ВМФ РФ: Андрей Воложинский, Владимир Касатонов и Аркадий Романов повышены в званиях. Профессионалы: формула успеха

Как стало известно "Ъ", сменился командир 12-й эскадры подводных лодок Северного флота, в которой сосредоточено около двух третей морских носителей стратегического ядерного оружия России. Новый руководитель обречен на решение трудных технических, финансовых и административных проблем вокруг доставшихся ему в наследство кораблей.

Командиром 12-й эскадры стал контр-адмирал Андрей Воложинский, этим летом окончивший академию Генштаба. Его предшественник контр-адмирал Сергей Фарков перешел на должность замкомандующего Балтийским флотом.

12-я эскадра подводных лодок создана 1 сентября 2002 года на базе 3-й флотилии атомных подводных лодок. Штаб находится в Гаджиево Мурманской области. В составе эскадры три дивизии: 18-я (три подводных ракетоносца проекта 941 "Акула"); 24-я (шесть торпедных субмарин проекта 971 "Щука-Б") и 31-я (шесть подводных ракетоносцев проекта 667БДРМ "Дельфин").

Андрей Воложинский родился 4 июня 1960 года в Таллине. Окончил нахимовское училище (1977), Высшее военно-морское училище имени Фрунзе (1982), Высшие специальные офицерские классы ВМФ (1992), Военно-морскую академию (2001), академию Генштаба (2009). С 1982 года на Северном флоте (СФ), прошел путь от командира группы БЧ-1 (штурманской) до старпома подводного крейсера. С 1995 года командир второго экипажа атомного ракетоносца К-496 "Борисоглебск". С 2001 года начальник штаба, с 2002 — командир 31-й дивизии подводных лодок СФ. С 2005 года начальник штаба 12-й эскадры.

На Северном флоте есть две эскадры подводных лодок —11-я и 12-я. Статус 12-й выше — в ее состав входят "стратеги" (атомные подводные лодки с межконтинентальными ракетами). 6 "Дельфинов" несут 96 ракет РСМ-54 с 384 ядерными боеголовками — это почти 14% от общего числа всех стратегических боеголовок РФ и 63% боеголовок морских СЯС.

Однако именно "стратеги" станут основной проблемой для контр-адмирала Воложинского. Во-первых, ему придется решать вопрос с подводными ракетоносцами проекта 941 "Акула". Все они с 2004 года находятся в резерве из-за отсутствия ракет Р-39. Возобновлять их производство никто не планирует и в боевой состав флота эти субмарины не вернутся уже никогда. Если ТК-208 "Дмитрий Донской" используется для испытаний ракет "Булава", то ТК-17 "Архангельск" и ТК-20 "Северсталь" просто стоят на приколе и на их содержание расходуются огромные средства. Видимо, командиру эскадры придется лоббировать политическое решение об утилизации "Акул". Следует отметить, что "Северсталью" командует младший брат Андрея Воложинского — Михаил.

Во-вторых, важной проблемой является завершение ремонта трех из шести подводных ракетоносцев проекта 667БДРМ. Эти подлодки являются фактически единственной ударной компонентой морских стратегических ядерных сил (не считая базирующихся на Камчатке устаревших субмарин проекта 667БДР). Четыре ракетоносца 31-й дивизии были в 1999-2008 годах модернизированы под новый ракетный комплекс Р-29РМУ2 "Синева". Еще две проходят аналогичную модернизацию: К-18 "Карелия" должны сдать флоту в 2009 году, а К-407 "Новомосковск" — в 2010-м. К тому же ранее модернизированная К-114 "Тула" сейчас проходит плановый ремонт на судоремонтном заводе N82, входящем в Центр судоремонта "Звездочка". Однако начавшиеся перебои с финансированием грозят сорвать все анонсированные сроки окончания работ. Так, этой весной архангельские СМИ сообщали, что работы на "Туле" приостановлены из-за перебоев с финансированием и протестных акций рабочих.

Есть у подводников со стратегических субмарин традиция: рисовать на ракетных шахтах звездочки – за успешные пуски. А еще рисуют звезды на ограждении рубки подлодки: когда экипаж завоевывает приз главнокомандующего ВМФ за ракетную стрельбу по наземной цели. Например, на ракетной подводной лодке стратегического назначения «Борисоглебск» таких звезд три, по годам - подряд. А в кабинете командира дивизии РПЛ СН на самом видном и почетном месте стоит главкомовский приз, оставленный на вечное хранение в прославленном соединении. В 97-м и 98-м годах экипаж «Борисоглебска» взял его под командованием Андрея Воложинского. А год спустя подводники уже под началом капитана 1 ранга Николая Грицевича, бывшего старшего помощника Андрея Ольгертовича, продолжили славную экипажную традицию, которую заложил Воложинский – ныне контр-адмирал, начальник штаба эскадры АПЛ. В ее состав и входит Краснознаменная дивизия РПЛ СН, которой до минувшей осени командовал Андрей Ольгертович и у которой уже в нынешнем году на фоне 100-летия российского подплава свой, так сказать, персональный юбилей – 45 лет с момента сформирования. - Что такое сегодня наше соединение стратегических подлодок? – Контр-адмирал Андрей Воложинский на мгновение задумался. - Вероятно, это одновременно и «ядерный щит», и «ядерный меч» Родины. В ВМФ России из морских стратегических сил Краснознаменная дивизия РПЛ СН, на мой взгляд, - самое боеготовое соединение. В прошлом году инспекция Министерства обороны проверяла ее готовность к выполнению задач, которые стоят перед дивизией. И корабли успешно выполнили довольно объемный блок задач как на берегу, так и частью сил на выходе в море.

Кроме этого соединение, естественно, живет обычными буднями, боевой подготовкой, ремонтом кораблей резерва. Например, РПЛ СН «Брянск» ремонтируется в Северодвинске на «Звёздочке». В конце прошлого года такой ремонт прошла «Тула». Это штатные мероприятия, которые поддерживают техническую готовность кораблей. На постоянной основе они уходят в завод по графику. Естественно, что без такого ремонта корабль не может существовать и полноценно выполнять свойственные ему функции. А ведь было время, вспоминает Андрей Ольгертович, даже из совсем недавнего прошлого, когда такие ремонты были заморожены. Корабли находились в базе. И вместо того, чтобы быть готовыми в полном объеме со всеми конструктивно заложенными возможностями выполнять боевую работу, им, естественно, прописывали ограничения по глубинам погружения, использованию техники, оружия. - Сейчас заводские ремонты вновь идут по графику, и уже чисто бумажное продление межремонтных сроков кануло в историю, - рассказывает начальник штаба эскадры АПЛ. - И слава богу! Потому что хочется выходить в море на корабле, который полностью соответствует первозданному замыслу. А когда командир не имеет ограничений по маневрированию, использованию оружия, то он действует, образно говоря, с развязанными руками. Когда я спросил адмирала, правильно ли в открытой печати упоминать названия подводных ракетоносцев, Андрей Ольгертович только усмехнулся: - Конечно, довольно трудно сегодня провести какие-либо разграничения в вопросе секретно – несекретно. Вот, например, фотоальбом, выпущенный на северодвинском «Севмашпредприятии», который как бы подводит итог его многолетней работы. И в этом фолианте все корабли имеют тактические обозначения и номера заказов, которые фигурируют во флотских документах, что, по сути, является разглашением секретной информации. В альбоме указаны все корабли, которые ныне находятся в составе дивизии. Вот и мой любимый «Борисоглебск» - все про него написано. Да и, на мой взгляд, все же смешно из собственных наименований «стратегов» делать тайну, когда спутники различают из космоса не то что полуторасотметровые громадины РПЛ СН у причалов, а номера на автомашинах. Американцы в заполярном гарнизоне подводников уже бывали, контролируя создание физической защиты базы, на строительство которой выделили значительные средства. Кстати, аналога такой системы, как говорят, в ВМФ России нет. - Поэтому лучше все же, - считает контр-адмирал Воложинский, - говорить о командирах, наименованиях кораблей, связанных шефскими связями с тем либо иным городом, регионом России. В этом плане наше «стратегическое» соединение уникально, как, впрочем, неповторима и его боевая летопись.

Подводники дивизии за сорок пять лет ее существования освоили более пятнадцати проектов атомных подводных крейсеров, десять типов ракетных комплексов, выполнили сотни дальних походов. В 1982 году, в период разгара холодной войны, пятьдесят два раза выходили из этой базы подводные «стратеги» к берегам США, чтобы создать для американцев адекватный ракетно-ядерный противовес их «першингам», размещенным в Европе. Свою задачу подводники выполнили, оказав весомую помощь советскому политическому руководству в ведении переговорного процесса, предотвратив перерастание холодной войны в «горячую». И одним из тех, кто в начале восьмидесятых внес свою посильную лепту в создание стратегического паритета между Востоком и Западом, был лейтенант Андрей Воложинский, начавший свою флотскую службу в ракетно-ядерном подплаве именно в 1982 году. - Уже через три дня, как прибыл в дивизию, ушел в море, - вспоминает Андрей Ольгертович. - В том же 82-м, под Новый год, отправился на первую боевую службу. Лейтенантом, вообще, плавал достаточно интенсивно. Всего в активе двенадцать дальних походов. Конечно, ветераны соединения имеют и больше, но и обстановка тогда в мире была напряженней. Сейчас же, к сожалению, встречаются не только помощники командиров подлодок, но и командиры боевых частей, которые в дальних походах еще не были. Поэтому и не хочется адмиралу, чтобы дело, которому уже много поколений подводников отдало столько сил и лет, сходило бы на минус. Нужно, чтобы оно продолжалось. Ведь жизнь показывает, что защита Отечества из-под воды – самое эффективное средство. Да и передовые страны мира подтверждают право подводных лодок на существование. Субмарин-то за океаном меньше не становится. Но заменят ли «стратеги» ныне обильно распиаренные корветы прибрежного плавания? - Может быть, и к счастью, - говорит контр-адмирал Воложинский, - что не ощущается ежедневная необходимость в наших кораблях. Хотя они только одним своим присутствием, самим фактом существования уже выполняют главную задачу: остужают горячие головы, вразумляют тех политиков, которые хотят погрозить нам пальцем либо поучить нас жить под чужую дудку. Мне кажется, что сейчас как никогда сильная рука в виде ВМФ, а вторая сильная рука – в виде сильной армии, наверное, и помогают президенту строить взаимоотношения на основе паритета. В противном случае с нами будут разговаривать с позиции силы, диктовать условия. Но для России такая позиция была бы оскорбительной. Поэтому, что можем, то всегда делали, делаем и будем делать… Запуск баллистической ракеты из подводного положения – событие уникальное. Однако и без этого особую значимость предстоявшей ракетной стрельбе РПЛ СН «Борисоглебск» капитана 1 ранга Андрея Воложинского придавало и то, что ее выполнение планировалось в ходе комплексного крупномасштабного учения разнородных сил Северного флота. К тому же – в рамках первенства ВМФ по видам боевой подготовки. Но участие экипажа Воложинского в командно-штабных учениях (КШУ) флота еще за полгода до их начала находилось под большим вопросом. На тот момент ракетная подводная лодка стратегического назначения уже двадцать лет находилась в боевом составе ВМФ. И поэтому, когда в один из дней системы ракетоносца дали сбой, он надолго занял место у причала. «Посыпались» дизель-генератор, обратимый преобразователь, перископ. Имелись существенные неполадки и в ракетном комплексе РПЛ СН. Словом, чтобы вернуть корабль в строй, требовался срочный ремонт. Андрей Ольгертович, к тому времени уже достаточно опытный командир, понимал: тяжесть основных работ ляжет на плечи экипажа. Однако, несмотря на то, что возглавлял коллектив «стратега» меньше года, на своих людей надеялся полностью, был в них уверен. Денег выделили, как и предполагал капитан 1 ранга Воложинский, только на починку ракетного комплекса. Ну а остальной ремонт подводники решили произвести собственными силами. Темп североморцы взяли высокий, трудились на совесть. Например, специалисты БЧ-5 капитан 3 ранга Игорь Фроленков, старший мичман Владимир Силков и матрос Александр Ахмедов, налаживавшие дизель-генератор, не покидали свой отсек неделю. В общем, все, что оказалось дружному экипажу под силу, он выполнил. Однако вскоре выяснилось, что часть работ все же требует профессионального опыта специалистов от «промышленности». А вот на это уже нужны были не только силы, но и, соответственно, средства. «Шкурный» вопрос решили быстро. Офицеры и мичманы сбросились из собственного кармана, кто сколько смог. Вот так, используя складчину, подводники ремонт лодки завершили вовремя и ушли в море. Могли ли они после стольких трудов сработать вхолостую.

По условиям КШУ экипажу Воложинского предстояло прорывать противолодочный рубеж. Для ракетного подводного атомохода, с его, скажем так, габаритами – задача не из простых. Однако экипаж «стратега» проявил такую профессиональную сноровку, что, оставаясь незамеченным, помимо флотской корабельной поисковой ударной группы (КПУГ), обнаружил еще и иностранную субмарину. Отличились подчиненные командира БЧ-7 капитана 3 ранга Александра Маркова. А когда выяснилось, что «Борисоглебск» провел одну из лучших на учениях ракетную атаку, у командования флота больше не возникало вопросов, кто именно через неделю постоит за честь североморцев в состязании на приз главнокомандующего ВМФ. … Сигнал на проведение ракетной стрельбы «стратег» принял через определенное количество часов после того, как подводники покинули базу. Все это время в боевых постах продолжались тренировки. Даже то, что при отработке условного пуска ракеты экипаж вписывался в требуемые нормативы, не успокаивало командира. Ведь на борт загрузили одну-единственную практическую ракету. Анализируя графики выходных навигационных параметров, командир БЧ-1 капитан 3 ранга Андрей Селях выдал в центральный пост (ЦП) атомохода последние поправки по широте и долготе местоположения РПЛ СН в Баренцевом море, уточнил скорость и глубину погружения корабля. Ракетоносец, едва заметно опустив нос, плавно скользнул чуть вниз. Теперь свое слово должны сказать ракетчики. Главное – за командиром БЧ-2 капитаном 2 ранга Сергеем Соколовым. «Пуск!» - поступил сигнал боевого управления с командного пункта Северного флота. Двадцать секунд… Двадцать пять… Тридцать… Доклад: «Готов к стрельбе!». Пуск! Синхронный поворот ключей старта командиром РПЛ СН и «ракетчиком» и… ракетный комплекс ожил. Всё, остальное сделает автоматика…

Новым начальником штаба ВМФ стал Андрей Воложинский

Новым начальником Главного штаба Военно - Морского флота стал вице-адмирал Андрей Воложинский, до того момента занимавший пост заместителя начальника Главного оперативного управления Генштаба. Об этом сообщает «Лента.ру» со ссылкой на несколько независимых источников в силовых структурах.

Он стал преемником адмирала Александра Татаринова, возглавлявшего Главный штаб ВМФ с 2009 года. Недавно он был уволен с военной службы в связи с достижением предельно установленного возраста.

Воложинский начал службу в штурманской боевой части атомных подводных ракетоносцев Северного флота. В 1995-1999 годах - командир второго экипажа ракетного подводного крейсера стратегического назначения К-496 «Борисоглебск». Возглавлял штаб 31-й дивизии подводных лодок, в 2002-2005 годах командовал ею, потом стал начальником штаба 12-й эскадры подводных лодок. В 2009 году, после окончания академии Генштаба, назначен командиром 12-й эскадры подводных лодок, потом начальником штаба Северного флота. С 2012 года служил в Главном оперативном управлении Генштаба.

Также источники сообщили, что в ближайшее время в России будет назначен новый главком ВМФ. Наиболее вероятной кандидатурой на пост является адмирал Владимир Королев, в конце ноября назначенный временно исполняющим обязанности главкома.

Как уже сообщал СеверПост ранее, действующий главком ВМФ Виктор Чирков по состоянию здоровья: он проходит реабилитацию после операции.

Читайте также на СеверПост:

14 05 2017, 20:12

Чиновники и хоккеисты по-разному оценили итоги круглого стола по развитию хоккея в Мурманске. «Псевдоразвитием» и шоком назвал ситуацию гендиректор клуба «Северный Хаски», только лишь позитивом обрисовала положение вещей официальная правительственная газета. 13.05.2017 «В Мурманске хоккеисты и чиновники сели за круглый стол», Мурманский. →

Указом Президента Российской Федерации от 12 июня 2013 года № 556 «О присвоении воинских званий высших офицеров» звание вице-адмирала присвоено Воложинскому Андрею Ольгертовичу.

Контр-адмирал Андрей Воложинский. Был Временно исполняющим обязанности командующего Северным флотом. Родился 4 июня 1960 года в Таллине. В 1982 году окончил ВВМУ им. М. В. Фрунзе. В 1982-1991 годах проходил службу на Северном флоте в офицерских должностях - от командира группы штурманской боевой части до помощника командира подводного крейсера. После окончания Высших специальных офицерских классов ВМФ в 1992 году назначен старшим помощником командира подводного крейсера. В 1995-1999годах. - командир атомного подводного крейсера Северного флота.

После окончания Военно-морской академии в 2001 году назначен начальником штаба - заместителем командира дивизии подводных лодок. В 2002-2005 годах - командир дивизии подводных лодок Северного флота. Указом Президента России № 991 от 31 августа 2005 года назначен на должность начальника штаба - первого заместителя командира эскадры подводных лодок Северного флота.

Этим же Указом Президента РФ звание вице-адмирал присвоено, начальнику тыла – заместителю командующего Северного флота по тылу Белкину Алексею Евгеньевичу.

Этим же Указом Президента РФ звание вице-адмирал присвоено Касатонову Владимиру Львовичу.

Владимир Львович Касатонов - представитель одной из самых известных династий в истории Советского и Российского флотов. Окончил Нахимовское Военно-морское училище, выпускник ЧВВМУ им. П.С. Нахимова 1984 года, золотой медалист.

После окончания училища назначен командиром группы управления ракетного дивизиона ракетно-артиллерийской боевой части на тяжёлый атомный ракетный крейсер «Киров» Северного флота. В сентябре 1987 года назначен командиром дивизиона этого корабля. С сентября 1988 года – помощник командира «Кирова».

В июле 1991 г. назначен старшим помощником командира ЭМ «Гремящий». С апреля 1994 года – старший помощник командира ЭМ «Расторопный», с декабря 1994 года – командир этого корабля. С сентября 1997 года – слушатель 1-го факультета Военно-морской академии им. Н. Г. Кузнецова. В июне 1999 года с отличием окончил академию и назначен начальником отделения мобилизационного отдела организационно-мобилизационного управления штаба Северного флота.

С марта 2000 года по июль 2005 года – командир тяжёлого атомного ракетного крейсера «Пётр Великий». В феврале 2003 года Указом Президента РФ присвоено очередное воинское звание контр-адмирал. В 2005–2006 годах. В. Л. Касатонов – начальник штаба дивизии ракетных кораблей Северного флота.

С сентября 2006 года – слушатель Военной академии Генерального штаба ВС РФ. В ходе учебы в академии защитил кандидатскую диссертацию.

В августе 2008 года Владимир Касатонов назначен командиром дивизии ракетных кораблей Северного флота. В октябре 2008 года возглавил отряд боевых кораблей Северного флота, во время боевой службы совершивших поход через воды трех океанов – Северного Ледовитого, Атлантического (с заходом в Венесуэлу), Индийского, корабли также решали задачи в Средиземном море.

В апреле 2010 года назначен командующим Кольской флотилией разнородных сил Северного флота.

В 2012 году контр-адмирал В. Касатонов командовал отрядом кораблей трех флотов – Северного, Балтийского и Черноморского, решавшим задачи в Средиземном море.

Награждён орденами «За военные заслуги», «За морские заслуги», медалями СССР, РФ, иностранных государств. 14 сентября 2012 года Указом Президента Российской Федерации № 1290 назначен начальником штаба – первым заместителем командующего Тихоокеанским флотом.

Этим приказом Президента звание контр-адмирал присвоено Романову Аркадию Юрьевичу, подводнику из части в Гаджиево.