Аджимушкайские каменоломни, к 75-летию героизма и головотяпства. Царский курган в Керчи

Доехать сюда просто. Городской автобус из Керчи довезёт Вас прямо к этим достопримечательностям, сойдёте на конечной.

Посёлок Ажимушкай расположен в 5 километрах от Керчи (в административном отношении является частью города), возле которого находятся Большие и Малые Аджимушкайские каменоломни. Выработка известняка в катакомбах началась ещё в древности.

Выходя из автобуса Вы увидите сразу величественный комплекс, посвящённый защитникам Крыма в 1942 году. Желающих посетить это героическое место достаточно много, туристов хватает. Покупаем билет на самую ближайшую экскурсию, которая должна начаться через 50 минут. У нас пока свободное время.

Однако, мы с Вами ещё вернёмся сюда.

Это памятник античной архитектуры второй половины IV века до н. э., усыпальница одного из правителей династии Спартокидов, правивших Боспорским царством в 438–109 гг. до н. э.

Склеп был полностью разграблен ещё в древности.

Под насыпью кургана высотой 17 метров находится 36-метровый коридор (дромос), построенный из рустованных каменных блоков и погребальная камера из гладких блоков. Выглядит как вход в преисподнюю к самому дьяволу в гости.

Основание погребальной камеры с северной стороны высечено в материковой скале, в южной стороне представляет слоевую субструкцию. Пол вымощен плитами.

Стены сложены из тщательно пригнанных друг к другу квадров известняка-ракушечника аджимушкайского месторождения.

В конструкции погребальной камеры для перехода от квадратного в плане склепа к его куполу применены в углах уступчатые пандативы.

Купол состоит из 12 постепенно уменьшающихся в диаметре концентрических колец, перекрытых плитой, составляющих ложный уступчатый свод.

Дромос, ведущий в погребальную камеру, в некоторых частях имеет цоколь. Перекрытие дромоса также составляет ложный уступчатый свод. Кладка стен нерегулярная и разновысокая.

Квадры в кладке подогнаны только с лицевой стороны, обратные стороны обработаны чрезвычайно грубо. Такая техника носит название анафирозис. Пол дромоса вымостки не имел.

В стенах дромоса и погребальной камеры сохранились отверстия, куда вставлялись балки лесов, на которых стояли архитекторы. Строители подавали камень на стены снаружи по насыпи. Камень добывался рядом открытым способом. В стенах дромоса видны пазы для распорок, которые были удалены по завершению строительства.

Считается, курган был построен для боспорского царя Перисада I (349/348 — 310/309 гг. до н. э. при его жизни.

На стенах погребальной камеры, пандативах и на стенах дромоса в технике граффити вырезаны христианские религиозные символы, имеющие более позднее происхождение. Курганом пользовались христиане как культовым сооружением в III—IV вв. н. э. На правой стене дромоса вверху имеется единственная надпись — Κοσμάε.

Царский курган был изображён на картине швейцарского художника Карло Боссоли«Могила Митридата». Литография с этой картины позже вошла в альбом «Пейзажи и достопримечательности Крыма», вышедший в Лондоне в 1856 году.

Фото картин позапрошлого века в небольшом музее рядом.

Фото раскопок 19 века.

Фото Царского Кургана после освобождения в 1943 году. На вершине Кургана героически вела оборону небольшая группа наших артиллеристов, прикрывающих отход основных войск к переправе. Но об этом расскажу ниже.

Но времени посмотреть тут всё как следует немного, поскольку время поджимает и скоро надо быть на экскурсии в каменоломнях.

Возвращаемся назад к Адимушкайским каменоломням по унылой жаркой степи.

Здесь надо рассказать о событиях, предшествующих маю 1942 года.

Как могло оказаться что несколько тысяч наших войск и мирного населения оказались заперты в Ажимушкайских керченских каменоломнях, на 35 береговой батарее в Севастополе и подобных местах без боеприпасов, продовольствия? Только под Севастополем были взяты в плен около 100 000 наших бойцов. А они так бы пригодились затем в боях на Кавказе.

Но обо всём по порядку.

18 октября 1941 года 11-я армия вермахта под командованием Э. фон Манштейна начала операцию по захвату Крыма. К 16 ноября весь полуостров, кроме Севастополя, был оккупирован.

Однако в декабре 1941 года Красная Армия ненадолго перехватила инициативу. Началось контрнаступление под Москвой.

В декабре 1941-январе 1942 года в результате Керченско-Феодосийской десантной операции советские войска вернули Керченский полуостров и продвинулись за 8 дней на 100–110 км. Однако уже 18 января немецкие войска вернули Феодосию.

В феврале—апреле 1942 года советские войска трижды предпринимали попытки переломить ход событий в Крыму, но в итоге только понесли большие потери (за период с 14 января по 12 апреля 1942 года потери Крымского фронта составили более 110 тыс. человек, в том числе более 43 тыс. безвозвратно.

Манштейн вспоминал после войны:

«На южном участке своего фронта — между Чёрным морем и селом Кой-Ассаном — он в основном по-прежнему занимал свой старый, хорошо оборудованный парпачский рубеж, так как все его атаки на этом участке были отбиты. На северном же участке его фронт отклонялся большой дугой на запад до Киета, выходя далеко вперёд за этот рубеж. Этот фронт образовался в то время, когда противник сбил с позиций 18-ю румынскую дивизию.

…Наша разведка показала, что противник сосредоточил две трети своих сил на северном участке… На южном участке оборону занимали только три дивизии и ещё две-три дивизии составляли резерв…

Эта обстановка и явилась основой, на которой штаб армии разработал план операции „Охота на дроф“. Замысел заключался в том, чтобы нанести решающий удар не непосредственно по выдающейся вперёд дуге фронта противника, а на южном участке, вдоль побережья Чёрного моря, то есть в том месте, где противник, по-видимому, меньше всего его ожидал».

21 апреля 1942 года было образовано Главное командование Северо-Кавказского направления во главе с маршалом С. М. Будённым. Ему подчинялись Крымский фронт, Севастопольский оборонительный район, Северо-Кавказский военный округ и Черноморский флот с Азовской военной флотилией.

Крымский фронт (командующий генерал-лейтенант Д. Т. Козлов, члены Военного совета дивизионный комиссар Ф. А. Шаманин и секретарь Крымского обкома ВКП(б) B. C. Булатов, начальник штаба генерал-майор П. П. Вечный, представитель Ставки ВГК Л. З. Мехлис.

Началась Операция «Охота на дроф» (нем. Trappenjagd), в советской и российской историографии — Ке́рченская оборони́тельная опера́ция , 7 — 15 мая 1942 года — операция 11-й армии вермахта против Крымского фронта РККА.

На начало германской «Охоты на дроф» 11-я Армии Манштейна насчитывала 5 пехотных дивизий, одну танковую дивизию, а также две пехотных румынских дивизии, одна кавалерийская румынская дивизия Флоря Митранеску.

1). 44-я Армия генерал-лейтенанта Черняка с 5-ю стрелковыми дивизиями и двумя танковыми батальонами,

2). 47-я Армия генерал-майора Колганова с 5-ю стрелковыми дивизиями,

3). 51-я Армия генерал-лейтенанта Львова с 5-ю стрелковыми дивизиями,

4). Во фронтовом подчинении находились также ещё одна стрелковая дивизия, одна кавалеристкая дивизия, 4 стрелковые бригады, 2 мотострелковых полка, 4 танковые бригады и 2 танковых батальона.

Как видите, на начало операции силы РККА вдвое-втрое превосходили силы и средства Манштейна.

Операция началась 7 мая. Первый удар был нанесен с воздуха. Бомбардировщики нанесли прицельный удар по заранее разведанным целям . В результате советские штабы, долгое время не менявшие своего расположения, понесли большие потери: командующий 51-армией генерал-лейтенант В. Н. Львов был убит, а его заместитель генерал-майор К. И. Баранов — тяжело ранен. Исполняющим обязанности командующего стал начальник штаба армии полковник Г. П. Котов.

8 мая после артиллерийской подготовки началось наступление 30-го армейского корпуса в полосе советской 44-й армии. К концу дня оборона войск Крымского фронта была прорвана на фронте 5 км и на глубину 8 км. Успеху противника способствовала и высадка немцами шлюпочного десанта с моря численностью до батальона в тылу 63 горно-стрелковой дивизии, что вызвало панику.

9 мая начала наступление немецкая 22-я танковая дивизия, к 10 мая она прорвалась в глубину обороны Крымского фронта и развернулась на север, выходя на коммуникации 47-й и 51-й армий.

Ночью 10 мая в ходе переговоров между комфронта Д. Т. Козловым и И. В. Сталинымбыло принято решение отвести войска фронта на Киммерийский вал (он же Узунларский или Аккосов вал — от Казантипского залива на севере до Узунларского и Кояшского озёр на юге) и организовать на его линии оборону. Но получить приказ на отход 51-я армия уже не смогла.

К исходу дня 10 мая передовые части немецкого 30-го армейского корпуса вышли к Киммерийскому (Узунларскому) валу. 12 мая немцы высадили воздушный десант в тылу 44-й армии. 13 мая советская оборона была прорвана.

В ночь на 14 мая маршал С. М. Будённый разрешил эвакуацию с Керченского полуострова. 15 мая противник занял Керчь. Эвакуация продолжалась по 20 мая (после исчерпания возможностей к сопротивлению в городе защитники Керчи ушли в Аджимушкайские каменоломни).

Фото стендов из музея в пилонах каменоломен.

Несмотря на численное превосходство советских войск в районе Керчи, из-за неумелого командования они потерпели тяжёлое поражение. В результате положение на южном фланге советско-германского фронта значительно усложнилось. Противник стал угрожать вторжением на Северный Кавказ через Керченский пролив и Таманский полуостров.

Вскоре после эвакуации с Керченского полуострова пал наш святой для каждого россиянина Севастополь, так как Манштейн после победы под Керчью перебросить войска под Севастополь.

Немецкое командование могло теперь использовать высвободившиеся силы немецкой 11-й армии на любом участке советско-германского фронта.

За успехи 1 июля 1942 года Э. фон Манштейн получил звание генерал-фельдмаршала. И честно сказать есть за что, заслужено. Мог Манштейн воевать не числом, а умением.

С 8 мая Крымский фронт потерял 162 282 человек, 4646 орудий и минометов, 196 танков, 417 самолетов, 10,4 тыс. автомашин, 860 тракторов и другое имущество. На Таманский полуостров удалось эвакуировать около 140 тыс. человек, 157 самолетов, 22 орудия и 29 установок PC.

Манштейн заявил о захвате 170 тыс. пленных, захвате и уничтожении 258 танков и 1133 орудий.

Немецкие войска потеряли 3397 человек (из них убитыми 600 человек), 8 танков, 3 штурмовых орудия, девять артиллерийских орудий.

Уже 4 июня 1942 года вышла директива Ставки ВГК № 155452 «О причинах поражения Крымского фронта в Керченской операции». В ней указывалось на «непонимание природы современной войны» командованием Крымского фронта и его армиями и выдвигались обвинения в «бюрократическом и бумажном методе руководства». Были сделаны и оргвыводы:

• Представитель Ставки ВГК армейский комиссар 1-го ранга Л. З. Мехлис был снят с постов замнаркома обороны и начальника Главного политуправления Красной Армии и понижен в звании до корпусного комиссара.
• Генерал-лейтенант Д. Т. Козлов был снят с поста командующего фронтом и понижен в звании до генерал-майора.
• Дивизионный комиссар Ф. А. Шаманин снят с поста члена Военного совета фронта и понижен в звании до бригадного комиссара.
• Генерал-майор П. П. Вечный снят с должности начальника штаба фронта.
• Генерал-лейтенант С. И. Черняк и генерал-майор К. С. Колганов были сняты с постов командующих уже не существующими армиями и понижены в звании до полковников.
• Генерал-майор Е. М. Николаенко был снят с поста командующего ВВС фронта и понижен в звании до полковника.

Талантливых военначальников типа Тухачевского и его подчинённых Сталин расстреливал, так как чувствовал угрозу от талантливых людей для своей власти. Когда срочно нужно было найти козла отпущения катастрофы июня 1941 года, то им назначили командующего Западным фронтом Павлова с подчинёнными, которых также пытали и затем расстреляли.

А вот когда были не назначенные властью виновники, а виновники катастрофы действительные, то с ними поступали на удивление мягко.

Да хоть тот же одиозный Мехлис! В чём причина его непотопляемости?

А причина мягкосердечия Сталина очень проста. Дело в том, что товарищ Мехлис один из активных борцов с врагами народа и организатор массовых предвоенных репрессий. То есть предан делу коммунизма, а значит его можно только понизить в должости, поскольку он человек системы.

Кстати, в дальнейшем Мехлиса вновь повысили и он после войны занимал высокий пост. Умер он очень вовремя, своей смертью в 1953 году.

А командующий Кавказским фронтом наш прославленный главный кавалерист товарищ Будённый! Тоже один из главных виновников катастроф 1942 года. Бестолковый кавалерист, мыслящий шаблонами первой мировой и гражданских войн.

Я был три года назад на 35-й береговой батарее под Севастополем. Там более ста тысяч наших бойцов не смогли (не захотели) эвакуировать на Кавказ. В результате многие из них покончили жизнь самоубийством, погибли, попали в плен.

Последние укрылись на батарее и близ неё в скалах и держались там до последнего. Как чёрные чайки теснились они на белых скалах. Прилетали немецкие самолёты и безнаказанно их расстреливали из пулемётов. И с каждым таким прилётом юнкерсов этих «чаек» становилось всё меньше и меньше…..

Всё надеялись что за ними придёт флот. Запомнилась телеграмма Будённого для эвакуации из Севастополя использовать плоты и другие доступные плавсредства!

После такого приказа хотелось бы посадить самого заслуженного усатого кавалериста на плот, дать в руки ему весло и заставить догрести таким образом под обстрелом немецкой авиации и артиллерии от Севастополя до Новороссийска. Многое я бы отдал, чтобы полюбоваться на эту картину.

Кстати, желающим могу скинуть в личку мой материал о защитниках 35-й береговой батареи.

После войны адмирал Октябрьский (даже фамилию свою поменял в честь Октябрьской Революции) оправдывался что бросил в Севастополе войска, но сохранил зато флот.

А вот немцы во время эвакуации в мае 1944 года из Севастополя флот не берегли, а думали о своих солдатах вермахта. Правда в результате около 65% флота до румынских портов не дошли, а пошли на дно вместе с немцами. Но ведь 35% всё-таки было эвакуировано. А из Севастополя в 1942 году удалось эвакуировать только жалкую горстку бойцов.

Интересно что сам Октябрьским почуяв что дело плохо попросил разрешения у ставки покинуть Крым на самолёте. Заметьте сам попросил, а не ждал когда это ему предложат и вспомнят о нём!

Мне вспоминается история генерала Ефремова, попавшего в окружение под Ржевом в 1942 году. Когда ему предложили из ставки эвакуировать его самолётом, то тот ответил отказом. Заявил что своих бойцов не бросает. В результате через месяц выбираясь до последнего с боями, потеряв всех своих офицеров и бойцов убитыми, он весь израненный застрелился в лесу, чтобы не попасть в плен. Гитлеровцы хороня его отдали ему всё воинские почести, так как были восхищены.

Но вернёмся на Крымский фронт в весну 1942 года.

Мнение знаменитого советского писателя Константина Симонова, посетившего Крымский фронт за 2 месяца до трагедии. Надеюсь, его авторитет у читателей не вызывает сомнений? Вот что видел писатель, заметьте не военный человек. Но даже ему было очевидно, что:

«Катастрофа произошла через два месяца после того, как я уехал отсюда, из Керчи после неё, задним числом, мне можно и не поверить, но тогда, когда я возвращался из армии сначала в Керчь, а потом в Москву после зрелища бездарно и бессмысленно напиханных вплотную к передовой войск и после связанной со всем этим бестолковщины, которую я видел во время нашего неудачного наступления, у меня возникло тяжелое предчувствие, что здесь может случиться что-то очень плохое.

Войск было повсюду вблизи передовой так много, что само их количество как-то ослабляло чувство бдительности. Никто не укреплялся, никто не рыл окопов. Не только на передовой, на линии фронта, но и в тылу ничего не предпринималось на случай возможных активных действий противника.

Здесь, на Крымском фронте, тогда, в феврале, был в ходу лозунг: „Всех вперед, вперед и вперед!“ Могло показаться, что доблесть заключается только в том, чтобы все толпились как можно ближе к фронту, к передовой, чтобы, не дай бог, какие-нибудь части не оказались в тылу, чтобы, не дай бог, кто-нибудь не оказался вне пределов артиллерийского обстрела противника… Какая-то непонятная и страшная мания, с которой мне не приходилось сталкиваться ни до, ни после….

почти тридцать лет после конца войны и нашей победы, но я все ещё не могу перечитывать эти страницы дневника без боли и горя. Неудачное наступление, свидетелем которого я тогда оказался, было прямым преддверием всего дальнейшего. И во время февральской неудачи, и во время майского поражения Мехлис, действовавший на Крымском фронте в качестве уполномоченного Ставки и державший себя там как личный представитель Сталина, подмял под себя образованного, но безвольного командующего фронтом и всем руководил сам. Руководил, как может это делать человек лично фанатично храбрый, в военном отношении малокомпетентный, а по натуре сильный и не считающийся ни с чьим мнением. Мне рассказывали, что, когда после катастрофы в Крыму Мехлис явился с докладом к Сталину, тот не пожелал слушать его, сказал только одну фразу: „Будьте вы прокляты!“ — и вышел из кабинета.»

«Основная причина провала Керченской операции заключается в том, что командование, фронта — Козлов, Шаманин, Вечный, представитель Ставки Мехлис, командующие армиями фронта, и особенно 44-й армии — генерал-лейтенант Черняк и 47-й армии — генерал-майор Колганов обнаружили полное непонимание природы современной войны…»

Из письма Д. Т. Козлова к А. И. Смирнову-Несвицкому:

Большое Вам спасибо за то, что не забыли старого опального генерала. Опала моя длится вот уже почти 25 лет.

В моей памяти часто встают события тех дней. Тяжко их вспоминать особенно потому, что вина за гибель всех наших полков лежит не только на нас, непосредственных участниках этих боев, но и на руководстве, которое осуществлялось над нами. Я имею в виду не профана в оперативном искусстве Мехлиса, а командующего Северо-Кавказского направления и Ставку. Также я имею в виду Октябрьского, который по сути дела не воевал, а мешал воевать Петрову и строил каверзы Крымскому фронту… Я очень жалею, что не сложил там свою голову. Не слышал бы я несправедливостей и обид, ибо мертвые срама не имут…»

Итак, 16 мая 1942 года немцы заняли Керчь во второй раз (первый в конце 1941).

Остатки трёх наших Армий из-за бездарного руководства в панике бежали и многие сумели кто как переправится в Тамань, на Кавказ.

Однако не все поддались панике. Кто-то должен был прикрывать эвакуацию.

Эту задачу выполняли наиболее дисциплинированные. Задачу командовать ими взял на себя САМ начальник отдела военной подготовки штаба Крымского фронта полковник П. М. Ягунов.

Основу этого отряда, кроме командиров и политработников резерва и личного состава 1-го фронтового запасного полка, составили бойцы и командиры 276-го стрелкового полка НКВД, остатки 83-й бригады морской пехоты, 95-го погранотряда, Ярославского авиационного училища (мальчишки), Воронежской школы радиоспециалистов и других частей — всего свыше 10 тысяч человек.