В Южном Судане борьба за власть переросла в гражданскую войну

Салва Киир (президент) – полевой командир с плохим образованием. «Фишка» его имиджа – черная ковбойская шляпа.

Рик Мачар (вице-президент) получил докторскую степень в Великобритании и одевается только в изысканные западные костюмы.

Киир принадлежит крупнейшей племенной группе Южного Судана динка, в то время как Мачар является представителем нуэр – второго по численности племени страны.

В июле Киир отправил Мачара в отставку из-за его язвительной критики и нескрываемых амбиций обогнать его в президентской гонке в 2015 году.

Рик Мачар

В ночь на 16 декабря в столице Южного Судана Джубе произошло столкновение между группировками из войск охраны президента. Сначала бои вспыхнули в казармах специального подразделения «Тигр», а затем – в центральных районах города, где слышались взрывы и стрельба. Восставшие попытались захватить оружейный склад, однако их атаку отбили. Пару дней спустя солдаты завоевали город Бор и несколько других областей, в том числе Бентиу – сердце нефтедобывающей промышленности.

Жертвами этих столкновений стали сотни мирных жителей. Почти 40 тысяч граждан страны и иностранцев нашли убежище на базах Организации Объединенных Наций. США, Великобритания и другие европейские страны эвакуировали своих граждан из Южного Судана. Три самолета США, прилетевшие за американцами в Бор, были обстреляны, а четыре человека из их экипажа – ранены.

Люди на базе ООН

Неделю назад, после первых военных конфликтов между армией Киира и солдатами, верными Мачару, президент обвинил своего бывшего помощника в организации попытки военного переворота. Аналитики и дипломаты утверждали: эти схватки, вероятно, стали результатом накипевшего этнического и политического напряжения. Однако теперь становится ясно, что сторонники Мачара хотят свергнуть правительство, или, по крайней мере, отвоевать большую часть территории государства.

Киир и Мачар "очень разные люди, с очень разными политическими инстинктами и совершенно непохожими подходами как к политике Судана так и, до недавнего времени, к [армии]", – сказал Эрик Ривз, профессор в Колледже Смита в Массачусетсе. Он полагает, что, учитывая этнические различия в армии, "события последних дней были, если не неизбежными, то очень вероятными".

Соперничество двух лидеров стало логическим продолжением бурного пути Южного Судана к независимости. Народ этой страны пережил одну из самых длительных гражданских войн за последние века. Она началась в середине ХХ века, когда был расторгнут англо-египетский кондоминиум – соглашение между Великобританией и Египтом о совместном управлении Суданом, и Египет признал право суданского народа на самоопределение.

1 января 1956 года Судан был провозглашён независимым государством, однако еще за несколько месяцев до этого, в 1955 году, началась первая гражданская война.

Границы Судана в колониальный период были проведены искусственно, без учета этноконфессиональных различий, и это стало причиной практически непрерывного военного конфликта между северными и южными областями страны. В период действия англо-египетского кондоминиума Великобритания старалась ограничить исламское и арабское влияние на Южный Судан, она христианизировала этот регион и ввела отдельное управление Севером и Югом. После провозглашения независимости власть в стране закрепилась за арабским Севером, а христианский Юг негативно воспринял его политику исламизации.

Джуба - столица Южного Судана

В 1977 после первой гражданской войны Южный Судан получил автономию, однако президент Джафар Нимейри практически сразу же возобновил попытки исламизировать регион и ввел в криминальный кодекс традиционные для ислама наказания: забивание камнями, публичная порка и отсечение рук. После этого Народная армия освобождения Судана (НАОС) во главе с Джоном Гарангом инициировала новый вооруженный конфликт, который не прекращался более двух десятилетий.

В результате мирных переговоров в 2005 года стороны договорились, что Южный Судан будет автономной республикой в течение 6 лет, после чего на референдум вынесут вопрос о независимости. В 2011 году страна стала независимой.

Киир и Мачар хоть и воевали на одной стороне, уже более двух десятилетий соперничают друг з другом. Они оба поднялись по служебной лестнице Народной армии освобождения Судана, но по-разному.

Статуя Джона Гаранга

Киир, которому сейчас 62 года, во время первой гражданской войны в Судане в 60-х был партизанским командиром. Сразу после подписания мирного договора 1972 года, он записался в национальную армию Судана, где дослужился до звания майора. В 1983 году Киир присоединился ко второму восстанию и ыграл заметную роль в создании Народной армии освобождения Судана.

Большую часть своей жизни он работал в тени Джона Гаранга – харизматического лидера из племени динка. Однако в 2005 году тот погиб во время крушении вертолета вскоре после того, как завершились мирные переговоры об окончании второй гражданской войны. После его смерти вице-президентом и лидером НАОС стал Киир.

В конце первой гражданской войны Мачар был студентом одного из суданских колледжей. Он стал одним из немногих жителей Южного Судана, кому разрешили посещать Университет Хартума. Там он учился на инженера. После этого Мачар продолжил образование в Шотландии, а затем в Великобритании, где защитил докторскую диссертацию в области стратегического планирования в 1984 году.

Рик Мачар и Емма

Он женился на британке Эмме Маккьюн и увез ее в разоренный войной Южный Судан. Об их браке была написана книга «Война Эммы». В 1993 году в возрасте 28 лет Маккьюн погибла в автокатастрофе.

По окончанию учебы Мачар вступил в Народную армию освобождения Судана и ​​сразу же получил высокое звание благодаря образованию.

В 1991 году он создал новое крыло НАОСа, которое поддержали некоторые этнические группы нуэр, и откололся от Гаранга и Киира. В том же году ему предъявили обвинения в массовых убийствах в Бору, где верные ему солдаты из племени нуэр расстреляли сотни этнических динка.

В течение следующих нескольких лет Мачар сотрудничал с правительством Хартума, которое видело в нем полезный инструмент в войне с Гарангом и Кииром. В 1997 году он подписал мирное соглашение с Севером, знаменовавшее окончательный разрыв между ним и его бывшими союзниками.

Однако уже в 2002 году Мачар снова переметнулся: он наладил отношения с Гарангом и присоединился к НАОС.

Когда Киир стал президентом, он сделал Мачара вице-президентом, чтобы удовлетворить требования племени нуэр.

В первой половине 2013 года Мачар начал открыто критиковать политику Киира. А после того, как его сместили с должности, выступил с заявлением, в котором обвинил президента в "диктаторских тенденциях", а также в том, что он ведет НАОС и ​​страну в "пропасть".

В прошлый четверг в интервью французской телекомпании RFI он заявил: "Он (Киир) должен уйти потому, что он больше не может сохранять единство народа. Особенно, когда он убивает людей, как мух, и пытается создать конфликты на этнической основе".

После этого многие сразу же выступили в защиту Киира, описав его как скромного, честного и дотошного человека, который стал лидером страны сам того не желая. Например, Лука Бионинг Дэн Куол, эксперт по защите прав человека и сотрудник Гарвардского университета заявил: "Я не видел в его действиях диктаторских тенденций. Он не настолько любит власть".

Киир стал президентом сам того не желая

Однако не стоит определять, кто из них хороший политик, а кто – плохой, ведь проблема лежит намного глубже. "То, что мы наблюдаем в Южном Судане, является сближением двух параллельных конфликтов, которые развивались в течение долгого времени", - сказал Дуглас Джонсон, автор книги "Первопричины гражданских воин в Судане". - "Одним из них является возникновение внутренней оппозиции в политической партии НАОС. Другим – усиливающийся конфликт в армии". Из-за политических несогласий освободительное движение Народной армии разделилось еще в 1990 году. А с момента обретения независимости раскол только увеличился.

Кроме того, сейчас, когда страна стоит на пороге новой гражданской войны, стоит признать, что проблема не только в разногласиях политических оппонентов. Этнические и племенные различия наряду с растущей коррупцией препятствуют становлению единой национальной идентичности.