Не слабый пол: женщины с сильным характером
Этих шестерых очень разных героинь объединяет одно — про каждую из них можно сказать «сильная женщина». Параолимпийская чемпионка, бизнес-леди, «Мисс мира на коляске», главный врач, менеджер хосписа и пилотесса рассказали ELLE о том, где черпают энергию и в какие моменты позволяют себе быть слабыми
Татьяна Гурская
Акушер-гинеколог, доктор медицинских наук, профессор, главный врач медицинского центра «Наследники», основанного совместно с Ольгой Слуцкер, считает, что сила — это ум и искусство компромисса.
ELLE Татьяна Юрьевна, для меня профессия акушера всегда была чем-то сродни военной. Молниеносное принятие решений, от которых зависит человеческая жизнь, — это по силам не каждому. Мне всегда хотелось узнать, что за этим стоит.
ТАТЬЯНА ГУРСКАЯ Начну издалека. В середине 1990-х я работала в Первом медицинском институте доцентом на кафедре акушерства и гинекологии. Работа хорошо оплачивалась, я читала лекции, проводила занятия со студентами, занималась лечебной деятельностью и делила свою жизнь на размеренную работу и дом. Мне казалось, что так будет всегда, и ни о чем большем особенно не думала. И только когда перестроечная волна докатилась до нашего института и начались проблемы, разборки, ущемления, в моей жизни наступил период активации, который вывел меня из сомнамбулического состояния. Можно сказать, что все, чего я добилась в жизни, было сделано благодаря стрессам. Оказалось, у меня такой характер.
ELLE Неужели вы раньше не знали об этой своей черте?
Т.Г. Представьте себе, нет. Были окружающие, которые видели во мне эти качества и пытались подтолкнуть меня к переменам. Но только когда в моей жизни появились настоящие препятствия и преграды, я смогла самореализоваться. Мне было очень тяжело уходить с кафедры, но я осознала эту необходимость. В течение довольно короткого промежутка времени я наметила себе план — закончить докторскую диссертацию и получить звание профессора. Вставая каждый день в 6 утра и выполняя четко намеченный объем работы, я успела сделать все до ухода из института.
ELLE Как дальше проявлялись новые для вас, ранее не осознаваемые качества характера?
Т.Г. Вы не поверите, но я никогда не хотела быть акушером. Я собиралась стать гинекологом-эндокринологом — тогда это была новая, развивающаяся специальность. И я не понимала, что она абсолютно не соответствует моему характеру! Жизнь сама вытолкнула меня из эндокринологии. Это профессия, где, по сути, каждый день принимается одно и то же решение. В ней нет стрессов, драйва, напряжения — для меня это равноценно засыпанию. Есть лишь одна вещь, о которой жалею, — я должна была уйти из института раньше. Потому что основное развитие как врача, как специалиста я получила, только перейдя оттуда в Перинатальный медицинский центр на Севастопольском проспекте и погрузившись в совершенно другое, новаторское акушерство.
ELLE Вы известны как основатель перинатального центра в Тверской области. Вы переехали из Москвы в Тверь?
Т.Г. В какой-то момент мне поступило предложение от губернатора Тверской области открыть перинатальный центр в Твери. О переезде речь не шла, я с самого начала понимала, что мне придется жить на два города. Мало того — какое-то время я совмещала работу в Москве и Твери. Выходишь из операционной, звонок — надо ехать в Тверь. Сажусь за руль — и 140 км туда, а потом обратно. Если бы не моя семья, мой муж, его поддержка, это вряд ли было бы возможно. Пусть сейчас я понимаю, что в семье я, наверное, главный двигатель, но успешно двигать что-то можно только тогда, когда тебя поддерживают.
Я полгода принимала решение, понимая, что в Москве оставляю двух мужчин, один из которых — студент начальных курсов. Так, между Москвой и Тверью, прошло два с половиной года. И вот настал момент, когда надо было полностью сосредоточиться на тверском проекте. К тому времени я уже собрала свою московскую команду профессионалов, которым могла доверять. Жили так: в понедельник к 9 утра ехали в Тверь, в пятницу обратно. Я приезжала домой, готовила еду, мы уезжали на дачу. В понедельник начиналось все сначала. Это была работа в режиме нон-стоп. Не знаю, возможно ли повторить такое еще раз. Просто было очень, очень интересно.
И снова о характере: когда я знакомилась с коллективом, главная медсестра, знавшая меня с институтских времен, сказала сотрудникам: «Прислушайтесь к моим словам — не чините препятствий этому человеку» (смеется). Тогда я еще раз поняла, что окружающие люди знали меня лучше, чем я сама.
Я, конечно, понимала, что мне надо возвращаться в Москву. Так появился медицинский центр «Наследники», основанный совместно с Ольгой Слуцкер.
ELLE Наш проект посвящен сильным женщинам. Какие у вас представления о том, что такое сильная женщина? У меня, например, сплошные вопросы. Вы привели прекрасный пример взаимоотношений с мужем. Есть ли сила в слабости?
Т.Г. Я никогда не считала себя сильной женщиной. Когда мне об этом говорили посторонние люди, я относилась к этому скептически. Для меня всегда на первом плане были личные отношения, работа была вторична. Что такое сильная личность? Это не отдельно взятый персонаж. У человека есть жизнь, которая сама выстраивается вокруг всего, что он создает. Для меня основа — семья. Из-за этого становятся возможными многие вещи, которые я делаю в жизни. Мой муж, например, считает меня сильной, но это не означает, что я не могу броситься к нему в объятия и расплакаться, попросить у него помощи и защиты. В семье мне никогда не надо было демонстрировать никакую силу. И вообще, что это за понятие такое — сила? Я бы назвала это умом. Сильный ты человек или слабый? Это определяется, с моей точки зрения, совершенно четким ответом на вопрос: а что ты сделал? Когда ты можешь сам себе предъявить внушительный список достигнутого, тогда, наверное, можешь про себя сказать: да, я сильный. Но, с другой стороны, люди всего добиваются не только силой. Случаются и моменты слабости, и компромиссные решения. Сила без компромисса — вещь дурная, ни к чему хорошему не приведет. Я вообще считаю, что понятие «сильная женщина» многие используют в качестве самозащиты, чтобы скрыть свои слабости и неудачи.