Эдуард Лимонов: «Когда Крым воссоединился с Россией, даже я прослезился!»

18 мая в Воронеже с творческой встречей побывал Эдуард Лимонов. Писатель и публицист собрал в книжном клубе "Петровский" полный зал поклонников, даже мест не хватило. Мэтр хоть и приехал с охраной, но вел себя премило, даже извинялся насчет грозно-невозмутимых сопровождающих:

- Это не охранники, товарищи по партии. Сопровождают, потому что на меня когда-то давным-давно было нападение, я чуть зрения не лишился. Мне самому очень неудобно. Я во снах мечтаю, как один иду по улице. Думаю, и у ребят подобные мечты - когда они без меня куда-то пойдут…

Лимонов рассказал о своей новой книге Plus Ultra, где изложил свой взгляд на тайные знания, исторических личностей и множество событий с древнейших времен.

- Истории как таковой нет. Современная история это скорее исторические романы – уже древние писали отсебятину, которая цитируется вовсю и превращается в правду. Надо сомневаться. Я сомневаюсь и ищу свою версию. Пытаюсь находить редкую информацию, - признался Эдуард Вениаминович. - Читаю такие книги, которые никто в трезвом уме не читает. Они издаются крошечными тиражами, это книги для ученых. Главу об ариях я написал, переработав три книжки, которые попали ко мне из Индии. Они были изданы в 70-е годы. Я видел историю лицом к лицу. И она, порой, была страшная…

«Комсомолка» собрала самые интересные высказывания писателя с творческой встречи.

О ПРОФЕССИИ

- За границей было плохо. Тут было так здорово и так интересно в 90-е. Я в 93-м защищал Дом Советов, и в Останкино в нас стреляли. Как-то я выжил. Когда стали стрелять, я упал на асфальт и отполз за гранитную клумбу. Оглянулся назад, там лежат люди - кто недвижим, а кто стонет. А я достал блокнот, что-то там царапаю. И сам у себя спрашиваю: «Что ты делаешь, надо валить!». Вот что значит профессия. Я понимаю репортеров, которые в последний момент снимают.

О ЛЮБВИ К РОССИИ

- Я вижу, что наша власть была в плену иллюзий с 1991 года. Почему-то считали, что нас все любят. И сейчас я вижу жестокое разочарование, когда выяснилось, что нас не любят очень многие и, может, даже все. Потому что мы большое государство, у нас есть важные природные богатства: нефть, газ. И почему нас должны любить? У нас сильные вооруженные силы, кто любит таких? Когда власть была податливой, мы всем нравились: ах, какие лапушки, живут на Востоке, ничего не хотят, за все платят, разделили страну на 15 кусков, идиоты… Конечно, это не потому, что они злые. Нельзя так ставить вопрос, что Соединенные Штаты нас не любят. Для них мы всегда были соперниками. Надо и относится соответствующе: живет рядом крупный, сильный сосед, так ты не должен моргать глазами. Приведи дружков, покажи, сколько у тебя друзей. Сосед задумается: ага, не надо его трогать. Отношения между государствами такие же, как между людьми. Нам всегда хотелось так по-славянски: вот любите нас. Не надо нас любить. Вот уважайте нас, и это будет хорошо.

О РУССКИХ ЗЕМЛЯХ

- Началось собирание Русского мира. В 91-м году за пределами России осталось 27 млн русских. Не говоря о народах, которые хотели бы жить с нами. За это никто никогда не ответил! Я еще тогда говорил: смотрите, это выйдет нам всем боком. Мне отвечали: у нас нет гражданской войны, мы не сербы. Я говорю: сербы достойны, они боролись с 27 странами, им не стыдно. А нам пока стыдно. Как мы защитили эти 27 млн? Что произошло дальше? Воссоединение Крыма с Россией. Я несентиментальный человек, но когда я видел это по ящику, даже я уронил слезу. И подумал: началось собирание русских земель. Теперь второй акт наблюдаем – Донбасс, там восстали русские… Зачем мы влезли в эти Минские переговоры? Заранее проигрышные. Они не устраивают ни одну из сторон. Это что? На мой взгляд, боязнь дальнейшего разворачивания событий. Сначала шаг был сделан вперед, потом два шага назад.

О ХАЛИФАТЕ И ХРИСТИАНСТВЕ

- Сейчас появляются две мировые силы. Как после Второй мировой, когда были США и СССР. Первая глубоко нам враждебная – то, что химичат на Ближнем Востоке. Халифат. Опасность в том, что эта система продуманно-привлекательная: там есть все - и для верующих, и для подростков. Вторая сила – Китай. Мы уже мало что будем значить. Для халифата мы все вместе с США и Европой – как Рим. Я никогда не был паникером. Но нужно трезво смотреть на вещи. Все остальные христианские страны будут маловажны. Это ужасно. Ничего хорошего. В чем слабость христианства? Речь о христианстве даже уже не идет. Думаю, христианства в чистом виде уже и нет нигде в мире. Церкви полупустые (вообще я не путаю Бога с церковью. Церковь – место, где за деньги, за свечки тебе предоставляют право встретится с ним. Но я думаю, с Богом можно встретиться под любым кустом. Нет смысла платить церкви. Бог, по-моему, там и не ночевал). У нас православными себя называют люди, которые не знают ни одной молитвы, и ходят в церковь только на Пасху и Рождество. Московская полиция фиксирует в такие праздники по 250-270 тысяч человек. Это те, кто хотя бы в эти дни ходят. То есть настоящих христиан, может, несколько миллионов и наберется, а этого недостаточно. К тому же, христианство никак себя не постаралось модернизировать. Не говоря уж о нашем православии. Хотя ему бы не помешало. А у нас церковь сразу прижалась к ноге власти. Так нельзя, если ты хочешь быть популярным. Тебе надо идти к бедным, к тем, кто нуждается в поддержке. А они пошли к власти, надели бриллианты, влезли в лимузины. Это вообще ни в какие ворота. Я бы для себя такое посчитал зазорным. Это нехорошо. Нечестно. Трясти животами и садиться в лимузины… Так что некому сейчас противостоять. Конечно, халифат – секта, паразит на исламе. Но они привлекательны. Как нацизм. Он тоже был увлекателен. В 1938-м в Вене толпы людей приветствовала Гитлера. Да в Европе до него было 16 профашистских режимов. А сейчас Европа строит из себя невинность, да они все участвовали в этом. И сейчас первыми против нас выступают бывшие страны Восточной Европы. Они и с Гитлером к нам пришли первыми. И сейчас первыми на нас бросаются. Есть в их природе, в их нациях такая склонность.

О ТЕЛЕВИДЕНИИ

- Я не хожу на ТВ. Отказываюсь. Говорят, есть черные списки на ТВ, мол, я там был, не знаю. Но вот в 2014-м меня пригласили на шоу Соловьева и Норкина. Я пошел. Но то, что я там увидел, мне не понравилось. Не ведущие – они, в конце концов, профессионалы. И не то, что там нужно кричать - я тоже умею. Но меня удручало, что там все банализируется. Я высказывал эти идеи в 91-м, говорил, что придется воевать за Донбасс. И вот я должен стоять рядом с депутатами, которым вчера сказали, что нужно так говорить. И теперь они кричат. Я не хочу быть в этом контексте. Я уже немолодой. Зачем мне себя позорить?

О ПУШКИНЕ И ДОСТОЕВСКОМ

- У меня есть книга «Священные монстры», там 52 коротких портрета, есть такие мэтры, как Пушкин и Толстой. Про Пушкина я сказал, что это поэт для календарей. На мой взгляд, «Евгений Онегин» - бездарная поэма. Кто-то назвал ее энциклопедией русской жизни. Я стал смеяться: он либеральных хипстеров рисует – «Надев широкий боливар, Онегин едет на бульвар…». На мой взгляд, Онегин неприятный человек, антигерой. Молодежи моя книга нравится. Потому что молодежь любит отрицать, а в этой книге много «отрицалова» такого. Достоевского любят на Западе, думая, что все русские такие. На самом деле Достоевский никогда русских не описывал, он описывал «достоевских» - такую расу, которые и движутся быстро, и говорят очень много. Это похоже на тюрьму, там тоже делать нечего, сокамерники разговаривают очень близко - лицом друг к другу, расширенные глаза, крики, рты. Но это не есть Россия. И меня это всегда раздражало. На мировоззрение Достоевского наложило отпечаток то, что он был эпилептиком, и что его отца растерзали крестьяне. Сам он из революционера превратился в крайнего реакционера. Но он не писал о русских.

О ЕГОРЕ ЛЕТОВЕ

Я хорошо знал Егора. Он был красных взглядов, все время агитировал меня: «Эдик, больше красного». Был очень честный парень, меру таланта его ваше поколение прекрасно знает. Мне кажется,он более важен и интересен, чем Виктор Цой. Просто он меньше понят. Надеюсь, придет его время, и ему воздадут.

Эдуард Лимонов: «Когда Крым воссоединился с Россией, даже я прослезился!»

Читайте также