зашвырнула ее в ближайшие кусты. Курт охнул и бросился поднимать драгоценную вещицу. Плутать по этому странному месту без проводника и ориентиров ему совершенно не хотелось. - Ты с ума сошла? – недовольно спросил он, пытаясь отцепить колючую ветку от своей куртки. – Ведешь себя как ребенок! - А как, по-твоему, я должна себя вести? – удивилась Люксория. – Чего ты от меня ожидал? Что я брошусь к тебе на шею и рассыплюсь в благодарностях? А потом буду слушаться тебя во всем? Я? Не смеши меня! Ты сам когда-то сказал «сочтемся». Все – мы сочлись. А теперь пошли! И Люкси уверенно зашагала по тропинке между деревьями. - Нам в другую сторону! – крикнул Курт ей в след.

Ада сосредоточенно осматривала фронт малярных работ. Франки плавал вокруг нее, целеустремленно изображая морского дракона. Рыбку такую. – Темная, – наконец вынесла свой вердикт Ада. – И зачем морскому царю картина в таком месте? Он же ее даже разглядеть не сможет! – Может и сможет… – протянул Франки. – Особенно если мы будем использовать эти краски. Краски действительно были необычные. Хотя бы потому, что они не имели никакого отношения к изобразительному искусству. Это был концентрат красок самой природы.

Миловидный юноша оказался Рыбом – морским принцем. Благодарный за избавление его от уже надоевшей участи повторять одно и то же по несколько раз, он пообещал Аде проводить ее к остальным конторщикам. Только надо было сначала познакомить ее с морским королем, собрать рыбок и поспрашивать – где искать. Времени на это обещалось уйти много. Для путешествия в глубины моря, принц подарил Аде амулет, помогающий чувствовать себя под водой так же комфортно, как и на суше. Бабушка завернула им в дорогу пирожков с пиратского столика и, так и не успевшее высохнуть, Адино платье. Королю девочка понравилась. Так же как и король девочке – Гискара напоминал. Тут же был объявлен общий сбор, намеченный на вечер. – А пока, девочка, не могла бы ты украсить наружную стену дворца? – спрашивает старый морской король. Ада и согласилась. Но, это уже становилось закономерностью, в разговор влез пакостливый муз девочки и стребовал каких-то особых красок…

– Ладно, хорошо, – девочка отстранено кивнула. – Только чем я буду рисовать? У меня же кисточек нету… И король хотел картину во всю стену, а до верха я в любом случае не дотянусь… Франки озорно мигнул. Перекувыркнулся в воде и сказал. – Я буду твоей кисточкой. И рисовать тоже буду. Только дай мне свои волосы. Девочка оторопело смотрела на муза. – Зачем? – Затем, что я ими рисовать буду – возьму в каждую руку по пучку волос, еще один привяжем к хвосту. Получается, будет у тебя сразу семь кистей! – Франки снова перекувыркнулся в воде. Адель вздохнула и покорно обкорнала косички. Поделила их на семь частей, которые укрепила с помощью ненужных уже ленточек на лапках Франки. Тот помахал на пробу и довольно кивнул. – А теперь самое главное – ты должна представлять ту картину, которая должна оказаться на стене. Все самое доброе и светлое, что у тебя было в жизни, – муз выжидательно посмотрел на девочку. Ада задумалась. Все самое светлое, что было в ее жизни… Она крепко зажмурилась и начала представлять пляж и контору: светлый песок, пальмы, здание конторы и терем, Степка с Васькой – изумительные летающие слоны, Ханаэль, Гискар, Люксория, Алька, Фаэль… За спиной послышался хохот. Ада открыла глаза. Там стоял принц и держался за живот. Посмотрела на картину… и сама чуть не свалилась на дно. Потому что конечный вариант по стилистике очень походил на изображение ниспослание святыми благословения на землю грешную. При том, что в самом верху, за облаками (на традиционном божьем месте) сидели просветленные Витус и попутчик, явно скопированные с памятного портрета в кабинете. А главное, картина светилась изнутри, как будто на самом деле была окном на ясный солнечный пляж. – Красивая картина, – сквозь смех сказал принц. – А нам уже пора. Твои друзья , как и предполагалось, собираются на перекрестке сказочных дорог. Только с отцом попрощаемся, и я тебя проведу. Но только до устья реки – там тебя встретит моя тетка и уже доставит к нужному месту. Ада кивнула и взяла принца за руку.

Лес был сказочным и удивительно красивым. Даже листья на деревьях казались ярче, чем в реальном мире. На ветвях сидели разноцветные птицы и что-то пели на своем странном птичьем языке. Гриня сидел на плече у Люксории и старался перекричать птичье многоголосие, от чего девушка чуть не оглохла на одно ухо. Пришлось снять одну сережку и отдать попугаю в качестве игрушки, чтобы он хоть ненадолго замолчал. Впереди показался раскидистый дуб, раскидистый и широкий. Ствол дерева обвивала толстая золотая цепь, а на цепи сидел рыжий кот в очках. - Ой, Курт, смотри – на том баобабе сидит Витус! – воскликнула Люксория, ускоряя шаг. - Это не баобаб, - мрачно возразил Курт. – Это дуб. И на нем сидит совершенно посторонний кот. Витус – зеленый, а этот рыжий. - Витус раньше тоже был рыжим! – возразила Люкси. – Это потом его перекрасили… Курт, ну пойдем посмотрим! Вдруг это наш босс? Она схватила Курта за руку и с неожиданной силой потащила к дубу и коту. При ближайшем рассмотрении это действительно оказался не Витус, хотя кот и был похож на старшего партнера адвокОтской конторы – мастью, очками и важностью. Он ходил туда-сюда по цепи и бурчал под нос: - Дурдом. Дурдом, скажете вы? Нет, это хуже! Это клиника! Голос тоже был очень знакомым – хриплым и каркающим. - Ворон? – удивилась Люкси. – Эк тебя переколбасило! - На себя посмотри девочка! – обиделся Ворон. – Где ты откопала это платье? Но Люкси и не подумала обижаться. После сегодняшних событий ей уже ничто не могло испортить настроение. - Это ты еще не видел ленточку с бантиком, которая прилагалась к платью, - беззаботно ответила она. – А ты, чем ворчать и обзываться, лучше подумай, как тебе снова превратиться в ворона. Кот посмотрел на Люксорию поверх очков таким недоуменным взглядом, что сразу стало ясно – думать придется им с Куртом. - Курти, ты Пушкина в детстве читал? Или у вас в Германии классиков не изучают? - У нас в Германии совсем другие классики, - отозвался телохранитель, изучая цепь и пытаясь понять, как можно отцепить ее от дерева. - Все понятно, - хмыкнула Люкси. – Придется думать самой. Как там было у Пушкина? Идет на право – песнь заводит, на лево – сказку говорит… Ворон, ты песни петь умеешь? Кот грустно покачал головой. - Только под коньяк или что-то в этом духе. Травка тоже подойдет. У вас есть? - Нет. Но если не можешь спеть, расскажи сказку. Иначе навсегда останешься котом на этом дереве! Ворон с перепугу чуть не упал с цепи. Остаться навсегда котом? Никогда больше не подняться высоко-высоко к звездам? А потом сложив крылья камнем падать на землю, и только перед самым столкновением с твердой поверхностью вынырнуть из пике. И смотреть, как милые пташечки падают в обмороки от испуга, а потом называют тебя героем. И всего этого больше не будет никогда? Ну уж нет! - Сказка! – торжественно объявил Ворон, но запнулся. Люкси смотрела на него сердитым взглядом и крутила пальцем у виска. Чего она еще хочет, собственно? А, нужно же налево пойти! Теперь вроде все нормально. - Итак, сказка! Жила была маленькая девочка Таня, и было у нее пятьдесят килограмм тротила и маленький плюшевый зайчик. А у соседского мальчика Вити был красивый красный мячик, который очень нравился Тане. Но Витя был злобным уродом и не давал Тане свой мячик. Тогда Таня закопала в песочнице взрывчатку, и когда Витя пошел играть в пасочки, подорвала нафиг полдвора и забрала мячик. Заяц ей был больше не нужен и она зашвырнула его под ближайшую лавку. Возле речки Таня стала играть сама с собой в фудбол, но пропустила последний пас, а потом не смогла взять пенальти, и мячик упал в реку. Он уплывалвсе дальше и никак его было не достать. Таня шла под дождем и ревела на всю улицу. И вдруг заметила под скамейкой своего плюшевого зайца, мокрого насквозь. И вдруг она поняла, что не в мячах счастье. И даже не в зайцах. А вот пятьдесят килограмм тротила ей никто не вернет. Конец! - Офигеть, какая сказка… - прокомментировала Люкси. - Это не важно, - вставил Курт. – Главное, что помогло. Вместо рыжего кота на цепи действительно сидел Седой Ворон. Он распахнул крылья и взлетел, что-то вереща от восторга.

Дальше идти стало намного веселее. Кроме пронзительных трелей на ухо от любимого муза Люкси теперь слушала не менее пронзительное воронье карканье. Курт на это звуковое сопровождение никак не реагировал и вообще был каким-то заторможенным. На берегу какой-то реки стоял мальчик в светлых льняных брюках и желтой рубашке. Вся его одежда была мокрая насквозь, а темные волосы до плеч липли к щекам и шее. - Бедный мальчик, - пожалела бедняжку Люкси. – Он же замерзнет и простынет. - Я не мальчик, - возразил ребенок. – Я Ада! Тетя Люкси, дядя Курт, вы меня не узнаете? Люксория присмотрелась – и правда Ада. Но совсем другая. Без аккуратных косичек и серых платьев она выглядела гораздо лучше. Нормальный живой ребенок! - Значит так, - начала командовать Люкси, закрывая глаза и доставая из воздуха ярко-розовое платье. – Сейчас я придумаю тебе сухую одежду. Потом мы найдем остальных, а дома я свожу тебя к своему парикмахеру и он подровняет все это безобразие и сделает тебе модную стрижку…