«Конформист» оператора Витторио Стораро: конфликт между тенью и светом.

Среди операторов есть люди - легенды. Один из них - Витторио Стораро.

Вот, некоторые из его фильмов:

- Танго / Tango (1998)- Фламенко / Flamenco (de Carlos Saura) (1995)- Маленький будда / Little Buddha (1993)- Дик Трэйси / Dick Tracy (1990)- Под покровом небес / The Sheltering Sky (1990)- Последний император / The Last Emperor (1987)- Петр Великий / Peter the Great (1986) (сериал)- Апокалипсис Сегодня / Apocalypse Now (1979)- Последнее танго в Париже / Ultimo tango a Parigi (1972)

С Бертолуччи он сделал 8 фильмов, начиная с "Конформиста", который они сняли в 1970 году, режиссеру тогда было 29, а оператору 30 лет.

"Кино - это не индивидуальное искусство", подтверждает Стораро мои слова. "В работу над фильмом вовлечено множество людей. Возникает некое "общее сознание". Нет сомнений, что кино говорит языком визуальных образов, которые возникают и исчезают под воздействием света и тени".

"Монтажер выбирает, какие кадры использовать и в каком порядке. Также есть музыка, которая создает настроение. То, что человек слышит, несомненно, влияет на то, что человек видит, и это, конечно, начинается со сценариста. Всеми этими людьми управляет режиссер, но каждый из них вносит свой личный вклад. Кино - это оркестровая партия сыгранная солистами".

Мне кажется, киноакадемия готова была давать Оскар Стораро за каждый его фильм, но держит себя в руках и пока ограничилась лишь тремя: "Апокалипсис сегодня" (1979), "Красные" (1981), "Последний император" (1987). И номинацией за "Дика Трейси".

60-летний Стораро стал самым молодым изо всех, кто когда либо получал награду Американской Академии Киноискусства "За прижизненные достижения".

Чтобы убедиться в его гениальности, нужно посмотреть фильм Б. Бертолуччи "Конформист".

Если есть высший пик визуализации кадра, то на нем находится именно этот фильм. Нет картины, снятой идеальнее, прекраснее, совершеннее.

Каждый кадр продуман и построен согласно драматургии фильма. Выдержано все: освещение, композиция, ритм.В этом фильме Бертолуччи рассказывает историю молодого человека, который в конце 30-х годов ХХ века поступает на службу к фашистам. Предательство, убийство доверившегося ему человека - вот плата за его комфорт.

Фильм снят по мотивам одноименного романа Альберто Моравиа.

Стораро говорит: "каждый мой фильм - это разрешение конфликта между светом и тенями. Свет выявляет правду, а тени ее прячут".

Этот бесконечный ритм полос, напоминает прутья клетки, в которой находится герой, и также, как его, все время держит нас в напряжении, не давая свободно дышать полной грудью.Прямые, косые, зигзагообразные они контролируют наше сердцебиение. Мы не отдаем себе в этом отчета, но подсознательно, следуем навязанному ими ритму.

Цветовая гамма этих кадров сдержанная, монохронная. Кажется, протяни руку, и ты наткнешься на что-то металлическое, холодное, неприятное. "Я решил убрать весь цвет, чтобы создать ощущение тюрьмы, замкнутого пространства, где борются свет и тьма", - объяснял концепцию этих кадров Стораро в своем интервью.

"Я хотел, чтобы в комнате Стефании Сандрелли на стенах от жалюзи падали полосы. И вдруг, Витторио предложил заставить их двигаться. На мой взгляд, получилось слишком сюрреалистично", - вспоминал Бертолуччи.

И даже платье героини имеет ломаную полоску, которая мистически "подыгрывает" сцене. (Не могу промолчать, костюмы шили в моем любимом ателье Тирелли в Риме).

Натурные сцены более наполнены цветом и даже запахом.

Запахом прелой листвы, влажного воздуха - тлена и увядания, "декаданса" - сказал про виллу своей матери Марчелло так, словно выплюнул эти слова.

"Я считаю камеру инструментом, наподобие карандаша, которым создается рисунок", - говорит Стораро. Но он не просто рисует, он создает полотна, наполненные чувством, энергией, ритмом.Недаром в молодости Стораро изучал не только живописные полотна известных мастеров света и тени Рембрандта, Вермеера и Караваджо, но и музыку Моцарта.

"После того, как Марчелло садится в поезд и уезжает из Рима, в фильме появляется цвет, который настойчиво теснит тень, входит в нее и после этого начинают проступать краски.

Париж - это символ свободной, настоящей жизни, где, в отличие от Италии, можно было говорить все, что угодно. Я снял все преграды и в фильм хлынул цвет".

В фильме много интересных операторских находок, обо всем мне тут вам не рассказать, смотрите фильм.

"Меня всегда обуревала гордость, да такая, что аж щеки горели, когда Стивен Спилберг, Френсис Форд Коппола и Мартин Скорсезе в разное время признавались мне в том, что "Конформист" дал большой толчок их творчеству". Это правда, работа оператора в этом фильме - эталон мастерства.

И не только в кино "Конформист" стал образцом для подражания. Вы могли не раз видеть "Стораро" в модной или рекламной фотографии.

Реклама от "Миссони", фирмы, стиль которой тоже построен на ритме полос и зигзагов.

Реклама от "Альберта Феретти" эксплуатирует чувственную сторону фильма.