Игорь Шутов, рекламный фотограф: «Депутаты согласны на все»

Он буквально ворвался в фотографический мир Челябинска. Переполошил, взбаламутил, обозлил, рассмешил, спровоцировал, разукрасил и, конечно, удивил. Обычно в рубрике «Бизнес-элита» мы беседуем с владельцами крупных предприятий и топ-менеджерами корпораций. Традицию нарушил тот, кого vip-персоны подпускают на расстояние фотовыстрела и кто всегда остается за кадром.

Фотомаэстро Игорь Шутов рассказал Chel.ru, зачем выкинул галстук Владимира Мякуша, какой головной убор надел на Андрея Косилова, для чего наливал водку Валерию Гартунгу, кто заставил его заново снимать Александра Берестова и что Виталий Рыльских сказал про визажиста.

«Заводские станки – лучшая модель»

– Игорь, в последнее время вы предпочитаете жанр корпоративного портрета. Это понятие у многих ассоциируется со снимками передовиков производства на Доске почета и коллективной фотографией по случаю очередной годовщины завода. Вам не скучно?

– У вас устаревшие представления. Жанр делового или корпоративного портрета очень изменился с советских времен. Креатива в современной фотосъемке политиков и бизнесменов не меньше, а то и в разы больше, чем при работе со звездами эстрады и кино. Бизнес развивается, ему необходимо быть ближе к клиенту. Возрастают требования и к фотопродукции.

– Деловое фото руководителя, корпоративный портрет персонала, съемка презентаций, совещаний, переговоров – нужно не просто зафиксировать рабочие моменты. На первый план выходят естественность, открытость, нестандартность. Фотограф принимает самое активное участие в разработке образов политиков, руководителей предприятий и организаций для представления в СМИ, участия в избирательных компаниях и так далее. Разнообразие корпоративной съемки не знает границ – это может быть портрет «без галстука» и «жанровая сцена», буклет и репортажная съемка, календарь и годовой отчет, иллюстрированные фотографиями сотрудников фирмы.

– Говорят, люди делятся на фотогеничных и тех, кто плохо выглядит в кадре.

– Нет людей нефотогеничных. (Качает головой.) Это миф. Каждый человек по-своему интересен. Его нужно увидеть, почувствовать, понять и правильно подать.

– Вы фотографировали бабушек в отделах соцзащиты, животных в цирке, артистов на сцене, бизнесменов в галстуках и без. Кого снимать легче?

– (Задумывается.) Станки на заводе. Они стоят и не шевелятся. Можно долго ходить вокруг да около, размышлять, менять свет… На их эмоциональный фон это никак не влияет. (Улыбается.)

– А если вернуться к одушевленным моделям?

– Вы знаете, иногда возникают сложности с разными людьми. Даже когда работаешь с девушками из модельного агентства, необходимо настроиться на определенную волну. Люди, которых ты снимаешь, ждут от тебя заряда энергии. И потом сами заводятся, вовлекаются в этот искрометный карнавал. Как режиссер зажигает актеров, как мужчина в танце ведет женщину, так и фотограф должен уметь дать импульс своим моделям.

«Плохие люди проходят мимо»

– Руководители предприятий, политики и бизнесмены привыкают, что последнее слово всегда остается за ними. Как поступаете, когда во время фотосъемки они начинают давить авторитетом?

– Коньячку наливаю, и все встает на свои места. (Улыбается.) Во время предварительных встреч с помощниками, пресс-секретарями всегда обговариваем все нюансы, вплоть до одежды, прически, помещения и так далее. Я высказываю свои предложения, выслушиваю пожелания. Фотография любит естественность. Глубина в ней появляется только тогда, когда человек искренен, когда в его глазах есть энергетика и чувства. И это тоже задача фотографа: не просто свет поставить, но и подготовить человека, расположить к себе, заглянуть в его внутренний мир. Причем сделать это нужно за короткое время, иной раз в запасе всего 15 минут.

– У вас есть секретные приемы?

– Скорее, жизненный опыт помогает. Нужно иметь широкий кругозор, интересоваться самыми разными темами. Тогда с любым человеком найдешь точки соприкосновения. С одним о снегоходах поговорил, с другим – о рыбалке, с третьим производственные новинки обсудил.

– Какой клиент более вредный – красотка или суровый бизнесмен?

– Женщины, конечно, капризнее. Зато мужчины дотошно относятся к деталям. Если женщины благодаря фотосессии повышают свою самооценку или примеряют новый образ, то мужчины воспринимают деловой портрет как необходимость. К процессу подходят основательно, вдумчиво, как к работе. Переспрашивают, интересуются, что и зачем, но мастеру доверяют и выполняют все его указания. Надо изменить стрижку – подстригся. Нужен визажист – пожалуйста.

– А с кем вам было приятно работать?

– Мне со всеми приятно.

– Но всех любить невозможно.

– Те, кто вызывает антипатию, ко мне, слава богу, не приходят. (Задумывается.) Трудно кого-то выделить, все мои герои активно включались, сотрудничали. Например, очень легко было работать с Виталием Рыльских. Мы делали очень смелый портрет для журнала «Активист». Статья называлась «Разговоры о религии». И я подумал, что не нужен тут ни костюм, ни галстук – лучше обойтись без мирского. Виталий Павлович согласился – в итоге получился очень пронзительный образ. Андрей Косилов спокойно реагировал на любые идеи. Вообще-то я снимал для журнала его жену Анну Анваровну. Андрей Николаевич пришел с работы, его тоже привлекли к процессу. Увидев в шкафу тюбетейку, предложил ему надеть – получился теплый семейный портрет.

100 граммов Гартунга

– Как готовитесь к съемке?

– Стараюсь побольше узнать о человеке. Если фотографии будут использоваться в предвыборной кампании, выясняю, что за округ, на какую социальную среду рассчитывает кандидат. Моя задача – сделать так, чтобы фотография вызывала как можно больше положительных эмоций у тех, кому она адресована. Помню, съемки к 9 Мая для баннера Партии пенсионеров. Ее тогда Валерий Гартунг возглавлял. Сюжет такой: Гартунг сидит с ветеранами, те все в медалях, орденах, задушевно беседуют и пьют чай. Расставили торт, плюшки, чайник с чашками. Вроде все правильно, а картинки нет. Торт на переднем плане все загораживает. Уберешь его – ощущение, что даже печеньем ветеранов не угостили. Нет праздничности, захватывающей всех радости от грядущего 9 Мая. «Эх, – говорю, – сюда бы граммов 100 фронтовых! Это бы вас объединило». «Точно! – кивает Валерий Карлович. Тут же достает водку, рюмочки. – Давайте за Победу!» И все сразу заулыбались, стали чокаться, скованность исчезла, совсем другое настроение возникло. Этот кадр впоследствии и пошел на баннер со слоганом «За Победу!».

– Часто ли приходится приукрашивать клиента?

– Я ничего не приукрашиваю, иначе это будет другой человек. Но снимаю так, чтобы образ отвечал сложившемуся в глазах окружающих представлению о персоне. Однажды фотографировал Александра Берестова. Москвичи, возглавлявшие предвыборный штаб, дали техзадание модного образа политика: современный, уверенный, деловой. Зачесываем волосы назад, подбородок выше, твердый взгляд. Отсняли, показали работникам «Союзпищепрома» – проверить реакцию. Люди на предприятии его очень любят, он там как отец родной. И вдруг, глядя на снимки, рабочие говорят: «А это не наш Берестов!» Не таким они привыкли его видеть. Пришлось переснимать. Так народ решил, каким должен быть их депутат.

– А если у человека есть особенности, которые необходимо скрыть или хотя бы не привлекать к ним внимания? Например, волос на голове мало, шрам на щеке и так далее.

– Фотография – это светопись. При создании делового портрета и корпоративной съемке постановка света имеет особое значение. Она многое помогает изменить. Часто использую сразу несколько источников света: контровой, фоновый, точечный. При этом нужно правильно сбалансировать мощности светильников между собой, учесть внешнее освещение, к примеру, от окна. Вот так двигаешься вокруг человека, общаешься с ним, а сам в голове прокручиваешь все замеры, цифры, значения диафрагмы и так далее. Но модель, человек, которого ты снимаешь, не должен этого замечать. Пусть он пребывает в уверенности, что ты волшебник.