Частные военные компании: краткий обзор мирового и российского регулирования

Наконец, спустя год, у законотворцев появилось желание[1] разобраться с весьма неоднозначным законопроектом, регулирующим деятельность т.н. частных военных (военно-охранных) организаций (private military company).

Как мы видим на фоне последних мировых событий, эти компании активно ведут свою деятельность и предоставляют услуги в военной сфере. В отличие от наемников и террористов, частные военные компании (далее – ЧВК) – высокодоходная коммерческая структура, укомплектованная высококлассными техническими специалистами. ЧВК делятся на компании трех типов: компании военных услуг, консалтинговые и логистические.

Наиболее распространенные - компании военного консалтинга (military consulting companies), осуществляющие стратегическое планирование, реформирование вооруженных сил, тренировки армейских подразделений, переподготовку офицерского и технического состава. Компании военной логистики (military support companies) занимаются тыловым обеспечением войск и строительством военных объектов на территории других стран, обслуживают армейские компьютерные системы или сложные системы вооружений. Наконец, компании военных услуг (military service companies) специализируются на военных навыках, в том числе на ведении боевых действий, сборе оперативных данных, оперативной поддержки.

Помимо ЧВК существуют и т.н. частные охранные компании или компании по безопасности (private security companies), специализирующиеся в области обеспечения безопасности и защиты персонала и имущества. Данные организации, помимо непосредственной охраны объектов, предоставляют телохранителей, обеспечивают консалтинг по безопасности, выполняют отдельные функции военных подразделений: разминирование, обучение подразделений армии и полиции. Однако в XXI веке феномен частных военных компаний стал более сложным, поэтому обозначить четкую границу между частной военной и частной охранной компанией непросто.

Считается, что ЧВК – это компания, которая предоставляет наступательные услуги, то есть прямо или опосредованно направленные на разрешение какой-то ситуации военным путем. В свою очередь ЧОК предоставляют оборонительные услуги для защиты жизни и собственности клиента. Однако очевидно, что в зонах боевых действий все зависит от обстановки: например, при защите нефтепровода охранная компания может проводить боевые операции против местных партизан или бандитов[2]. Следовательно, российский законодатель, не мудрствуя лукаво, объединил эти два понятия в частные военно-охранные организации (ЧВОО).

Международно-правовое регулирование

Правовой статус сотрудников частных военных компаний в международном праве представляет собой «серую зону». Если сотрудники частных военных и охранных компаний не являются участниками вооруженных сил государства, они относятся к категории гражданских лиц. Если же они осуществляют действия, которые могут быть классифицированы как непосредственное участие в боевых операциях, то они теряют защиту от нападения на период своего участия в военных действиях[3]. В случае попадания в плен данная категория лиц не получает статуса военнопленных и может подвергаться суду за непосредственное участие в боевых действиях, даже если они не совершали нарушений международного гуманитарного права.

Нет единого мнения по вопросу того, подпадают ли сотрудники частных военных компаний под определение наёмников. Определение наёмника сформулировано в ст. 47 первого Дополнительного протокола к Женевским конвенциям[4], подписанного в 1977 г. Для того, чтобы быть наемником, сотрудник частной военной или охраной компании должен полностью удовлетворять данным критериям. При этом, следует учитывать, что ни один человек, относящийся по национальной принадлежности к одной из сторон в конфликте, не может быть наемником. Еще одним важным критерием для отнесения к наемникам является тот факт, что указанные люди не должны быть инкорпорированы в состав вооруженных формировании государства, при том имеет значение как де-юре (как в Сьерра-Леоне), так и де-факто инкорпорация, которая может быть установлена не только правовым актом, но и договором (Саудовская Аравия)[5]. Таким образом, лишь незначительная часть из сотрудников ЧВК, участвующих в международных военных конфликтах может быть признана наемниками

В действительности, квалифицировать лицо в качестве наемника – весьма сложная задача. Более того, владельцы частных военных компаний, как и большинство государств, которые их нанимают, настаивают на том, что их персонал выполняет защитную миссию и используется только лишь как поддержка в вооруженных конфликтах. Однако эксперты ООН по правам человека полагают, что если сотрудники частных военных компаний непосредственно участвуют в боевых действиях, то они являются наёмниками[6].

Однако почему столь важно определить, не являются сотрудники ЧВК наемниками? Международным гуманитарным правом (или правом вооружённых конфликтов) предусмотрен строгий запрет на аутсорсинг военных служб: лишь только представители вооруженных сил могут участвовать в военной кампании. Запрет наемничества содержится в Декларации Генеральной Ассамблеи ООН о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН 1970 г.: «Каждое государство обязано воздерживаться от организации и поощрения организации иррегулярных сил или вооруженных банд, в том числе наемников, для вторжения на территорию другого государства»[7]. Страны, подписавшие Женевскую конвенцию 1949 г. и дополнительные протоколы к ней 1977 г., должны выполнять свои обязательства, даже несмотря на то, что некоторые из служб переданы частным компаниям. Следовательно, оттого, следует признавать сотрудников ЧВК наемниками или нет, зависит возможность использовать их в качестве внешних сил.

При этом статус наемника, даже если он будет доказан, сам по себе не влечет тяжелых последствий. Если государство ратифицировало Международную конвенцию ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г.[8] (42 государства-участника) и аналогичную Африканскую конвенцию 1977 г. или же оба этих документа, оно обязано преследовать и наказывать наемников. На национальном уровне во многих странах существуют законы, запрещающие вербовку наёмников. В России это статья 359 Уголовного кодекса Российской Федерации. Следует заметить, что за двадцать лет в России (как и в целом в мире) по этой статье не было осуждено ни одного человека и только за последние 2 года было возбуждено 4 уголовных дела в связи с конфликтами в Сирии и Украине.

С точки зрения гуманитарного права, единственным правовым последствием пребывания в роли наемника является то, что наемнику не полагается статус военнопленного, когда он принимает участие в международном вооруженном конфликте, поскольку не является комбатантом. Однако наемник, тем не менее, имеет право на достойные условия содержания и честное расследование своего дела.

ЧВК не являются субъектами международного права и носителями предусмотренного Уставом ООН обязательства не применять силу в международных отношениях. Однако при работе в ситуациях вооруженного конфликта сотрудники частных военных и охранных компаний должны соблюдать нормы и принципы международного гуманитарного права и нести уголовную ответственность за совершаемые нарушения. В случае, если сотрудники частной военной или охранной компании нарушают международное гуманитарное право, ответственность за нарушения, помимо самой компании и ее сотрудников, будет нести государство, которое эту компанию наняло[9]. Более того, государства должны обеспечить существование механизма ответственности подозреваемых в нарушениях частных военных и охранных компаний и их сотрудников в соответствии с процедурами гражданского суда.

В апреле 2001 года была создана структура, координирующая деятельность частных военных и охранных компаний на международном уровне — «Peace Operations Association» (POA). Однако, ее деятельность остается пока еще весьма неэффективной, виной чему – отстающее за реалиями правовое регулирование. Однако не все так печально.

В 2000 г. в соответствии с законодательством Швейцарии и по инициативе Швейцарского правительства был создан Женевский центр демократического контроля над вооруженными силами (ДКВС)[10]. Членами фонда ДКВС являются 61 государство, а также четыре правительства и две международные организации в качестве постоянных наблюдателей. Он является международным фондом, который уделяет первостепенное внимание сферам управления сектором безопасности и реформирования сектора безопасности, особенно в части взаимодействия государства с частным сектором в сфере частных структур безопасности.

ДКВС поддерживает усилия правительства Швейцарии и Международного Комитета Красного Креста по повышению роли «Документа Монтрё»[11] (2008 г., 39 государств) – акта о соответствующих международных правовых обязательствах и надлежащей практики для государств, связанных с деятельностью частных военных и охранных компаний в вооруженных конфликтах. Документ Монтре является первым документом международного права, относящимся к деятельности частных военных и охранных компаний (ЧВОК), при их присутствии в зонах вооруженных конфликтов. В Документе Монтре имеется ряд позитивных наработок. Его отличает качественная проработка таких аспектов, как лицензирование ЧВОК, в том числе на предмет ношения и использования оружия, сертификация персонала, проверки деятельности ЧВОК, закреплена необходимость тестирования персонала на предмет знания международного гуманитарного права[12]. Однако он не создает новых обязательств и норм международного права и сам по себе не является юридически обязательным документом. Примечательно, что в 2010 г. ДКВС также подготовил Международный кодекс поведения для частных охранных компаний[13] (ICoC) и Механизм надзора за соблюдением выполнения этого кодекса компаниями-членами.

Регулирование в России

Если мировая практика в вопросе регулирования частных военных компаний неоднозначна (хотя стремится к унификации), то российское право старательно избегает данную проблему. Российское законодательство на данном этапе, как и законодательство многих других стран, не разрешает создание и существование частных военных компаний. У нас есть только охранные компании. Сдерживающим фактором развития в России ЧВК является и статья 208 УК РФ, в которой создание вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом, а равно руководство таким формированием или его финансирование являются преступлением. В связи с этим российские ЧВК свой основной бизнес делают за рубежом, на таких операциях, как охрана судов в зоне пиратства, охрана госучреждений в зонах конфликтов.

Несмотря на это, в России давно существует пара десятков частных военных компаний (РСБ-Групп, «Антитеррор-Орел»), которые успешно работают в «серой зоне» в интересах российского бизнеса. Они зарегистрированы за рубежом либо как «охранные агентства», а физические лица действуют частным образом, нанимаются специалистами. Но так как нет законодательной базы, работают они на свой страх и риск.

Эксперты и чиновники еще с 2012 года говорят, что РФ давно пора выйти на этот мировой рынок с колоссальным годовым оборотом в $100 - 200 млрд. ЧВК можно отдавать функции охраны российских представительств за рубежом, иностранных инфраструктурных объектов, которые порой бывают важны для российских интересов либо дружественных России государств. В ЧВК нуждаются и транснациональные компании, имеющие активы не просто за рубежом, но и в чрезвычайно неспокойных странах: в Алжире («Роснефть», «Стройтрансгаз»), Ираке («ЛУКОЙЛ», «Газпромнефть») и так далее.

Весной 2012 года Владимир Путин, который на тот момент занимал должность премьер-министра, поддерживал идею создания системы ЧВК, которые могли бы предоставлять услуги по охране объектов и тренировке иностранных военных за границей без участия российского государства: «Это является инструментом реализации национальных интересов без прямого участия государства»[14]. С предложениями помедлили, онако когда события резко изменились, депутаты не смогли остаться в стороне. 22 октября 2014 г. группа депутатов «Справедливой России» внезапно разродилась законопроектом №630327-6 «О частных военно-охранных компаниях». Стоит отметить, что они не были единственными: параллельно велась работа над законопроектом фракции «Единая Россия», в целом, весьма схожего с первым. И вот, как обычно, руки Госдумы до законопроектов, несмотря на многочисленные обещания, дошли только спустя год.

Не вдаваясь в подробности, регулирование в соответствии с актуальными данными неважное и очень поверхностное. Очевидно, что многое (если не все) изменят. В соответствии с проектом ЧВК могут существовать только в форме ООО с уставным капиталом собственных средств не менее 100 млн. руб. Вид деятельности ЧВК должен быть основным. Деятельность ЧВК подлежит аккредитации (на 5 лет), обязательному лицензированию. Что касается услуг, то здесь мы видим три вида: военные, охранные и (или) консультационные (военный консалтинг). По словам зампреда комитета ГД РФ по обороне Франца Клинцевича, бойцы российских ЧВК, вероятно, получат право на использование широкого спектра вооружений и получат возможность участвовать в спецоперациях, не дожидаясь решения парламента[15]. В условиях военного положения ЧВК станут резервом Минобороны.

Итоги

Как мы видим, частные военно-охранные предприятия – это не армии для олигархов. Они должны находиться и действовать под жестким контролем государства в лице официальных военных ведомств. Однако, это отнюдь не означает потери ЧВК самостоятельности действий. Как показала история, без жесткого государственного контроля американские компании с легкостью шли на нарушение международного гуманитарного права и совершали иные нарушения. Следовательно, необходимо создать на внутринациональном уровне эффективную систему лицензирования данной деятельности, отвечающую мировым стандартам (Документ Монтре, ICoC).

Важно не допускать передачу им неотъемлемых государственных военных функций, сохраняя за государством монополию на легитимное применение силы. Как показывает реальность, этот незыблемый доселе принцип начинает неотвратимо разрушаться. Примером тому – «Оперативная концепция Армии США на 2016-2028 года», согласно которой правительство США сможет использовать ЧВК в борьбе с беспорядками внутри страны и борьбы с терроризмом. С другой стороны, ЧВК, нанятые государством, в моем понимании, просто фикция. Лишь «политическая нецелесообразность» признания данного факта мешает признать сотрудников ЧВК разновидностью вооруженных сил, состав которых нанят на «контрактной» основе.

К тому же, в последнее время растет численность «наёмников в белых воротничках» - военных и технических специалистов, которые вербуются на работу в военных органах[16]. Кадровой основой таких компаний являются отставные военные и сотрудники спецслужб. Плюс в том, что легализация ЧВК позволяет выводить данные опасные для общества категории лиц из криминала, сохраняя опыт и координируя действия в нужное русло. Минус - отсутствие идейной и идеологической мотивации личного состава. Служащие ЧВК могут начать партизанскую деятельность в стране базирования и участвовать в контрабанде оружия. К тому же они не заинтересованы в конечной цели военной операции и могут расторгнуть заключенный контракт, если ситуация угрожает их интересам.

Основными преимуществами ЧВК являются их оперативность, ответственность, эффективность, профессионализм и неоспоримое финансовое преимущество. Как верно подмечено, «ЧВК — это альтернатива государству и криминалу»[17]. Их преимущество – широкий спектр деятельности: компании могут действовать как легально, так и нелегально, открыто или скрывая имя заказчика. Они работают вне контроля гражданского общества и несут ограниченную ответственность за свои действия. По словам экспертов, за счет таких коммерческих мини-армий страны могут вести боевые действия в международных конфликтах без объявления войны[18]. Например, США вывели свои войска из Ирака и Афганистана, но остались частные компании, охраняющие определенные зоны и действующие в интересах США. Аналогичным образом могла бы поступить и Россия (и поступает) на территории Южной Осетии и Украины.

С другой стороны, если государство не хочет афишировать свое участие в каком-либо конфликте или проекте, или же оно перекладывает на других грязную работу, которой хватает на войне, то частные военные компании будут являться для этих целей отличными исполнителями[19]. В этом смысле каждый выстрел национальной армии на территории чужого государства - повод для международных разбирательств. ЧВК относительно устойчивы к потерям, в том числе могут скрывать их (что такое для корпорации жизнь одного сотрудника?), в то время как гибель солдата – национальная потеря.

Как уже говорилось выше, право вооружённых конфликтов – это одна сплошная серая область, политически неудобная большинству современных держав. Следовательно, позволю себе процитировать весьма резкий комментарий Артема Карапетова: «Международного публичного права нет и не было. Это симулякр. Есть военно-политические коалиции, есть армия и флот, есть торговые отношения, есть сферы влияния, есть геополитические интересы. а международного публичного права нет. И никакие бумажки ничего не изменят до тех пор, пока не будет создана общемировое правительство со своей полицией. А так как последнее нереально в краткосрочной и, видимо, даже долгосрочной перспективах, то мы никогда не должны забывать о real politik. »[20].

[1] Частные военно-охранные организации получат официальный статус // РГ. 14.12.2015. [Электронный ресурс]. – URL: http://www.rg.ru/2015/12/14/chop-anons.html

[2] Русинова В. Н. Проблемы международно-правового регулирования деятельности частных военных и охранных предприятий // Российское право в Интернете. № 2009 (05). Спецвыпуск.

[3] Русинова В. Н. Проблемы регулирования статуса «незаконных комбатантов» в международном гуманитарном праве // Вестник РГУ им. И. Канта. 2008. Вып. 9. Экономические и юридические науки. С. 19-27.

[4] Первый Дополнительный протокол к Женевским конвенциям 1977 г. [Электронный ресурс] - URL:http://www.icrc.org/Web/rus/siterus0.nsf/html/genevaconventions

[6] Саврыга К.П. Международный правовой статус наемников и проблема принадлежности сотрудников частных военных и охранных компаний к наемникам // Современное право. 2014. № 8. С. 138-143.

[7] Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций от 24 октября 1970. [Электронный ресурс] - URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/intlaw_principles

[8] Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников от 4 декабря 1989 года. [Электронный ресурс] - URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/mercen.shtml

[9] Международное гуманитарное право и частные военные и охранные компании. Вопросы и ответы // Портал Комитета Международного красного креста. [Электронный ресурс] - URL:https://www.icrc.org/rus/resources/documents/faq/pmsc-faq-150908.htm

[10] DCAF Backgrounder. Частные военные компании // Вестник Женевского Центра демократического контроля над вооруженными силами (ДКВС). [Электронный ресурс] - URL: https://goo.gl/akZ6cF

[11] Документ Монтрё о соответствующих международно- правовых обязательствах и передовых практических методах государств, касающихся функционирования частных военных и охранных компаний в период вооруженного конфликта от 17 сентября 2008 года. [Электронный ресурс] - URL:https://goo.gl/oX6eV4

[12] Волеводз А.Г. О международных инициативах в сфере правого регулирования деятельности частных военных и охранных компаний // Международное уголовное право и международная юстиция. № 1. 2009. С. 12-17.