Разношерстное вооружение ДНО Москвы в 1941 г.
Встретился недавно пост http://pikabu.ru/story/mifyi_vtoroy_mirovoy_odna_vintovka_na. , о том, что в Великую отечественную оружия нашим солдатам всегда хватало и недостатка в нем они не испытывали. О ситуации с оружием в начальный период войны пусть расскажут фото народного ополчения Москвы.
Пулеметы Льюиса, оставшиеся еще с Первой мировой
Японские винтовки Арисака
Французские винтовки Лебеля
Польский пулемет wz. 28
Оружейная пирамида с разнообразнейшими винтовками и пулемет MG 08
У ополченца слева, похоже, wz.28
Теперь представьте трудности с обучением и снабжением
Автор ты понимаешь что такое ополчение ?
Не сведущих людей много,в начале войны была полная неразбериха,много складов с оружием боеприпасами и снаряжением в один момент оказались на территории захваченной противником. Но так было только в самом начале войны.
Автор идиот. Все это оружие было закуплено еще в Первой Мировой. Подробнее:
Член военного совета МВО К.Ф. Телегин в своей книге "Не отдали Москвы" подробно описывает процесс поиска оружия на артиллерийских базах ГАУ .вот что он там нашел-состоявшие на вооружении германо - австрийской армии 7,92 мм станковый пулемет MG-08 (Максима); 7,92мм ручной пулемет МО-13 (Дрейзе); 7,92мм ручной пулемет системы Бергмана обр. 1915 г., 7,92 мм станковый пулемет Дрейзе обр. 1908/1915гг.; 8 мм станковый пулемет системы Шварцлозе обр. 1907- 1912 гг. и обр. 1907 г.так-же поступили на войсковые склады в 1939-1940гг., так как состояли на вооружении польской и румынской армий (системы Манлихера обр. 1892, 1893 гг. (6,5 и 8 мм), 7,92 мм системы Маузера обр. 1924 г.). По указанию Сталина все оружие брошенное румынской армией во время освобождения Бесарабии и Сев. Буковины в 1940г., было собрано и приведено в порядок .Некоторые иностранные системы стрелкового оружия закупались Россией во время первой мировой войны или были переданы ей союзниками.
Из Франции поступили:
- 8 мм винтовки системы Лебеля обр. 1886/1893 гг. (86000 ед.),
- 11 мм винтовки системы Гра обр. 1874 г. (450 000 ед.),
- 11 мм винтовки системы Гра- Кропачека обр. 1874/1885 гг. (105 000 ед.),
- 8 мм ручные пулеметы системы Шоша обр. 1915 г. (6100 ед.), Из Италии поступили: - 11 мм винтовки системы Веттерли - Витали обр. 1871/1887 гг. (400 000 ед.).
Из Великобритании поступили:
- 6,35 мм винтовки Арисака обр. 1905 гг. (128 141ед.),
- 7,71 мм ручные пулеметы системы Льюиса обр. 1915 г. (1.862 ед.),
- 8 мм ручные пулеметы системы Гочкиса обр. 1909 г. (540 ед.).
Из США поступили:
- 7,62 мм винтовки системы Винчестера обр. 1895 г. 299 000 ед.),
- 7,62 мм ручные пулеметы системы Льюиса обр. 1915 г. и 7,62 мм станковые пулеметы системы Кольта обр. 1915 г. (всего 32 908 ед.).
Из Японии поступили:
- 6,35 мм и 7 мм карабины Арисака обр. 1905 гг. (635400 ед.),
- 7 мм винтовки Арисака обр. 1905 гг. (20 350 eд.).
Кроме того, заводам Ремингтона и Вестингауза в США были заказаны 3-х линейные винтовки системы Мосина обр. 1891/1910 гг. И было получено 358 000 штук. Фирме Виккерса в Великобритании было также заказано производство станковых пулеметов системы Максима обр. 1910 г. под российский патрон, было получено 128 пулеметов. В 1915-1916 гг. в США было закуплено 14500 пистолетов системы Кольта обр. 1911 г., которые были отправлены на фронт для вооружения офицеров русской армии. Но часть этих пистолетов осталась на складах.
Перечисленные иностранные образцы хранились на войсковых складах как дополнительный вид вооружения для отрядов по охране тыла. Например, на вооружении отрядов команд управления ведомственных служебных частей (УВСЧ) и ПВО Народного комиссариата топливной промышленности состояли следующие иностранные винтовки: 7,71 мм системы Ли-Энфильда обр. 1914 г. (Великобритания), 6,35 мм системы Арисака обр. 1905 г. (Япония), 8 мм системы Лебеля обр. 1907/1915/1916 гг. (Франция), системы Манлихера обр. 1893г. (Австро - Венгрия, Болгария); 11 мм системы Веттерли - Витали обр. 1870/1884 гг. (Италия), 8 мм системы Гра - Кропачека обр. 1874/1885 гг. и 1885 г., 1878/1884 гг. Происхождение этих винтовок нам уже известно. Эти команды вооружались также мелкокалиберной винтовкой ТОЗ-2 и карабином НК -8,2 мм, переделанным из охотничьей крупнокалиберной винтовки. В качестве личного оружия командным составом использовался пистолет системы ТК обр. 1927 г. В справке Председателя комиссии 25 июля 1941 г. перечисляются французские, польские винтовки. Упоминаются ручные пулеметы системы Браунинга обр. 1928 г. В донесении бригадного комиссара 5 ДНО Антропова штабу 33 армии от 4 августа 1941 г. приводятся данные о наличии оружия, не предусмотренного штатным расписанием: винтовки системы Мосина обр. 1891 г. (имелось 1500 ед.), винтовки системы Маузера (имелось 2575 ед.), станковые пулеметы системы Кольта обр. 1915 г.(243 ед.).------------------прочитав это понимаешь, что быть на вооружении могло что угодно
Это оружие до сих пор на хранении лежит, если что.
Немцы тоже с охотничьими ружьями по нашим стреляли-гитлерюгенд и кто старше.
поэтому то Путин и тратит деньги на армию, чтоб не было таких проблем!
на самом деле у всех армий было по 1 винтовке на троих. вот для примера немцы.
заметь, все они вооружены нашим оружием от Мосинки до Дегтяревского пулемета. ну и чешские пулеметы, которые у них вообще на вооружении стояли.
как минимум, некорректно, вопрос снабжения регулярных войск исследовать с помощью фотографий, на которых "трудности с обучением и снабжением" ополчения(!).
регулярные войска и ополчение, понимаете разницу?
Лебеля - это те самые трёхзарядные с трубчатым магазином, которые на 2000 метров лупили?
ТС что за ДНО? Можно расшифровку сей аббревиатуры? Или это в качестве оскорбления правительства СССР ты использовал?
эм, ну ок, ополченцам давали "шо осталось"; при чем тут бредни "одна винтовка на троих" про РККА?
Памятник Рихарду Зорге в Баку
Рихард Зорге - родился 4 октября 1895 года в посёлке Сабунчи Бакинской губернии Российской империи, в семье немецкого инженера Густава Зорге.
Участник 1-ой империалистической.
С сентября 1933 по октябрь 1941 года Зорге — резидент нелегальной советской разведки в Японии.
В конце мая, Зорге сообщает, что нападение произойдёт в первой половине июня. Два дня спустя он уточняет дату — 15 июня. После того, как срок «15 июня» прошёл, Зорге сообщил, что война задерживается до конца июня. 20 июня Зорге не сообщает дат и лишь уверен в том, что война неизбежна.
Казнь Зорге состоялась в токийской тюрьме «Сугамо» в 10:20 утра 7 ноября 1944 года.
Последний день Рихарда Зорге
Каким был последний день Рихарда Зорге? Как и во многих других случаях, некоторые мифы, связанные с этим событием (принятие решения о казни в последний момент, повешение на рояльной струне и т. д.), появились много позже и при внимательном изучении не выдерживают никакой критики. Иные (например, что на самом деле сказал Зорге перед смертью) оказываются не просто живучи, а непобедимы. Попробуем понять, откуда взялись те и другие.
13 ступеней
В октябре 1948 года на прилавки японских книжных магазинов поступила новинка — небольшая брошюра «Правда о деле коммунистической шпионской группы Одзаки-Зорге». В общих чертах об этом деле японцам было известно ещё с конца войны — благодаря отдельным публикациям, связанным с расследованием, проводившимся в отношении советской разведгруппы американскими оккупационными властями. По версии профессора Тэцуро Като, сама идея публикации брошюры принадлежала им же: таким образом американская контрразведка якобы пыталась выманить бывшую подругу Зорге Ханако Исии, чей адрес не удавалось установить. Гипотеза весьма сомнительная, но, так или иначе, Ханако брошюру действительно увидела, купила и начала свой «крестный путь» по увековечиванию памяти погибшего возлюбленного. Сама она потом вспоминала, что именно в том издании впервые приводились точные сведения о казни разведчика.
В главе, называющейся «Выкрикнувший с эшафота», говорилось следующее: «7 ноября 1944 года в день годовщины русской революции на эшафоте токийской тюрьмы Сугамо был проведён в исполнение смертный приговор через повешение. Существовало обыкновение приводить смертный приговор в исполнение в 9 часов утра, и в то утро, когда тюремного надзирателя вызвали в одиночную камеру Одзаки (ближайший помощник Зорге, тоже приговорённый к смертной казни. — А.К.), он ожидал, что всё пройдёт быстро, однако по причине подготовки одежды для казни вынужден был прождать около тридцати минут. Первым на эшафот взошёл Одзаки. На нём были хаори с фамильным гербом и хакама (традиционная японская одежда. — А.К.). Сообщалось, что он невозмутимо встретил смерть. Одзаки взошёл на эшафот в 9 часов 33 минуты и через 14 минут испустил дух. Вслед за ним на эшафот поднялся Зорге. Он висел около 18 минут и умер в 10 часов 36 минут. На нём были пиджак без галстука и круглые очки в тонкой оправе. <. >
Одзаки [перед смертью] слабым голосом воскликнул: "Прощайте, прощайте". Вероятно, он прощался с любимыми женой и детьми. Когда же Зорге спросили, о чём он думает в последние минуты жизни, он улыбнулся и трижды повторил по-японски: "Советский Союз. Красная армия. Коммунистическая партия"».
Рассказ о последних словах разведчика воспроизводится в разных вариациях из публикации в публикацию, но источник, судя по всему, один: та самая брошюра или её последующее переиздание (первое раскупили на ура), вышедшее годом позже. Изложенная в нём история выглядит особенно убедительно ещё и потому, что известен её автор. Бывший прокурор, а в 1944 году начальник отдела по идеологическим преступлениям токийского суда и присутствовавший при казни, Тамон Юда недолго сохранял инкогнито и время от времени пересказывал сам себя. В 11 часов утра 23 января 1976 года Ханако Исии встретилась с ним лично — на том самом месте, где погиб её любимый.
Поводом для рандеву стали съёмки телевизионного фильма «Шпион Зорге», в котором Юда выступил в качестве свидетеля тех событий. Исии приехала со съёмочной группой в небольшой парк, разбитый на месте тюрьмы у подножия строящегося тогда небоскрёба Sunshine 60. Там экс-прокурор достал из кармана записную книжку, показал участникам съёмки сделанную карандашом запись от 7 ноября 1944 года и прокомментировал её. По его воспоминаниям, на казни присутствовали пять человек: помимо самого Юда это были начальник тюрьмы Итидзима Сэйити, его заместитель, секретарь прокуратуры, а также тюремный священник.
Юда даже устроил небольшую экскурсию по парку, отметив место, где находилась входная дверь, которая вела к месту казни, и указав маршрут, которым Зорге прошёл до эшафота. Показал, где стоял буддийский алтарь, где находилась камера для исполнения смертных приговоров. Снова подтвердил, что на вопрос: «Не желаете ли вы напоследок что-то сказать?», Зорге спокойно ответил ему по-немецки: "Разрешите мне высказать то, о чём я думаю в последние минуты жизни" и трижды выкрикнул по-японски: "Советский Союз! Красная армия! Коммунистическая партия!"»
Никакой рояльной струны, конечно, не было. Процедура казни, оставшаяся в Японии почти неизменной до сих пор, строго регламентирована. «К эшафоту вело тринадцать ступеней, — рассказывал Юда. — Начинали с завязывания глаз и надевания верёвки, а само устройство виселицы было таким, что пол под человеком проваливался».
Однако на этом история с последними словами Зорге не закончилась. Сомнения в правдивости показаний Юда высказывались и раньше, а в 2004 году исследователь дела Зорге Томия Ватабэ обнаружил среди архивных документов оккупационных властей выписку из Книги приведения в исполнение приговоров токийской тюрьмы Сугамо. Процитируем её полностью: «Начальник тюрьмы Итидзима, проверив имя и возраст осуждённого, сообщил ему, что, согласно приказу Министерства юстиции, приговор будет исполнен в этот день, и от него ожидают, что он спокойно встретит смерть. Начальник тюрьмы спросил, не желает ли осуждённый что-либо добавить к своему завещанию, составленному ранее, относительно своего тела и личных вещей. Зорге ответил: "Моё завещание остаётся таким, каким я его написал". Начальник спросил: "Хотите ли вы ещё что-то сказать?" Зорге ответил: "Нет, больше ничего". После этого разговора Зорге повернулся к присутствовавшим тюремным служащим и повторил: "Я благодарю вас за вашу доброту". Затем его завели в камеру исполнения приговоров, где он принял смерть. Время: с 10:20 до 10:36. В соответствии с волей казнённого, а также ст. 73, п. 2 и ст. 181 Тюремного регулирования тело было захоронено».
Говорил ли Зорге перед смертью на самом деле что-то о компартии, Советском Союзе и Красной армии или нет, сегодня никому уже не выяснить. Записная книжка Тамона Юда утеряна, а значит, проверить подлинность его утверждений по записям невозможно. В 1948 году, когда впервые была опубликована версия о «тройном выкрике» Зорге, в Японии на подъёме находилось коммунистическое движение, и бывший прокурор мог сказать именно то, что от него хотели услышать, а потом, найдя благодарную аудиторию, вновь и вновь повторять однажды произнесённое. С другой стороны, точно так же и тюремные власти, составляя протокол казни, могли не осмелиться внести в него слова, которые столь явно свидетельствовали о том, что приговорённый к смерти иностранец так и не признал свою вину, не почувствовал себя сломленным, — это противоречило духу японского судопроизводства тех времён. Так что теперь каждому, кто встречается с описанием последнего дня Зорге, придётся самостоятельно выбирать, какой версии верить…
Красный день календаря
Отставному генералу ГРУ Михаилу Иванову, бывшему во время войны офицером советского военного атташата в Токио, приписывается рассказ о том, как 6 ноября 1944 года во время приёма в советском посольстве по случаю годовщины Октябрьской революции состоялся разговор между министром иностранных дел Японии Мамору Сигэмицу и советским послом Яковом Маликом. Говорили они, естественно, о крайне сложной международной обстановке, но Иванов, присутствовавший при этом, почему-то решил, что Сигэмицу хотел сказать что-то о Зорге. И так и не сказал. А Малик не спросил. «На следующий день Зорге был казнён…»
История эта особенно любима сторонниками версии о том, что японцы собирались отпустить, поменять Зорге на некие преференции Советского Союза, и ждали какого-нибудь знака от Иосифа Сталина — через посла Малика в том числе. Оставляя в стороне сейчас разговор о том, хотел советский вождь вытаскивать разведчика из тюрьмы или не хотел, обратим внимание на очевидное. Во-первых, нигде из воспоминаний генерала Иванова (если он это действительно вспоминал) не следует, что Сигэмицу и Малик думали об одном и том же: о Зорге. Вслух его имя произнесено не было, никаких намёков на то, что вообще речь может зайти именно о нём, — тоже. Во-вторых, обратим внимание на дату. Посольский приём состоялся вечером 6 ноября, а в половине одиннадцатого следующего утра Зорге был повешен. Возможно ли, чтобы решение о казни было принято меньше, чем за сутки? Уже знакомый нам бывший прокурор и полицейский Тамон Юда в парке на месте тюрьмы дал разъяснения и на эту тему.
Отвечая на вопрос Ханако Исии, случайно ли был выбран для приведения в исполнение приговора день главного коммунистического праздника, он заявил: «Будет неправдой сказать, что никакого умысла в этом не было. Мы подумали, что действительно этот день подходит для того, чтобы стать последним в его жизни, поэтому выбор такой даты, возможно, нёс значение своего рода сострадания в понимании Бусидо». Бусидо — чрезвычайно популярный на Западе и в России моральный кодекс самураев, «Путь воина». Но в отличие от нас Ханако Исии была японкой, поэтому не могла сдержать удивления, услышав такое объяснение, и поняла, что в действительности это являлось лишь утончённым моральным издевательством: «. рассказанное им про казнь в день Октябрьской революции, о сострадании и Пути воина и т. д. , и т. п. — всё это было непередаваемо, безгранично отвратительным поступком для советского человека». Нельзя не вспомнить в связи с этим, что современный Уголовно-процессуальный кодекс Японии как раз запрещает проведение казней в выходные дни, национальные праздники, а также 1 и 2 января.
А дальше Тамон Юда и вовсе проболтался об истинных причинах выбора этой даты: «Ну и кроме того, казнь необходимо было привести в исполнение в течение пяти дней, и, так как восьмое число оказывалось последним, казнь решили провести в один из свободных дней — седьмого числа».
Точка в суде над Зорге и Одзаки была поставлена 5 апреля 1944 года, когда была отклонена апелляция адвоката Одзаки (апелляцию Зорге суд вообще не принял к рассмотрению), и, таким образом, смертный приговор вступил в законную силу. Привести в исполнение его должны были в течение 6 месяцев. По каким-то причинам этого не произошло, но искать здесь следы японских предложений о выдаче Зорге рано: практика откладывания казни обычна для японской правовой системы. В любом случае, судя по словам Юда, окончательное решение (приказ министра юстиции) состоялось 3 ноября 1944 года, а никак не в ночь перед повешением после приёма в советском полпредстве. Но и это ещё не конец.
«К тому же воздушные налёты к тому времени стали очень мощными, и мы опасались, что в случае отсрочки не сможем привести казнь в исполнение», — продолжил Юда и добавил: «В тот день, как и сегодня, стояла хорошая погода, и, помню, вечером опять был воздушный налёт».
Тюрьма Сугамо серьёзно пострадала от американских авиабомб, так что опасения тюремщиков Зорге были отнюдь не напрасными. Им просто-напросто хотелось поскорее закончить это затянувшееся дело: приказ подписан, тянуть нечего, а каждый день хорошей погоды — лишний шанс самим сгореть в огне американской бомбёжки. И Зорге повесили. Чтобы поскорее.
Расставаясь с Тамоном Юда, который тщательно изображал раскаяние, Ханако Исии обратила внимание на деревянную дощечку в углу парка. На ней ещё можно было разобрать надпись: «Военные преступники». 23 декабря 1948 года по приговору Международного военного трибунала для Дальнего Востока, вошедшего в историю как Токийский процесс, в тюрьме Сугамо были казнены семеро японских военных преступников. В память об этом и поставили ту дощечку. После реконструкции парка её заменили на красивый массивный камень с надписью по-японски: «В стремлении к вечному миру». Перед ним почти постоянно стоят маленькие фотографии семерых повешенных преступников, цветы, саке от их поклонников. О Рихарде Зорге — человеке, который погиб за то, чтобы в мире больше не было войн, в парке на месте тюрьмы Сугамо не напоминает ничто.
С благодарностью за помощь в подготовке этого материала Анне Делоне.