Военный кабель и медь порошковая

В один из столичных банков за кредитом на пополнение оборотных средств обратился проектный институт. Что собой представляет проектная организация? По сути, это люди. Имущества как такового у подобных организаций нет — одни компьютеры. А банку такой актив неинтересен. Как же быть?

Проектный институт решил обратиться к группе компаний «Финематика», которая придумала привлечь финансирование под. архив проектной документации, накопленной за время существования организации — с 1960 года. Помещение архива напоминало библиотеку, его площадь составляла 25–30 квадратных метров.

Документы имели историческую ценность: по ним были выстроены многие центральные и административные здания, дворцы спорта и культуры. Причем ряд заказчиков, которые построили свои здания в 70–80-е, до сих пор время от времени обращался в институт за соответствующей проектной документацией, чтобы изменить инженерию своего строения или по другим причинам.

Казалось, идея была выигрышной, но банк не понимал, как будет определяться кредитная стоимость залога. Доходный метод оценки выглядел сомнительно: оценить потребность в этих документах было сложно, но в принципе можно исходя из статистики прошлых лет. Оценщики были готовы на это, но банк в силу необычности залога в итоге отказался взять этот актив.

Наталья Посадова, коммерческий директор компании «АРГО-консалт»:

Непростая экономическая ситуация не могла не отразиться на кредитных отношениях, в том числе и в части, касающейся залогового имущества. Так, подавляющее большинство банков не кредитует оптовые компании и не принимает залог в виде товаров в обороте.

Заложить недвижимость сейчас также крайне сложно — банки боятся принимать в качестве аксиомы экспертные оценки. Ведь рынок сделок с недвижимостью, по сути, заморожен. Вот один из недавних примеров: под залог объекта коммерческой недвижимости, оцененного несколько месяцев назад в 110 млн рублей, банк предложил выдать кредит максимум на 5 млн.

Для коммерческих организаций «рабочим» залогом пока остается оборудование (только и оборудование, и компания должны быть уровня Coca-Cola, например) либо транспорт (тут уровень компании не имеет значения).

Если говорить об общем подходе банков к залогу, то тут все предельно просто. Залог должен быть ликвиден (легко реализуем), контролируем (чтобы можно было отследить его местонахождение и возможные перемещения) и в течение всего срока действия кредитного договора по стоимости превышать текущие обязательства заемщика.

В любом случае сле­дует помнить, что банк — это не ломбард. Прежде всего он заинтересован в своевременном исполнении обязательств заемщиком. Залог выступает лишь дополнительной гарантией, а никак не основным стимулом для выдачи кредита.

В 2004–2005 годах предприятие из Тюменской области решило закупить французских коров и доставить их в Тюмень. Это была часть глобального проекта под патронатом правительства РФ, которому предшествовала встреча российского и французского президентов и их разговор про взаимодействие в сфере сельского хозяйства. Цель инициатора проекта была в том, чтобы завести и разводить французских коров в Тюмени.

По ходу проекта зашла речь о дополнительном финансировании и залоге. В наличии у заемщика имелись земельный участок, сооружения и сами коровы. Животные были особой мясной породы и стоили дорого — по 5 тыс. евро каждая.

Банки согласились взять в залог французских животных, на покупку которых, собственно, и расходовались кредитные средства. При этом надо было решить один вопрос: сначала в залог берется одна корова, а если через некоторое время она приносит приплод, сколько коров нужно будет отдать банку — одну или две? Эта ситуация напоминала известный мультфильм про Простоквашино.

В результате в договоре прописали следующее: если корова в момент перехода права собственности от одного хозяина к другому (условно говоря, при пересечении границы с Россией) беременна, то сельхозкомпания также должна будет отнести в заложенную массу и теленка. В противном случае теленок в счет залога не идет.

Встречаются и смешные залоги. Одно сельхозпредприятие решило взять кредит под товар в обороте. В залог предлагалось взять куриный помет. С точки зрения понимания того, что предприятие может торговать любым товаром, для кредиторов это предложение не было удивительным. Просто у банкиров само выражение «куриное дерьмо» вызывало большую улыбку.

Одна компания пыталась пристроить в банк в качестве залога гигантские рубины с оценочными сертификатами. Судя по фотографиям, по форме они напоминали серые валуны. При огранке и распиливании на части, более пригодные для реализации, резко снижалась их стоимость. Так что стоить-то они стоили, но вот в случае невозврата кредита продать такой «булыжник» можно было только олигарху с потребностью к самоутверждению. Кредитный брокер от затеи пристроить такой залог отказался.

В советские времена для армии ничего не жалели. Изготовили несколько километров кабеля из редкого и очень дорогого сплава металлов. Затем его благополучно списали (не спрашивайте как) и волшебным образом оприходовали на коммерческую организацию, на балансе которой ничего кроме этого кабеля не было, и деятельности она не вела. Поместили бесценный провод на ответственное хранение на склад и получили документы об оценке примерно на 5 млн долларов. Далее, имея справку об ответственном хранении и оценку, несколько других фирм брали кредиты под залог этого кабеля. Залогодателем выступала организация — владелец имущества.

Самое забавное, что в банках залога никто в глаза не видел и уж тем более в банковское хранилище не помещал. В дело шли только документы (справка об ответственном хранении и оценка). Так что существовал ли реально на момент выдачи кредитов залог или уже был распилен на мелкие кусочки и давно реализован — доподлинно неизвестно. Как во мраке скрывается и то, были ли возвращены кредиты коммерческими организациями.

Игорь Пономарев, генеральный директор компании «Ваш финансовый партнер»:

Во время кризиса и с нормальными залогами трудности на каждом шагу, а вы просите необычных историй. Из необычных залогов, и не только в кризисные времена, можно припомнить сапфиры якобы нереальной стоимости; медь порошковую; нефтяную вышку в разобранном состоянии, находящуюся почему-то в Москве; 800 санок в конце теплой зимы; километры колючей проволоки; добытый, но не вывезенный с места добычи гранит; медоборудование нераспакованное, ввезенное еще в СССР.

В основном с такими предложениями, кроме санок и гранита, приходили мошенники, никакого отношения к предлагаемому в залог имуществу не имеющие, в надежде получить средства и исчезнуть, так что клиентами нашими их назвать сложно.

Я сам из банковской среды, и всегда знаю — будет тот или иной банк рассматривать тот или иной залог. Поэтому с курьезными залогами не работаю — зачем тратить свое и чужое время, если отрицательный результат известен заранее?

Что же касается реализации залогов, то когда в экономике все было хорошо, банки нас на эту кухню не пускали. А теперь мы сами туда отказываемся идти.

* - В сборе залоговых историй помощь «БО2b» оказали руководитель отдела антикризисного управления ГК «Финематика» Инесса Фафенроут и коммерческий директор компании «АРГО-консалт» Наталья Посадова.