Алексей Чадов: После съемок я окончательно убедился в том, что жены бывшими не бывают
Символично, что программу «Союзники», участники которой — разведенные пары, Алексей Чадов ведет со своей бывшей супругой Агнией Дитковските. По условиям реалити-шоу экс-супруги объединяются, чтобы пройти испытания и выиграть главный приз, который достанется их общему ребенку.
— Алексей, сразу дали согласие на участие в программе или пришлось вас уговаривать?
— Никто никого не уговаривал. Агния изначально вела «Союзников», она мне и предложила стать соведущим. Мне нужно было найти 12 дней для съемок: параллельно я снимался в двух фильмах, гастролировал. Так что это был мощнейший марш-бросок. Три с половиной месяца без выходных. Пришлось выстроить четкий график: в 10–11 вечера ложиться спать, чтобы в 6–7 утра быть в форме. За два месяца я совершил 25 перелетов.
— Ради чего такие жертвы?
— Мне интересна эта программа. Не секрет, что мы с Агнией тоже оказались в ситуации людей, участвующих в этом шоу: прошли путь от безумного счастья к разводу. Это все очень сложно, тем более когда есть ребенок. Да, это интересная и важная тема. А еще я согласился участвовать в проекте по той причине, что наш сын Федор имел возможность целых полтора месяца, пока шли съемки, находиться с Агнией. Ну и я, конечно, с ним виделся.
— Участники шоу пытаются забыть все плохое, что было, чтобы заработать 10 миллионов для ребенка. Деньги большие, но выносить на люди то, что было между двумя людьми.
— Ну, во-первых, на десять миллионов можно отчасти обеспечить будущее ребенка. Это серьезный бонус. И ради этого можно рискнуть, рассказать о себе, прожить заново то, что случилось между близкими когда-то людьми. Чего только не было между участниками, о каких только семейных драмах и трагедиях не рассказывали люди!
Участники новой программы / Фото: СТС
— Зачем? Чтобы в результате понять, что они по-прежнему близкие люди?
— Так ведь если прожил с человеком много лет, эти отношения нельзя просто взять и закрыть, выбросив из памяти. А испытания на нашем проекте могут пройти только два по-настоящему близких человека. Иначе ничего не получится. Испытаний очень много, причем сложнейших: и психологических, и физических. Там и слезы, и радость — все вместе. А цель одна — будущее ребенка.
— То есть вы считаете, что в одну реку дважды вполне можно войти?
— Если ты когда-то любил свою женщину, жену, то это никуда не денется. У многих из этих пар, кстати, очень похожая ситуация, как и у нас с Агнией. После съемок я окончательно убедился — жены бывшими не бывают, остаются близкими людьми, родственниками.
— Ваш сын живет с мамой?
— Нет, у Федора два дома — мамы и папы. Два полноценных дома. Мы существуем в таком чуть-чуть американском формате. Даже отдыхать стараемся вместе. Многие удивляются, конечно. Но уверяю вас, это нормально. Пока ребенок маленький, ему важно видеть иногда папу с мамой вместе. Мы, конечно, за ручку с Агнией не ходим, но уважительно и по-доброму относимся друг к другу. Ребенок это видит и считывает информацию. Убежден, что дети должны быть счастливы, они должны улыбаться, смеяться. И я себя дико не люблю в тот момент, когда Федя плачет, кричит. Моя задача — сделать его счастливым, потому что я отец.
— У разведенных родителей могут появиться новые «вторые половинки». Как это объяснить ребенку?
Об этом можно и нужно разговаривать. Садиться за стол и обсуждать. И всей большой семьей общаться, дружить. Другого пути я не вижу. Скрываться, прятать, врать вряд ли получится, в нашем с Агнией случае — так точно, потому что Федя у нас такой тонкий парень, он очень легко считывает любое настроение.
— Кто у вас «злой и добрый полицейский» в воспитании ребенка?
— Знаете, я не сторонник говорить ребенку «нельзя». Если ты говоришь: «Нет, нельзя», ты обязательно должен сказать, почему и что с этим связано. На себе я очень много раз это проверял. Нас раньше воспитывали: «Нельзя, нет, нет, нельзя, брось, оставь». У ребенка это откладывается, ему потом сложно каких-то целей добиваться, потому что он сломан. Это неправильно. Обязательно нужно разговаривать, объяснять. Например, сын очень любит ездить за рулем со мной. У нас до скандалов доходило: «Хочу с папой ехать за рулем», и все. Я ему объяснил: «Вот в поселке едем. Там стоит дядя, видишь, охранник. И он, если сейчас увидит, что ты здесь, заберет у нас машину, и мы не сможем никуда поехать». Один раз познакомил его с сотрудником ДПС. Говорю: «Вот, посмотри, видишь, дядя какой строгий? Видишь, ты пристегнут. Он хотел проверить». Сын понял.
— А вы как относитесь к участию в различных телепроектах? На необитаемом острове или на коньках когда-нибудь вас увидим?
— Нет, это не мое. Во-первых, мне это неинтересно, а во-вторых, я снимаюсь в кино, играю в театре, а все свободное время провожу с сыном.
— Актеры любят говорить: не пожелаю ребенку своей профессии. Вы бы кем хотели видеть сына в будущем?
— Не знаю. Но я почему-то думаю, что у него не так много шансов избежать актерской профессии при такой маме и таком папе. Если же вдруг так случится, что он найдет себя в чем-то другом, что ж, я буду только счастлив. Сын должен сам выбрать свой путь.
Алексей Чадов родился в 1981 году в Москве. Окончил Высшее театральное училище имени М. С. Щепкина. Кинодебютом Чадова стала роль в фильме «Война» (2002) Алексея Балабанова, за которую он получил приз кинофестиваля в Монреале в номинации «Лучший актер». Сегодня в фильмографии Чадова почти 40 работ, в том числе в фильмах: «Игры мотыльков» (2003), «На безымянной высоте» (2004), «Ночной дозор» (2004), «Живой» (2005), «9 рота» (2005), «Жара» (2006), «Любовь в большом городе» (2009) и других.