В гостях: Интерьер на юге Москвы на память о Марокко и Тоскане

Белый шлем в знак увлечения мотоциклами, винный цвет аксессуаров в честь виноградников Тосканы и всепоглощающий прозрачно-голубой цвет воды

О проектеМесто: Москва, недалеко от метро ПражскаяРазмер: 36 кв.мКто здесь живет: Тимофей Родченков Автор проекта: Архитектор Алеся ЕвтухБюджет: 1 200 000 рублейФото: Нина Фролова

« Мы с Алесей познакомились в Марокко в 2013 году — оба ездили на сёрфинг. В этом проекте она была главным генератором идей . Нам, как заказчику и архитектору, было абсолютно легко вместе делать ремонт — мы доверяем друг другу и у нас совпадают вкусы», — говорит хозяин квартиры .

«Для прихожей и комнаты мы выбрали рельефные немецкие обои под покраску, — рассказывает Алеся. — Мы их случайно нашли в магазине — первоначально планировались гладкие обои». К ним в качестве акцентов добавили обои с геометрическим узором в духе оптических рисунков шестидесятых, чуть более насыщенные по тону: в комнате и на кухне они синие, а в прихожей — цвета охры.

В углу у входной двери стоит тумба для обуви: «Часть обуви хранится в тумбе, часть — в кладовой. Вообще я планировал на это место поставить шкаф-вешалку, но получалось громоздко», — объясняет хозяин. В желтой рамке для фото он хранит ключи от дома.

Подсвечник, ваза: BoConcept; рамка для фото: ИКЕА

Единственная комната квартиры, в которой обычно проходит вся жизнь, берет на себя функцию спальни, гостиной и кабинета. «Здесь был старый “бабушкин” ремонт. Отслаивающиеся от стен желто-коричневые обои друзья разрисовали на мой день рождения, — вспоминает хозяин. — Почти половину комнаты занимал темно-коричневый чешский мебельный гарнитур Tatra Pravenec 1977 года, который, казалось, был создан не с целью обеспечить необходимый функционал, а чтобы пережить ядерный взрыв.

Часть предметов удалось продать или отдать даром, но сервант и шкаф пришлось ломать кувалдой на месте — нельзя было дальше тянуть с началом работ, а разобрать их было невозможно, мебель оказалась прочнее и тяжелее, чем на вид. Все старое мы поменяли, проложили новую проводку, поставили новые окна. Иными словами, сделали полный капремонт квартиры и, как мне кажется, вдохнули в нее новую жизнь».

«Пространство было очень маленьким, надо было его визуально расширить, — говорит Алеся. — Я отделила спальное место от двери с помощью перегородки. Получилось сразу три зоны в одной комнате: спальня, гардероб и гостиная». «В однушке вся жизнь концентрируется в одной комнате, и если нет разделения пространства на зоны, то получается хаос — в итоге все делаешь в кровати: ешь, спишь и работаешь там же , — рассуждает Тимофей. — Я против использования раскладных диванов в спальне. Да, они, без сомнения, экономят место, но для меня гораздо важнее комфортный сон. Поэтому для сна — только кровать.

Лесе удалось сделать так, чтобы кровать, с одной стороны, не бросалась в глаза и не становилась центральным объектом в маленькой комнате, а с другой, давала ощущение уюта и защищенности в те моменты, когда ты ложишься спать. Получился своеобразный эффект комнаты в комнате, но без превращения спального места в закрытую капсулу. Солнечные лучи все так же остаются лучшим будильником летним утром ».

«Перегородка сделана ступенями, чтобы все-таки не чувствовать себя, как в закрытой коробке, — уточняет Алеся. — Уступы отделаны деревом. Мы купили на рынке одну доску, там же разрезали ее на три части, закруглили углы фрезой и прямо на месте покрасили».

В процессе ремонта стены в ыровняли шпатлевкой «Р отбанд » и штукатуркой. « Правда, стены были настолько кривыми, углы — круглыми, а бригада с таким рвением их очень хорошо выравнивала, что это лишило нас нескольких принципиально важных сантиметров, — продолжает Алеся. — Мы о пределили сюда кровать с бортиками, но она уже не вставала. Пришлось купить и другую кровать, и другой шкаф. Планировали “икеевский” ПАКС, но из-за этого выравнивания полутораметровый шкаф сюда уже не вставал. Тогда мы нашли шкаф шириной 1,40 м » .

« В шкафу есть внутренняя подсветка, которая включается при открывании двери , — добавляет Тимофей. — Когда в однокомнатной квартире живут двое, это удобно: перегородка отделяет зону кровати и, когда утром открываешь гардероб, в нем зажигается свет. Не нужно включать верхний свет и будить того, кто спит. Это такая забота о ближнем».

Покрывало на кровать подобрали близкое по цвету к стенам. А в изголовье, наоборот, положили винного цвета подушки, повесили темно-красные бра на длинных изогнутых ножках и добавили красные накладки на выключатели.

Бра, плед, кресло: ИКЕА; электрофурнитура: Simon

В 2013 году в Тоскане я делал вино на виноградниках Muralia около города Гроссето в области Маремма. Это была небольшая винодельня и очень крутой опыт! Ночью мы собирали виноград, вокруг бегали лисички, кабаны. У меня руки были по локоть в сахарном сиропе: когда срезаешь гроздь винограда, у тебя по рукам течет сок. Затем сортировали грозди на конвейере, отделяли ягоды от веточек, закладывали все в большую алюминиевую емкость, где настаиваются раздавленные ягоды с соком и косточками: так называемый муст. Именно этот процесс придает вину цвет и характер, а также во многом влияет на его будущий вкус. Через год вино было готово!

Журнальный стол: ИКЕА

В 2014-м приехал на ту же винодельню — “моего” вина там уже не осталось. Хозяин сказал, это был очень хороший урожай, и все вино он уже продал. Тогда я поехал во Флоренцию по винным местам, но и там не нашел ни бутылки. В последний день перед отъездом из Италии мы с приятелями из хостела зашли отметить конец поездки в небольшой винный бар недалеко от церкви Санта-Кроче. Я никак не мог определиться с выбором вина, так как за время, проведенное в Тоскане, казалось, перепробовал все. И тут на помощь пришел хозяин винного бара, который со словами: “Кажется, у меня как раз было кое-что необычное!” — долго искал что-то в своем винном шкафу… и достал из него то самое вино того самого года! Я тут же купил у него все три оставшиеся бутылки. Это была судьба! Одну бутылку мы выпили, а две другие я храню».

Табурет: BoСonсept; ваза: Eurodom

Алеся Евтух — потомственный архитектор: «Мои папа и мама — архитекторы. Я училась в МАРХИ, сейчас строю большой жилой комплекс. А интерьеры квартир — это для интереса. До этой квартиры у меня за плечами было несколько интерьеров коттеджей и автомобильных салонов ».

« Леся создала проект в марте 2014 года, — говорит Тимофей. — Ремонту почти год. С первоначальной бригадой мы потеряли много времени, потому что они постоянно откладывали начало работ. А со второй нам очень повезло — они с делали весь ремонт за месяц. На время ремонта наше стандартное расписание выглядело так: в семь утра мы просыпались и бежали на работу или учебу, около семи вечера встречались с Алесей дома, а в девять уже стояли в пробке по дороге в Химки, где есть целый кластер магазинов — Hoff, ИКЕА, OBI, — и в два ночи возвращались в Москву. И так каждый день! Это был мой первый ремонт, приступая к которому я и предположить не мог, насколько сильно этот процесс требует твоего внимания и непосредственного участия, если ты действительно стараешься сделать проект максимально качественно ».

У окна Тимофей и Алеся поставили длинный белый консольный стол. С ним в комнате появилась рабочая, хорошо освещенная зона. На краю консоли — небольшие настольные часы в корпусе винно-красного цвета — как и ковер между консолью и диваном. « Часы я пару лет назад привез из Лондона, куда ездил учиться . Они с полупанковского рынка Camdеn, где много неформалов, — рассказывает хозяин. — Хотя этот блошиный рынок более туристический, чем Portobello, на нем тоже можно найти стоящие вещи. Часы не винтажные, хотя выглядят именно так, а новые от небольшой южнокорейской студии Mon Studio 214 ».