Образ Хлестакова в контексте его речевой характеристики

Добиваясь внутреннего единства комедии, Гоголь устранял из нее все то, что носило черты внешнего комизма. В первых редакциях «Ревизора» городничий советовал привязать к стулу чересчур экспансивного учителя истории. Хлестаков, ожидая всяких неприятностей от городничего, собирался защищаться с помощью бутылки.

В третьем акте Анна Андреевна рассказывала дочери о том, как в куле с куропатками, который прислали ей на дом, спрятался ухаживавший за ней штаб-ротмистр. Унтер-офицерша в сцене приема посетителей Хлестаковым собиралась для большей убедительности показать ему телесные знаки, свидетельствовавшие о том, что ее высекли. Все эти и некоторые другие детали, вошедшие первоначально в комедию, противоречили тем основным принципам, па которых был построен «Ревизор».

Очищая «Ревизора» от такого рода деталей, от внешнего комизма, Гоголь настойчиво работал над углублением образов, раскрытием их жизненной правдивости, выразительной их обрисовкой. Так, например, важнейшая для всей комедии сцена вранья Хлестакова подвергалась неоднократно переделкам. Во второй редакции «Ревизора» Хлестаков в этой сцене рассказывал длинный анекдот о куропатке, мало помогавший обрисовке образа. Речь Хлестакова была еще в достаточной мере аморфной. Несравненно большую яркость она приобрел. В первом печатной редакции «Ревизора», но и то, чего достиг здесь писатель, во многом не удовлетворяло его. Сравнение этой редакции комедии с ее окончательным текстом показывает, какой тонкой и филигранной была отделка знаменитой сцены после того, как «Ревизор» был сыгран в театре и опубликован в печати. Писатель достиг максимальной уплотненности, необыкновенной выразительности каждой реплики героя.

Страстное желание Хлестакова вращаться в кругу больших людей, быть с ними на дружеской ноге остро подчеркнуто в окончательной редакции рассказом о Пушкине, которого не было в первой печатной редакции: «Литераторов часто вижу. С Пушкиным на дружеской ноге. Бывало, часто говорю ему: «Ну, что, брат, Пушкин?» — «Да так, брат, — отвечает, бывало,— так как-то все. » Большой оригинал».

К достижениям окончательной редакции относится и реплика Хлестакова: «У меня легкость необыкновенная в мыслях» и его заявление: «У меня дом первый в Петербурге. Так уж и известен: дом Ивана Александровича», и «тридцать пять тысяч одних курьеров», и многие другие детали. Существенные изменения, которые были внесены в монолог Хлестакова, шли как по линии углубления мотивировок поведения героя, так и по линии заострения характерных его черт, усиления «масштабности» образа. Конец монолога Хлестакова в окончательной редакции приобрел значительно более яркий и выразительный характер по сравнению с первой печатной редакцией.

Оттенок преднамеренной лжи, характерной для первой печатной редакции, при окончательной доработке комедии был полностью устранен. Хлестаков лжет, находясь в состоянии крайнего возбуждения, экзальтации, вызванной тем, что он «несколько» увлекся угощениями. Он «выкладывает» всего себя, все, что рождает его разгоряченная фантазия. В окончательной редакции подчеркнуты, заострены властолюбивые мечтания Хлестакова, его стремление выглядеть важной особой, крупной величиной. Тут появляются такие замечательные «пассажи», как «прохожу через департамент — просто землетрясение, все дрожит и трясется, как лист»; «Меня сам государственный сонет боится»; «Я сам себя знаю, сам. Я везде, везде. Во дворец, всякий день езжу».

Более убедительная мотивировка поведения Хлеетакова предопределила и более глубокую характеристику городничего, его отношений с Хлестаковым. В окончательной редакции комедии Гоголь вставил весьма существенную для общего развития действия реплику городничего: «И не рад, что напоил. Ну, что если хоть одна половина из того, что он говорил, правда? (Задумывается.) Да как же и не быть правде? Подгулявши, человек всё несет наружу. Что на сердце, то и на языке. Конечно, прилгнул немного. Да ведь, не прилгнувши, не говорится никакая речь. С министрами играет и во дворец ездит. » Внутренняя логика развития характеров раскрывается здесь с глубокой убедительностью.

В «Предуведомлении», указывая на то, как нужно играть роли комедии, Гоголь писал: «Больше всего надо опасаться, чтобы не впасть в карикатуру. Ничего не должно быть преувеличенного или тривиального, даже в последних ролях. Чем меньше будет думать актер о том, Чтобы смешить и быть смешным, тем более обнаружится смешное взятой им роли. Смешное обнаружится само собою именно в той серьезности, с какою занято своим делом каждое из лиц, выводимых в комедии. Все они заняты хлопотливо, суетливо, даже жарко своим делом, как бы важнейшею задачей своей жизни. Зрителю со стороны виден пустяк их заботы» (IV, 112). Писатель справедливо подчеркивал здесь естественность поведения действующих лиц «Ревизора» в той реальной обстановке, которая в нем отражена.

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Образ Хлестакова в контексте его речевой характеристики. И в закладках появилось готовое сочинение.