Почему я не верю г-ну Макларену

Я не верю г-ну Макларену не потому, что я не верю в среднестатистическую величину соли в моче у внутрироссийкой популяции населения.

Я не верю г-ну Макларену не потому, что он своим докладом, фактически, уничтожает мировую систему антидопенка, ибо если поверить в то, что опломбированную пробирку с образцом мочи или крови можно вскрыть без повреждения пломбы, то тогда любой атлет в САС может выиграть свое дело просто указав, что лаборатории ВАДА не в состоянии обеспечить аутентичность образца.

Я не верю г-ну Макларену не потому, что сумма российских атлетов из летних и зимних видов спорта, якобы участвовавших в махинациях с пробами меньше заявленой им же более тысячи человек.

Я не верю г-ну Макларену потому, что в его доказательства вкюлючены письма г-на Родченкова.

А именно – два письма.

Первое лежит тут:

Напрямую к биатлону относятся вот эти слова, дословно:

Этот беспредел в биатлоне надо остановить

Сколько надо было сожрать, чтобы этот сабж с четырея промахами выиграл 18 сек у стрелявших чисто!!

Этот сорняк – на кучу помойную (с)

Что произошло? А вот что:

В гонке на первенство России среди юниоров 7 марта 2014-го года в Красноярске Валентин Пехтерев из овеянной славными традициями Тюмени с четыремя промахами обогнал ближайшего преследователя, сработавшего чисто, на те самые 18 (точнее, 18,4) секунд. Валентина Пехтерева тут же выпилили (https://www.sports.ru/biathlon/1023130775.html ), причем, выпилили внутри России, не впутывая в это дело ВАДА, и не принимая в российскую программу поддержки допенка, что несколько странно, учитывая, насколько, по заявлениям г-на Макларена, государство российское заботилось о тех, кто потребляет допенк.

К чему же относится эмоциональное „этот беспредел в биатлоне надо остановить“? А вот к чему: за три года, 2012-2014, РусАДА внутри России в биатлоне вместе с Пехтеревым было выловлено пять человек. Плюс, буквально перед Сочи (и за два месяца до гневного „этот беспредел надо остановить“ от г-на Родченкова) на весь биатлонный мир (теперь уже не только внутрироссийский) прогремело дело Старых-Юрьевой-Логинова. Поневоле начнешь задумываться, а не пора ли остановить беспредел? Кстати, о СЮЛ.

Если в России была программа поддержки допенка на государственном уровне путем вливания в рот спортсменам алкогольно-стероидных смесей, то зачем они использовали рЭПО? В качестве дополнения? Но почему тогда в докладе г-на Макларена вообще никак не отражен этот факт, ведь г-н Родченков, как куратор программы господдержки допенка, не мог не знать и о факте господдержки рЭПО? Данный вопрос не нашел ответа в докладе.

Отдельно не совсем понял, почему г-на Родченкова так взволновал этот беспредел. У него есть вполне готовый к беспределу Валентин Пехтерев, есть государственные полномочия на всестороннее внедрение допенка, казалось бы, тащи парнишку в столицу, объясняй ему, что беспредельничать не надо, скрывай его пробы и предлагай ему полоскать рот на благо государства российского. Нет же, г-н Родченков палит его пробы и парню выписывают двухлетний бан. И, как ни странно, выписвают задоооооооолго до доклада г-на Макларена. Вопросы, вопросы. Впрочем, если первое письмо только вызывает вопросы, то второе – это демонстрация чистого чуда.

Вот оно, это второе письмо:

Если коротко, то рассказанная в нем история такова:

19 декабря 2013 года у какой-то из спортсменок в анализе пробы обнаруживаются: метенолон, оксандролон и тренболон.

Корреспондент г-на Родченкова сообщает ему, что эта спортсменка – основа на Игры (в Сочи). Г-н Родченков высказывает свое возмущение, на что его корреспондент 25 декабря 2013-го года сообщает ему, что эта спортсменка до 13-го января 2014-го года пробудет в Рупольдинге, затем поедет в Антхольц, а затем, 30-го января, заедет на те самые Игры.

На что г-н Родченков, дословно, пишет следующее: „ох!еть –ее прятать надо немедленно“, на что его корреспондент сообщает ему, что он все доложил, ждет решения.

На этом история в изложении г-на Родченкова заканчивается и начинается наше расследование, кто бы это мог быть.

В индивидуалке Ижевки (именно эта гонка проводилась 19 декабря 2013-го года) участвовало две спортсменки из группы Пихлера (именно она базировалась в Рупольдинге 25 декабря) – Яна Романова и Екатерина Глазырина. Но Романова должна была выступать (и выступила) уже 3 января в спринте Оберхофа, а вот Катя Глазырина, действительно, оставалась в предгорьях Баварских Альп (красиво там, все-таки) и готовилась пребывать там именно до 13 января. Итак, подозреваемая, как бы, найдена.

Разберемся, сколько же выводятся из организма те препараты, что шьет ей письмо г-на Родченкова.

Метенолон, минимум – 4 месяца.

Оксандролон, минимум – 20 суток.

Тренболон, минимум – 35 суток.

Вроде как, насквозь пропитанному программой господдержки допенка в России руководству, которое г-н Родченков предупредил – „ее прятать надо немедленно“, теперь остается только умыкнуть Катю куда подальше от всевидящего Ока Добра из Монреаля. Но.

Глупое, глупое минспорта берет, и ставит Глазырину в эстафетную гонку Рупольдинга. Да, сейчас Вы не найдете эту гонку ни в одном Катином профайле, но гонка-то была, а в профайлах не сохранилась потому, что ее результаты были аннулированы из-за все того же вышекупомянутого скандала с Ирой Старых. И, представьте, сборная России выигрывает ту самую эстафету. А это значит автоматический допенк-контроль для Екатерины Глазыриной, как для победительницы гонки Кубка Мира по биатлону.

А у Кати с момента обнаружения многадопенка в крови прошло всего 20 дней. А тренболон выводится 35 суток. А метенолон – 120 суток.

И тут происходит оно.

Независимая лаборатория ВАДА, в которую ушли допенк-пробы Глазыриной, не обнаружила в ее крови НИ-ЧЕ-ГО, кроме допустимого уровня соли для жительницы Российской Федерации. Вот оно - чудо. Или кровавая рука ФСБ и в Европе дотянулась до пробирок с мочой Глазыриной, или допенк рассосался.