Кевин Костнер: «Стараюсь не быть рабом Голливуда»
В последние годы этот актер старался больше времени уделять семье и воспитанию детей. А теперь решил вернуться в большое кино.
«Я не ворвался в кинематограф в 19-20 лет»
Костнер родился 18 января 1955 года в Линвуде в Калифорнии. Его отец-ирландец работал телефонным служащим, мать-немка была домохозяйкой. Кевин рос романтичным, тихим подростком, пел в хоре баптистской церкви, писал стихи, брал уроки литературы. В классе над ним смеялись – в 16 лет он был ростом 155 см. Но парень был упорным: играл в футбол, бейсбол, сам сделал себе каноэ и сплавлялся по рекам. Кевин стремился вырасти во что бы то ни стало! Даже записался в баскетбольную секцию. И за пять лет он подрос до 183 см.
После школы будущий актер поступил в Калифорнийский государственный университет в Фуллертоне на скучнейший факультет маркетинга. Там-то он и решил, что занимается не тем, и начал брать уроки актерского мастерства. Возможно, Кевин все же занялся бизнесом, если бы не случайная встреча в самолете со знаменитым актером Ричардом Бертоном. Он-то и посоветовал юноше идти за своей мечтой. Костнер так и сделал: в течение последующих шести лет пытался покорить Голливуд, сменив при этом множество разных работ. Ведь ему надо было обеспечивать семью: в 18 лет Кевин женился на своей однокласснице Синди Силве. Она работала Белоснежкой в местном «Диснейленде», в то время как Костнер водил экскурсии по домам кинозвезд.
Первую роль он получил в 1981 году в картине «Дикий пляж». Фильм был в своё время малоизвестным, однако после того, как актер стал звездой, компания Troma, специализирующаяся на низкопробном кино, выкупила права на его показ и запустила ленту в повторный прокат, строя рекламную кампанию вокруг имени Костнера и пытаясь заработать на его популярности.
Сам актер, снявшись в нескольких независимых лентах, стал получать небольшие роли в крупнобюджетных проектах. Костнер думал, что получил счастливый шанс, когда Лоренс Каздан занял его в «Большой прохладе». Но при монтаже режиссер вырезал все его сцены, кроме одной, где Кевин изображал мертвое тело. Спустя пару лет Каздан вновь вспомнил о нем и дал одну из центральных ролей в своей новой картине «Сильверадо». С этого вестерна и начался триумф Костнера в Голливуде.
«Я думаю, это для кого-то будет сюрпризом, но зарабатывать на ролях в кино я начал только, когда мне исполнилось 27, 28 лет, – рассказывает Кевин о своём позднем старте в карьере. – Я не ворвался в кинематограф в 19-20 лет. Да и вообще, если сравнить актёров моего амплуа, то за их плечами гораздо больше картин, чем есть у меня. Потому что я стараюсь не быть рабом Голливуда. Для меня счастье не в гонорарах, а в самом процессе съемок. Я снимаюсь только там, где мне нравится».
«У меня свой подход в режиссуре»
Подлинную славу Кевину принес его режиссерский дебют – «Танцы с волками». Фильм, по мнению критиков, «имел буквально все для провала», но в результате стал гордостью американского кино. Лента рассказывает о солдате времен гражданской войны, который после ранения в одном из боев был послан на западную границу на всеми забытый пост. Там он знакомится с индейцами и постепенно начинает понимать их полную гонений жизнь и принимать их идеалы.
Кевин пробивал этот фильм долго и мучительно. Он заболел этим проектом, узнав, что в его жилах течет индейская кровь. Но медитативный, созерцательный вестерн про индейцев, подружившихся с белым человеком, совсем не привлекал продюсеров киностудий. И все же «Танцы» увидели свет. Даже получили семь «Оскаров», два из которых достались самому Костнеру — за «Лучший фильм» и «Лучшую режиссуру». Фильм заработал в мировом прокате 400 млн. долларов.
После этого Кевин снял «Водный мир», бюджет которого был огромным для тех лет. Однако картина оглушительно провалилась в прокате. Не повторили успех «Танцев с волками» и «Почтальон» с «Открытым простором». Но завязывать с режиссурой Костнер не планирует. Ему нравится самому быть ответственным за то, каким будет фильм: «У меня свой подход. Я не начинаю снимать кино, пока не закончу сценарий. Я люблю контролировать весь процесс, репетировать. Мы репетировали неделю или две перед съемками, хотя это уже не входило в наш бюджет. И я рад, что актеры это делают, потому что чем тяжелее им на репетициях, тем легче они себя будут чувствовать перед камерой».
Кстати, в последние годы Костнеру интересно не только кино. Он играет в группе «Kevin Costner & Modern West», выступая с концертами. «Я занимался музыкой с раннего детства: играл на классическом фортепиано, пел, — рассказывает артист. — То есть на любительском уровне стал музыкантом гораздо раньше, чем актером. Но потом меня увлекла сцена, и я профессионально занялся кино. Около десяти лет назад я собрал парней просто для того, чтобы поигрывать в разных местах планеты, куда меня заносило на съемки. Это в принципе был первый музыкальный коллектив, в котором я играл. Разумеется, на первых порах я не мог предположить, что это выльется во что-то большее, чем любительская группа. Теперь же мы ездим по миру и даем концерты».
Голливудской знаменитости нравятся ощущения, которые он испытывает, выступая на сцене: «Ты стоишь перед публикой, видишь лица людей, которые смотрят на тебя, вокруг звучат инструменты, сзади играют барабаны. Это словно огромная волна поднимает тебя, совсем крошечного, вверх. Конечно, музыка занимает важное место в моей жизни, но не доминирует. Если бы я занимался только музыкой, мы бы играли по двести раз в день. Но у меня еще есть съемки в кино и моя семья».
«Такую любовь я не упущу!»
С первой женой он расстался еще в 1994 году, от нее у Костнера трое детей. После развода актер купил домик в Аспене и занялся тем, что его друзья называли «танцами с лисичками». За несколько лет холостяцкой жизни он успел закрутить несколько десятков романов. Особое предпочтение Кевин отдавал фотомоделям — от суперзвезды Эль Макферсон до мало известной Сатьи Арго, которой в то время было всего 18 лет. Одно время в фаворитках Костнера ходила Мира Сорвино, бывшая подруга Тарантино, и, говорят, Квентин до сих пор имеет зуб на Кевина. А Костнер, в конце концов, влип в настоящий скандал.
Симпатичная девушка с телевидения Бриджит Руни привлекла его внимание в январе 1996 года. Вспыхнул мимолетный роман. Правда, в отличие от Костнера, Бриджит воспринимала все это куда более серьезно. Позже Кевин возмущался, что Руни его обманула: она говорила, что принимает противозачаточные средства, а на самом деле хотела забеременеть. Но как бы то ни было, в ноябре того же года на свет появился сын Бриджит — Лиам. Поначалу Кевин открещивался, что это не его ребенок и вообще ему своих троих детей хватает. Бриджит не отступала и предложила провести генетический тест. Он подтвердил отцовство, и актеру пришлось выложить кругленькую сумму на воспитание Лиама.
Кевин скучал по настоящей семье, но не спешил вновь связывать себя узами брака. Он долго встречался с Кристиной Баумгартнер, но боялся, что у него и новой избранницы будет ребенок, а Костнер не сможет стать ему хорошим отцом. «Четыре года это удерживало меня от брака с Кристиной, — говорил актер журналистам. — И тогда она сказала: “Я собираюсь завести детей, так что если ты действительно хочешь быть со мной, если хочешь жениться, ты должен знать, что это часть моей натуры”. И тогда я словно проснулся и подумал: “Я же могу потерять прекрасную женщину, которая мечтает разделить мою жизнь, быть рядом со мной до последнего вздоха. И все потому, что я боюсь сказать «да» рождению ребенка? Я решил: нет уж, такую любовь не упущу!” Кевин и Кристина поженились в сентябре 2004 года, и сейчас у пары уже трое детей.
«В кино никогда не знаешь, как все обернется»
«За последние пять лет я уделял своё время только своим детям, – говорит актёр. – И знаете, я провел достаточно времени за рулем своего минивэна со своей семьей. Пора было приняться и за что-то ещё!» В прошлом году он сыграл приемного отца Супермена в фильме «Человек из стали», а теперь Костнера можно увидеть в картинах «Три дня на убийство», «День драфта» и «Джек Райан: Теория хаоса».
Именно роль наставника молодого агента в современном шпионском триллере о Джеке Райане показалась Костнеру тем, что нужно для хорошего возвращения на экраны: «Образ учителя притягателен, ведь тебе доверяют передать твой опыт. Это очень круто. Ещё я хотел поработать с режиссером Кеннетом Браной, но я далеко не заглядывал, потому что ты никогда не знаешь, как это все обернется. Просто нужно сосредоточиться и делать свою работу, а потом смотреть на реакцию зрителя».
Актер не боится ролей второго плана, понимая, что главные также придут. И вот 14 апреля состоится мировая премьера спортивной драмы «День драфта», где Костнер сыграл тренера школьной команды одного из небольших калифорнийских городов. Молодые спортсмены, как это обычно и бывает, должны преодолеть психологические и социальные трудности, чтобы стать чемпионами. Кстати, Кевину всегда нравилось играть в подобных картинах, снимался он в них довольно часто — «Поле мечты», «Жестяной кубок», «Ради любви к игре».
Заинтересовал его и сюжет новой ленты «Три дня на убийство», режиссером которой стал МакДжи, а сценаристами – Люк Бессон и Ади Хасак. Триллер рассказывает историю спецагента, который пытается совмещать работу и семью. Узнав, что серьезно болен и может умереть, он решает уйти на пенсию. Но секретная служба предлагает ему последнее задание в обмен на лекарство, которое, как оказалось, начинает вызывать галлюцинации.
«Я не знаю, почему фильм так назвали, потому что там не три дня на убийство! – смеется Кевин. – Но именно в этой картине герой, по моему мнению, действительно заявил о себе, потому я хотел его сыграть». Хотя на съемках экшн-сцен было нелегко: «Я всегда в своей карьере развивался в трюках. На этот раз у меня был новый постановщик трюков. Но всегда нужно оценивать свои возможности. Я делал такие вещи, которые, в случае моей ошибки, могли стоить мне жизни. Обычно, это просто механическая ошибка. Потому я уже ушел от того, чтобы делать все, к тому, чтобы слушать и говорить: “А может мне не стоит этого делать?”»
Если во время работы над «Днем драфта» съемочная группа упрекала Кевина, что тот постоянно стремился вмешаться в работу режиссера и оператора, то когда снимали «Три дня на убийство», Костнер был только актером. «Мне нравилось, что я не должен был беспокоиться обо всем том, о чем переживал МакДжи каждое утро. На выходных вместе с другими актерами мы решали, куда сходить отдохнуть, посмотреть новые места, а режиссер начинал всех ненавидеть, потому что ему надо было работать.
Но я всегда приходил подготовленным на съемки, — уверяет Кевин. — Когда я выступал в качестве режиссера, я говорил своим актерам: “Бывают дни, когда я не такой хороший, как обычно. В такие дни мне нужно, чтобы вы были на высоте”. Поэтому, когда и мне режиссер говорит: “Мне кажется, это не очень хорошо”, я напрягаюсь и прилагаю усилия. Я игрок тренера. И что бы ни говорили, комфортно себя чувствую, находясь под руководством режиссера».