Защитник Дальнего Востока Алексей Николаевич Воробей: «Враги влезали в коровьи шкуры, чтоб перейти границу»
В прошлых номерах мы рассказали о героях, которые, не жалея жизни, защищали запад нашей страны от немцев. Однако покушались враги и на Дальний Восток. Охранять границы нашей страны от японских захватчиков было воинским долгом Алексея Николаевича Воробья.
Надел форму – человеком стал
К разговору с корреспондентом Алексей Николаевич подготовился основательно, надев пиджак, увешанный орденами.
- У меня первый раз интервью берут, - слегка волнуясь, сообщил ветеран.
Оно и понятно. Слава и почет достаются обычно тем, кто воевал на западе. А вот тех, кто стоял на страже рубежей Дальнего Востока, особым вниманием не балуют.
Родом Алексей Николаевич из Новосибирской области. Повестку получил в 20 лет. 27 августа 1939 года призывника отправили на Дальний Восток.
- Добирались в товарных вагонах, - вспоминает ветеран, - ни коек, ни туалетов. На станциях еле обратно в вагон загоняли – такие очереди в туалеты выстраивались.
Уже во Владивостоке без лишних разъяснений призывников повели на товарный пароход, что стоял в районе Эгершельда.
- Куда ведут, зачем – никто не знал, - вспоминает ветеран.
На пароходе добрались будущие солдаты до Посьета, дальше пешком до поселка Краскино.
Здесь призывников приодели, выдали обмундирование.
- Мы тогда друг друга сразу и не узнали, - улыбается Алексей Николаевич. - «Митя? Алешка? Где вы?». Все же из деревней приехали, голодранцами, а тут сразу в людей превратились.
Десятитонную пушку вытаскивали из оврага два дня
Через 10 дней солдат отправили на озеро Хасан, где еще год назад, в 1938-м, шли ожесточенные бои с японскими войсками. Пройти нужно было 60 километров. На автомобиле это час езды, но идти нужно было пешком. Алексея Николаевича зачислили в конную артиллерию, обязав его и товарищей доставить до места назначения десятитонную громадину-пушку, которую тащили всего четыре лошади.
- До первого оврага доехали, чуть не угробились, - рассказывает Алексей Николаевич. - На скользком, утоптанном снегу телегу понесло, и нас всех чуть не раздавила эта пушка.
Два дня махину вытаскивали из оврага. В итоге было решено вернуть ее обратно в Краскино.
На Хасане и началась армейская жизнь солдата. Утром - прямиком в конюшню. Надо вычистить пять лошадей - своих и офицерских. А потом придет проверяющий, платком по лошади проведет: грязно, мол, и снова чистить приходится.
- Так целыми днями на конюшне проводили, - невесело вспоминает ветеран. - Комсомольцы же были - с нас особый спрос.
Пушки чистить - тоже обязанность солдата. В сыром приморском климате ржавчина появлялась моментально. Сегодня почистишь, а завтра с утра - снова за дело.
Ослеп от напряжения
Два года солдаты жили в землянках, где главной напастью были крысы.
- У многих они уши пообъедали, - сморщившись, вспоминает Алексей Николаевич. - Я вот уши полотенцем обматывал, так от крыс и спасался.
Уже в 41-м, ко Дню защитника Отечества, солдатам сделали настоящий подарок - отстроили каменную казарму. Правда, вместо окон была бумага, а дверь заменил кусок брезента. С дровами тоже был напряг: после тяжелых боев с японцами здесь все было сожжено. В общем, холод царил страшный.
Уже позже от соседей-корейцев в армию стали привозить дрова, а также горючее, рис и какой-то особый спирт, который позже погубил не одного солдата.
- Мне одной капли хватило: целый день плохо было, - вздыхает ветеран. - А остальные, те, кто пробовал, все погибли. 33 человека слегло, причем офицеры в основном.
Но самым тяжелым испытанием для солдата стали ночи на границе.
- Заступаешь на пост, а тебе уже наговорят всякого: как враг шкуру коровью на себя натягивает, чтобы проползти незаметно, и про прочие хитрости, - рассказывает Алексей Николаевич. – Японец-то умный, где угодно пролезет. Так что всю ночь как на иголках сидишь. Где мышка пробежит, где дерево шелохнется - уже тревога.
Такое напряжение не могло не сказаться на зрении солдата. Уже после службы Алексей Николаевич ослеп на один глаз.
Семь лет без женщин
Вот так в одном взводе все семь лет и прослужил наш ветеран.
- Тяжело бывало, особенно без женщин, - смущенно улыбается Алексей Николаевич.
Слабый пол на границу не пускали. И только командир части свою жену втихаря из Хабаровска привозил.
- А мы все семь лет без женщин! – восклицает ветеран. - Я свою первую девушку в 28 лет встретил.
- И это были вы? – спрашиваю у жены ветерана, Анастасии Емельяновны, с которой ветеран прожил уже 63 года.
- Да нет, - отмахивается супруга. - У него до меня много девчонок было. Он мне потом сознался.
Но настолько солдат влюбился в свою будущую жену, что за пару недель до свадьбы курить бросил.
- Он первое время кашлял так, что мама мне говорила: «И зачем ты за чахоточного пошла? Он же помрет скоро», - смеется супруга.
Сама Анастасия Емельянова – труженик тыла. В пятнадцать лет совсем юной девочкой сбежала с родного села в город, на фабрику, шить военную форму для солдат.
- Когда в пошивочную пришла, мне три дня дали, чтобы научиться. А я ведь и машинки сначала боялась. А потом наловчилась: за один день китель сшивала, хотя на то три дня давалось. Просто деньги нужны были: на мне мать была, инвалид без одной ноги, а еще братья с сестрами.
- Мы когда с Настей сошлись, ни у нее, ни у меня ничего не было, - вздыхает Алексей Николаевич. - Нашли мешок, набили его сеном и на нем спали. Ни простыней, ни кастрюль, ни ложек. С нуля начинали жить, но все испытания выдержали.