Нудисты или просто развратники Немного фантазии

Сестра пригласила в гости. Мы с ней давненько уже не виделись. Года три, а то и четыре. Живёт далековато, не наездишься. Да, точно, года четыре. Почему бы и не съездить, племяшек не повидать. У неё две дочери вырастают.Одна уж заневестилась, лет около 14-ти. 2-ая года на три младше. Решено,пищу. Подарков накупил, поехал.

Повстречали меня на вокзале. Сестра с дочками. Зять на работе. Пока то да сё, зять с работы пришёл. Ясно, застолье. Посиживали, веселились, говорили. Всё отлично, одна странность. Девки у сестры уже большенькие, шастают по квартире в коротких платьях, а под ними ничего. Хорошо наименьшая, у нее еще ни титек, писька голенькая, а старшая уже на даму похожа, даже не по возрасту развита, а тоже голяком. Ну титьки хорошо, ещё мелкие, не болтаются. Как наклонится, или просто платьице задерёся, вся жопа и её округи на голе и как на картине все красоты юного тела. И пиздёнка, волосами обросшая уже, и всё такое прочее. Мне то в дикость. А у их никто на это внимание не направляет, в порядке вещей. И, честно сказать, напрягает несколько такое. Я же мужчина и естественная реакция на нагую пизду не отменяется от того, что это племяшка. И сама сестра под платьицем голяком прогуливается. Удивительно это. Но в чужой монастырь со своим уставом не лезут.

Вечер прошел забавно, пора спать. Мы с зятем на кухне дымим, сестра стелит постели, вышла к нам. Ещё мало посидели, побеседовали, зять спать пошёл. Ему рано вставать. Желал расспросить сестру о порядках в их доме, да сдержался. Оглядеться нужно.

Девченки в собственной комнате дремлют, я в зале на диванчике ворочаюсь. Как не вертеться, если из спальни сестры такие звуки раздаются, что и мёртвого подымут. Сестра с зятем возню затеяли, на весь дом шум и гам, а им хоть бы что. И то, что брат дремлет, а может и нет, в примыкающей комнате,девченки могут не спать и всё слышать — всё по боку. Отвозились. Сестра голяком мимо меня в ванну прошла. Пошумела вода, затихла, сестра идёт вспять. Не смущаясь, подошла поближе, наклонилась.

— Не спишь? Мы тебя разбудили?

Гмыкнул. В горле комок, не протолкнуть. Перед носом сестричкины титьки болтаются, живот беленький и чуть не в лицо лобок волосатенький. Здесь не то что дар речи потеряешь, мозги в осадок выпадут.

— Для тебя не отлично? Может водички принести?

— Не нужно, сам схожу.

Поднялся, стараясь не глядеть на сестру, пошёл на кухню. Трусы вероломно топорщатся, никуда ничего не спрячешь. Очень приметно. И сестра увидела.

— Это у тебя на меня встал?

Вот, блин, вопросики задаёт. Можно пошевелить мозгами, что кто-то здесь ещё есть, от чьё го вида я сумел так возбудиться. Чуть ли не бегом на кухню, встал к окну, курю в форточку. Сестра пришла, уже в халате.

— Извини, что так вышло. Мы как-то привыкли у себя дома.

— Может испить хочешь. Лёньке нельзя, рано вставать. А нам по капельке можно.

Засиделись далековато за полночь. Я и успокоился уже. Спать пошли.

Днем сестра проводила малышей в школу, супруга на работу. И вновь меня поразило, что девченки голяком в ванну из ванны, при отце, при дяде, не стесняясь, вроде как привыкли. Отец походя шлёпнул старшенькую по нагой пятой точке,та даже не среагировала. А я лежу, укрывшись одеялом. Головка на данный момент лопнет от напряжения. так стоит, что с жопы шкуру стягивает. Еле дождался, пока все пошли на выход. Сестра в туалет, а я трико резвее натянул и на кухню, покурить, успокоиться. Сестрица зашла.

— На данный момент сделаю.

Сидим, кофе пьём. Не удержался.

— Народ, расскажи, почему у вас так? Может я чего не понимаю, только вот как-то не верно всё то.

— Кто произнес, что некорректно? Ты же историю учил, помнишь, что в старой Греции был культ тела. Там все прогуливались голяком не смущаясь. Если ты не уродец, чего смущяться. Мы вообщем дома всегда нагими ходим. то вот при для тебя нарядились.

— И издавна это у вас?

— Да вот познакомились пару лет вспять с людьми. Они в клубе нудистов. Знаешь, кто это такие?

— Не задумайся чего отвратительного. У нас всё в границах приличий. Просто никто не смущяется никого. И дети с ранешнего возраста привыкают, что тело человека — это прекрасно.

— Извини, но вот если вдруг кто возбудится? У дам то, представим, неприметно. А у мужчин?

— И что тут такового? Обычная реакция здорового организма.

— Ещё вопрос. А смена партнёров? Она вероятна?

— Если ты о блядстве, так такового у нас нет. А если кто захотит с кем обменяться жёнами, так это по согласию. Любопытно же. Зато позже знаешь какой секс со своим! Мы и группой практикуем.

— то в куче, что ли?

— Дурачина ты. Это каждый со собственной супругой либо супругом, но на очах у всех. Знаешь, как это возбуждает! И опытом делимся.

— Ну то у вас секта прямо какая-то.

— Да не секта. Обычная группа. Мы и отдыхаем вкупе, и празднички отмечаем, и вообщем…

— А малыши? Они -то как?

— Нормально. Сам лицезрел. Мои девченки совершенно не смущяются голенькими ходить. Это норма. Только когда холодно одеваемся.

— С этим всё ясно. А вот когда вы сексом занимаетесь, малыши же лицезреют. А вдруг позже испытать захочут?

— Когда в возраст войдут, пожалуйста.

— Да, забавно у вас.

— А родственники у вас как? В смысле вместе.

— Если ты про деток и родителей, то тоже всё нормально. И чего отвратительного, если мама научит отпрыска премудростям отношений? Либо отец обучит дочь. Кто же, не считая родных, сделает это лучше?

Нет, точно секта. Оум Серике какая-то. Предки с детками? А может так и нужно? Мир с мозга сошёл, так почему ж моя сестра с зятем не могут заразиться той заболеванием?

— О чём задумался?

— Да так. Ни о чём непосредственно.

— А почему у тебя стоит?

— А ты как думаешь?

— Это вредоносно, если семя длительно не извергается. Не дёргайся!

Это уже мне. Это она, подойдя ко мне, стоящему о окна, стянула скачком трико вкупе с трусами.

— Не дёргайся, я произнесла. Он ещё и смущяться будет. О! Да ты у нас имел бы фуррор! Какой красавчик!

Она погладила головку, взяв в руку моего братка, сдвинула шкурку.

— Не перестану. Я желаю для тебя посодействовать, а ты сопротивляешься. Мне как встать? Либо в спальню пойдём?

У меня круги перед очами, в ушах шум, гортань пересохло. Прохрипел

Сообразила верно, наклонилась, о подоконник опёрлась. Халатик взлетел крылом птицы, погрузился на голову либо кое-где в том районе. Вот она,попка сестры. Я не задумывался, что это сестра, я ни о чём не задумывался. Голова не работала, а головке совсем без различия, в чью пизду лезть.

Сестра охнула, когда я скачком вошёл в неё, Подалась на встречу и мы в унисон заработали телами. Длительное возбуждение содействовало тому, что я стремительно разрядился.

— Ну и накопил ты. Вредоносно так длительно воздерживаться. Я в ванну.

А я, подтянув брюки, задумывался о том, что не совершенно это отлично, сестру иметь. И перед зятем постыдно будет. Об этом и поведал о собственных идей сестре.

— Дурачина ты ещё, хоть и большой. Я же ничего такового,просто посодействовала для тебя.А Лёнька сам произнес для тебя дать. Он же соображает, что ты без дамы. Вот познакомим тебя с кем-нибудь, тогда уж и сам справишься со своими неуввязками. А пока со мной.

Ёпть! Здесь целая система. И зять не будет ревновать? Не поверю! А придётся, наверняка. Вечерком проверим.

— Извини, поверить не могу, чтоб Лёнька сам…

— Что я при для тебя ему минет сделаю. А позже для тебя.

— Да ну вас…С вас станется. А детки?

— У вас нет дверей ни на одной комнате.

— Не, это вы как дети-цветы в шестидесятые.

— Хиппи, что ли? Ну так мы типа того и есть. Практически последователи.

— А вдруг малыши спать не будут? И подсмотрят, чем вы занимаетесь?

— И что? Они уже не мелкие.

— А чего здесь необычного? Нормально. Так и должно быть. Мы же свободные.

— А если твои девченки захочут с мужиком?

— Это их дело. Младшенькой рано, ей 12-ти нет. А старшая? Практически жена. Ей можно. К тому же они не девченки.

Видимо на лице моем такое отразилось, что сестра поспешила объяснить

— На данный момент в хоть какой гинекологии делают операцию по лишению девственности. И стерильно, и безболезненно.

— Да всё они знают. Компьютер, веб, телек. От мира не спрячешься. Это мы только от подруг и друзей, да на личном опыте. Мама с нами много на данную тему гласила? А отец с тобой?

— Здесь ты права. Но всё же…

— Не бери в голову. Вот познакомишься с нашей группой поближе, для тебя понравится. Кстати, почему бы для тебя не закончить смущать моих девченок?

-Это чем все-таки я их смущаю?

— Они привыкли дома голышом ходить, а ты в одежке. Они тебя за чужака принимают. Мы, знаешь ли, привыкли от людей малость таиться. Они ведь задумываются, раз нагие, в группе, означает свальный грех. А у нас всё не так.

— Ты же сама гласила, что на очах, что меняетесь партнерами, что…

— Не путай. Это по желанию и не ради оргии. А когда на очах у кого-либо, такие калоритные чувства! Нет, я точно сейчас для тебя при Лёньке дам.

Собрались и пошли по магазинам. Товаров прикупить, то, сё. Длительно прогуливались. Сестра, приверженец нудизма, все же очевидно интересовалась шмотками. И я повеселил её, оплатив покупки. Средства есть, чего ж сестру не побаловать? И девченкам накупили всякого различного. Старшенькой Насте какую-то игру,которую она издавна желала заполучить. И младшей Аннушке что-то сестра избрала. И от себя добавил по собственному вкусу. Подарки-то я с собой привёз, да рассчитывал на малый возраст девченок. Мне всё казалось, что они мелкие. А они уже выросли. И Лёньке подарок взял. Я ему привёз то, что он ценил больше всего — спининг. А здесь у их в магазине оказались блёсны, каких я у нас и не встречал. Купил для себя и ему. А дома уже девченки ожидают, со школы пришли. В платьях, но с нагими попками. Младшая в экстазе от подарка мне на шейку повисла, выражает свои эмоции таким макаром. Старшая сдержаннее, но не удержалась и здесь же в комнате, разложив игру, принялась играть. Лёжа на животике, задрав ноги,увлечённо и

грала. Платьице задралось и её попка и всё, что ниже неё, было видно. Сестра мимолетно взглянула на то зрелище, ничего не произнесла, прошла в свою комнату примерять наряды. Вышла в одной смене, призывая нас оценить. Оценили на отлично. Позже 2-ая смена,позже 3-я. А когда дошло до белья, младшенькая ко мне на колени забралась, прижалась, на маму любуется. И вдруг ляпнула

— А у меня скоро писька будет волосатая, как у Насти. А пока нагая. Правда у Насти прекрасная? А у меня взгляни.

Она задрала подол, развела ножки, сидя у меня на коленях и выставила свою голенькую писюню. А Настя,очевидно для меня, обширнее развела ноги и даже приподняла попку, но вид делала таковой, как будто её это не касается и вообщем она ничего не слышит, увлечённо играя. Сестра усмехнулась. Очевидно, что меня провоцируют. Младшая, святая простота, спрашивает

— А ты почему не раздеваешься? Для тебя холодно?

Сестра пришла на помощь брату, попавшему в затруднительное положение

— Дядя ещё не привык, ещё смущяется. Пусть пока так походит.

От созерцания красот Насти, у меня встал, самым зазорным образом. И младшая, сидячая на коленях, как я ни старался упрятать от неё это состояние, крутясь юлой,ощутила.

— Мам, а у дяди Вовы стоит!

С таковой радостью мореплаватели кричат: Земля! А она продолжает

— Это у тебя на Настьку встал? Вон у неё какая жопа. Мать гласит, что на такую всегда у мужчин вставать будет. Означает ты мужчина? А у меня потрогай.

И она потянула мою руку к собственной промежности и даже развела ножки, давая возможность убедиться в том, что и у неё не ужаснее, чем у Насти. А может и лучше. Я погладил её лобок, а она мою руку далее тянет, меж губок толкает. Я на сестру в непонятках смотрю, что делать далее соображаю. А она мне палец указательный показала и пошевелила им, как будто играя снутри чего-то, и для наглядности даже пальцами 2-ой руки взяла его в колечко. Не осознать мог бы только полный кретин. Вздохнув, как будто перед прыжком в пропасть, отважился и осторожно ввёл палец малышке в пизду. Да не в пизду. Пиздёнка ещё. Та подвинула попку, наползая на палец, стараясь, чтоб он опустился как можно поглубже.

Прижалась ко мне, глазки прикрыла, отдаётся ощущениям. А я тихонечко пальцем стеночки влагалища ласкаю, глажу, матку совершенно небольшую достал. Ещё бы клитор, да не видно ничего, а у неё всё такое малюсенькое, нежное, разрушить просто. Девченка дышит нередко, Лицо побагровело. Кожа теплая, узкая,чуть кровь прилила,сходу видно. Смотрю, а Настя игру бросила, к нам лицом оборотилась, ноги в коленях согнула, развела и пальчикам меж губок себя трёт. И сестрица застыла, во все глаза глядит, порозовела и губки беспрестанно облизывает, ровно сохнут они у неё. А руки к груди придавила. И даже как-то всем телом в нашу сторону подалась. А эта мандюшка малая, что на коленях у меня посиживает, ещё и попкой шевелит, помогает мне.

Или они все, дамы, с малолетства такие, или эта индивидуально такая, только кончила она и потекла, да так потекла, что всю руку смочила. Я же с такими маленькими дел никогда не имел, не знаю их физиологии. Дождался, пока она содрогаться закончит, пока стеночки влагалища не успокоятся, осторожно потянул руку. Она ножки расслабила, развела, выпустила меня.